Наверх
16 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "«ПОСАДИТЬ ЧУДОВИЩЕ НА ГОЛОДНЫЙ ПАЕК»"

Нью-йоркский экономист Нуриэль Рубини о кризисе госдолгов, который охватывает все больше стран, о последствиях помощи грекам, будущем банковской системы и своей роли в кинофильме «Уолл-cтрит-2».   «Шпигель»: Профессор Рубини, осенью вас можно будет увидеть на киноэкране, в продолжении фильма «Уолл-Стрит». В какой роли?
   Рубини: Я играю самого себя. Там есть такая сцена: действие происходит сразу после банкротства Lehman Brothers, и я в амплуа Доктора Смерти даю интервью некому телеканалу, выражаю обеспокоенность будущим глобальной финансовой системы.
   «Шпигель»: Как вы стали сотрудничать с режиссером Оли-вером Стоуном?
   Рубини: Мы несколько раз встречались, беседовали о фи-нансовом кризисе. Кроме то-го, однажды он пришел на мероприятие, организованноемоей фирмой, чтобы позна-комиться с менеджерами хедж-фондов. Но формально я не был его консультантом, просто давал кое-какие советы. Так что роль Доктора Смерти досталась мне, скорее, случайно.
   «Шпигель»: Такое прозвище вы получили за то, что предсказали грядущий финансовый кризис раньше других, тогда как остальные экономисты продолжали излучать оптимизм. Сегодня вы по-прежнему видите будущее мировой экономики в черных красках?
   Рубини: Скажу сразу: закоренелый пессимист — это не про меня. Я просто пытаюсь адекватно оценивать факты. Что же касается ситуации в мире, то и сегодня я вижу на экономическом небосклоне немало грозовых облаков.
   «Шпигель»: Однако специа-листы Международного валютного фонда (МВФ) приходят к выводу, что конъюнктура в масштабах планеты вновь набирает обороты, в этом году они прогнозируют более 4% роста. Возможно, Доктору Смерти пора освобождать место для Докто-ра Бума?
   Рубини: Я реалист. Улучшение ситуации я могу отметить лишь в отдельных государствах, таких как Китай, Индия или Бразилия. А как с остальными? В США вялый подъем. Экономика Японии в коме. А Европе грозит так называемый второй виток: существует опасность, что континент вновь впадет в рецессию. Даже до шока, вызванного греческими событиями, перспективы роста в еврозоне считались скромными, теперь они близки к нулю.
   «Шпигель»: Насколько, по-ва-шему, велика опасность, связанная с ситуацией в Греции?
   Рубини: Сегодня наши взоры прикованы к Греции. Но это только верхушка айсберга. Постепенно под прицелом у спекулянтов оказываются и такие государства, как Великобритания или Ирландия. Гигантские размеры государственного долга еще обернутся серьезными проблемами для Японии и США. Возможно, это случится не в 2010 году, но, если ничего не предпринимать, то это произойдет непременно. Такие штаты, как Калифорния, Невада, Аризона, Нью-Йорк и Флорида, стоят на пороге колоссальных фискальных ис-пытаний. Аномальный рост бюджетного дефицита и госдолгов заботит меня боль-ше всего.
   «Шпигель»: Решение МВФ и государств еврозоны о предоставлении грекам 110 млрд евро в виде кредитов и гарантий по ним было верным?
   Рубини: Оно лишь отодвинет проблему на следующий год. Боюсь, что у Греции не просто трудности с ликвидностью, эта страна — банкрот. Щедро накачивать неплатежеспособное государство деньгами и в то же время требовать от него жестких мер экономии бессмысленно. Если Греция поднимет налоги и снизит расходы, это не приведет к автоматическому повышению ее конкурентоспособности. Напротив, страна потеряет определенную долю рынка, уровень безработицы вырастет, начнутся социальные волнения. Все это не решит проблем с задолженностью, а лишь дополнительно обострит их. Нужен «план Б».
   «Шпигель»: Каким вы его видите?
   Рубини: Необходимо начать реструктуризацию долгов до того, как государство постигнет банкротство. Нужно в рамках упорядоченной процедуры прийти к соглашению между кредиторами и должником. Параллельно следует разработать подобные планы, предусматривающие консолидацию госбюджета, и в отношении других проблемных стран зоны евро, таких как Португалия и Испания.
   «Шпигель»: Вы считаете, что правительство ФРГ готово к такой перекройке долгов? Ведь это опять будет стоить германским финансовым институтам миллиардов.
