Наверх
19 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2000 года: "Последнее европейское предупреждение"

На этой неделе открывается очередная сессия Парламентской ассамблеи Совета Европы. Одним из основных вопросов повестки дня будет обсуждение мер, которые члены ПАСЕ могут принять в отношении России «за Чечню». Крайний вариант — введение против нашей страны санкций. Что это могут быть за санкции, насколько велика вероятность их введения? Об этом «Профилю» рассказывает секретарь делегации российского парламента в ПАСЕ Василий ПОСПЕЛОВ.«Профиль»: Василий Борисович, мы уже начали привыкать к угрозе введения санкций против России со стороны наших западных кредиторов. Теперь возникла угроза санкций и со стороны европейских международных организаций. Какие претензии они к нам предъявляют?
Василий Поспелов: Сейчас речь идет о претензиях со стороны Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ). Дело в том, что членство в этой организации предполагает соблюдение страной-членом всего комплекса международных конвенций и прежде всего Конвенции по правам человека, договоренностей о разрешении внутренних и международных конфликтов мирным путем, Конвенции о запрещении пыток и бесчеловечного обращения с людьми, рамочной Конвенции о соблюдении прав национальных меньшинств и пр.
«П.»: И что, все перечисленные обязательства нами не выполняются?
В.П.: Нет, не все. Но в контексте чеченских событий нам предъявляют по крайней мере две претензии. Во-первых, ПАСЕ считает, что происходящее в Чечне не укладывается в рамки антитеррористической операции. Они склонны рассматривать происходящее как широкомасштабные боевые действия, в результате которых страдает мирное население. Мы пытались убедить их в том, что масштабы угрозы со стороны боевиков соответствуют принимаемым мерам. Однако они уверены, что, даже если речь идет о нескольких тысячах бандитов, военные действия такого масштаба неприемлемы и конфликт нужно решать с помощью органов внутренних дел и путем переговоров. Кроме того, их волнует проблема беженцев. Они хотят убедиться, что беженцам созданы достойные условия жизни, что на прифронтовых территориях соблюдаются права человека, гражданские права и т.п.
«П.»: Может ли такое различие во взглядах на происходящее в Чечню привести к исключению нас из ПАСЕ?
В.П.: Нет, об исключении, надеюсь, речь не идет. Ведь представители ПАСЕ прекрасно понимают, что часть этих условий действительно в данный момент могут восприниматься лишь как рекомендации. Хотя с формальной точки зрения выполнить их мы рано или поздно должны.
«П.»: Какого рода санкции вообще существуют?
В.П.: Их три вида. Первый, самый мягкий — заявление или резолюция, осуждающая, например, применение силы или положение беженцев в Чечне. Это влечет за собой лишь моральное и политическое осуждение. Возможен и более жесткий вариант — неутверждение полномочий делегации Федерального собрания РФ в ПАСЕ. Эта мера предполагает, кроме морального и политического аспекта, лишение нашей делегации права голосования и полноценного участия в работе ассамблеи. И последняя, самая жесткая мера — приостановление членства России в Совете Европы. За этим следует замораживание нашего участия в работе не только ассамблеи, но и всего Совета, в том числе комитета министров, прекращение ряда программ помощи и содействия России, которые реализуются совместно Советом Европы и ЕЭС.
«П.»: Что это за программы?
В.П.: Речь идет о ряде проектов по поддержанию и развитию демократических институтов в стране. Это и содействие институту уполномоченного по правам человека, и программы обучения судей, и ряд образовательных проектов и т.п.
«П.»: Насколько эти меры могут повлиять на общеэкономическую ситуацию и на жизнь, как говорится, простого российского гражданина?
В.П.: Если рассуждать на таком уровне, то, наверное, отдельный гражданин ощутит эти санкции очень опосредованно. Будет ниже уровень подготовки судей и, соответственно, хуже правовая защищенность и т.п. Но ведь в проблеме есть и другие стороны. Например, санкции Совета Европы могут стать катализатором введения санкций и другими организациями — например Европейским Союзом. А это уже значительно серьезнее.
«П.»: А какие вообще экономические санкции могут применить к нам международные организации?
В.П.: Меры могут быть самыми разными. Если мы говорим, например, об МВФ, то санкции уже де-факто введены. Нам отказали в очередном транше кредита. И как бы фонд ни пытался увязать это с какими-то формальными причинами, всем, как говорится, все понятно. Европейский же Союз может, например, ввести пошлину на ввоз российской нефти, что больно ударит по нашему бюджету. Фактически такая мера может лишить Россию возможности экспортировать сырье. А так как мы, к сожалению, все еще сырьевая страна, это, естественно, приведет к экономическим катаклизмам.
«П.»: Вы думаете