   Рубини: Большая часть долгов Греции действительно приходится на финансовые институты за рубежом, в первую очередь, во Франции, Швейцарии и Германии. Им придется поступиться частью своих интересов. Но мы уже сейчас упустили слишком много времени из-за того, что сам факт кризиса в Греции попросту отрицался. Если «план Б» не появится в ближайшее время, то возможен эффект домино. И тогда кризис очень быстро перекинется на такие страны, как Португалия или Испания. В конечном итоге это подорвет евро.
   «Шпигель»: Недостаточно оперативная реакция на кризис федерального канцлера Ангелы Меркель ухудшила ситуацию?
   Рубини: Да, Евросоюз потерял не один драгоценный месяц — в частности, это произошло из-за политического сопротивления немцев. Внутренняя политика ФРГ и растущий скепсис по отношению к валютному союзу привели к запоздалой реакции, что нанесло урон усилиям, направленным на сдерживание греческого кризиса.
   «Шпигель»: Вы считаете ошибкой создание европейского валютного союза как такового?
   Рубини: Я не хочу заходить так далеко. А вот принимать в валютный союз столь большое количество членов и на столь раннем этапе было неосторожностью. Если бы в нем состояло лишь небольшое ядро государств ЕС, то сама организация, безусловно, была бы более однородной и стабильной. Проблема в одном: если какая-то страна вошла в этот союз, пути назад уже нет.
   «Шпигель»: В последние недели мир бьется с кризисом долгов, ему предшествовал банковский кризис. До этого был кризис на рынке недвижимости. Нам пора привыкать?
   Рубини: Боюсь, что да. В своей новой книге я показываю, что кризисы — неотъемлемая часть капиталистического генома. Это не исключения из правил, а сами правила. Факторы, которые придают капитализму его жизненность — инновационный потенциал и толерантность к рискам, — могут в то же время выступать причиной катастрофических обвалов. То, что мы переживаем сейчас, позволяет лишь отдаленно почувствовать, что нам предстоит.
   «Шпигель»: Звучит так, будто кризисы имеют чуть ли не фатальную природу и предотвратить их нельзя.
   Рубини: Это не так. Однако когда деньги становятся дешевыми, кредиты — легкодоступными, а бдительность надзорных органов ослабевает, типичные условия для зарождения кризиса налицо. Ситуация регулярно повторялась в прошлом, так будет и впредь. Вероятно, кризисы станут еще более частым явлением.
{PAGE}
   «Шпигель»: Вы видите какую-то модель их развития?
   Рубини: Все начинается с преувеличенных ожиданий в отношении того, как будет меняться стоимость активов, будь то акции или недвижимость. Когда обманчивость надежд обнаруживается, то пузырь лопается и активы падают в цене, а их обладатели остаются с долгами.
   «Шпигель»: Как в принципе можно распознать пузырь?
   Рубини: Это и вправду непросто. Но меня всегда настораживает восторженность и заявления, что на этот раз все будет иначе. Как в конце 1990-х годов, когда книги наподобие Dow 36 000 сулили бесконечный рост курсов акций.
   «Шпигель»: Сегодня огромные деньги вкладываются в сырье, например, в нефть или медь. Это очередной пузырь?
   Рубини: Вполне возможно, ведь, по сути, спрос на сырье остается, скорее, слабым, хранилища заполнены. Просто на рынке много денег, инвесторы ищут, куда их вложить. Но это ведь общая проблема: мы решили наводнить мир деньгами, чтобы тем самым стабилизировать экономику. Отсюда опасность новых «перегибов» и повторения прежних ошибок.
   «Шпигель»: Но в чем заключалась альтернатива программам по оживлению конъюнктуры и мерам по обеспечению ликвидности, которые принимались нашими центробанками? В случае жесткого рыночного решения мировая экономика могла погрузиться в депрессию.
   Рубини: Это верно. Но сегодня нужна осторожность, нельзя слишком долго существовать в таком режиме. В противном случае мы рискуем продлить существование всех тех банков, предприятий и государств-«зомби», которым следовало бы позволить обанкротиться. Взять ту же финансовую отрасль: банковская индустрия стала еще крупнее и важнее, чем прежде, а политики ей в этом даже активно способствовали. Bank of America поглотил Merrill Lynch — так же, как до этого JPMorgan Chase поглотил Bear Stearns. Мы получили гигантские финансовые институты, менеджмент которых теперь просто не может не рассуждать следующим образом: давайте спокойно рисковать, в случае чего политики опять нас спасут. В конечном итоге все связано с проблемой, которая выражается словами to big to fail…
   «Шпигель»: …то есть банк Х слишком велик и слишком важен для финансовой системы в целом, чтобы дать ему обанкротиться. Но как быть с такими институтами? Предлагаете их дезинтегрировать?
   Рубини: Почему бы и нет? Нужно посадить уолл-стритское чудовище на голодный паек. Политики верят: при необходимости можно будет планомерно вывести из игры банковских колоссов. Но как они собираются в разгар кризиса закрывать такие глобальные финансовые концерны, как Goldman Sachs или Morgan Stanley? Это слишком рискованно, в конечном итоге все опять закончится их спасением за счет налогоплательщиков.
   «Шпигель»: Но как определить, что тот или иной банк уже вырос до опасных размеров?
   Рубини: Для этого есть целый ряд критериев: стоимость активов и объем обязательств по отношению к ВВП, например, или объем обязательств, маскируемых и не отображаемых в балансовых отчетах, или же важность финансового института для системы расчетов. Так что выявить соответствующих кандидатов не так уж и сложно.
   «Шпигель»: Предложения президента США Барака Обамы относительно реформы финансового рынка, в частности, включают запрет для определенных банков на торговлю ценными бумагами за счет собственных средств и управление хедж-фондами. Вы считаете, что так называемого правила Волкера, названного в честь бывшего главы Центробанка США Пола Волкера, будет недостаточно?
   Рубини: Это неплохое начало, но я мыслю в данной связи более радикально. Модель финансового супермаркета доказала свою несостоятельность. Институтом, который под одной крышей предлагает услуги инвестиционного банка, хедж-фонда, страховой компании и так далее, попросту невозможно управлять. Никакой председатель правления не сможет контролировать ситуацию. Все эти функции следует разделить: если у нас будет большое количество финансовых институтов, оказывающих разные услуги, то ни один из них не сможет достичь таких размеров, чтобы представлять угрозу для системы в целом.
   «Шпигель»: Почти век назад правительство США раздробило нефтяной холдинг Standard Oil. Но из его осколков возникли еще более крупные концерны.
   Рубини: То, что требую я, нашей истории известно: всего десять лет назад еще действовал закон Гласса-Стиголла, создавший между коммерческими и инвестиционными банками своего рода противопожарные перегородки. Он себя хорошо зарекомендовал.
   «Шпигель»: Что еще необходимо для реформы финансовых рынков?
   Рубини: В частности, более жесткое регулирование процесса секьюритизации кредитов и большая прозрачность рынка дериватов. Нужно изменить систему вознаграждения топ-менеджеров таким образом, чтобы они руководствовались долгосрочными интересами своих банков. Кроме того, нужно заставить рейтинговые агентства изменить их бизнес-модель. Нельзя, чтобы их услуги оплачивались компаниями, чью благонадежность они проверяют.
   «Шпигель»: Столь масштабные проекты реформ походят на утопию.
   Рубини: Но я и не ожидаю, что все мои предложения будут незамедлительно реализованы. Вероятно, должен наступить очередной крупный кризис, чтобы мы наконец задумались о более решительных мерах. Боюсь только, что следующий кризис окажется еще тяжелее. И тогда не исключено, что под вопросом окажутся глобализация, свобода торговли или рыночная экономика как таковые. А обесценивание ак-тивов и рост безработицы обретут еще большую остроту. И это притом, что прошлый кризис тоже обошелся весьма недешево. Подобных кризисов мы можем позволить себе все меньше и меньше.
   «Шпигель»: Ваши предложения ориентируются на выводы из минувшего кризиса. Но могут ли они предотвратить возникновение кризисных очагов в будущем?
   Рубини: Полностью это едва ли возможно. Но если кризисы просто станут случаться реже и не будут принимать столь угрожающих масштабов, то это уже немало.
   «Шпигель»: Профессор Рубини, благодарим вас за это интервью.
   

   ДОСЬЕ
   Нуриэль РУБИНИ (родился в 1959 году) считается че-ловеком, предсказавшим кризис. Он предупреждал об опасности, грозящей банкам и экономике целых государств, еще 4 года назад. Рубини родился в семье иранских евреев в Стамбуле, его детство прошло в Иране, Израиле и Италии. С 1995 года Рубини является профессором экономики в Нью-Йоркском университете. Он также руководит консалтинговой фирмой, в которой работают 80 человек и которая предлагает компаниям финансовой отрасли аналитические услуги в области экономики.
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK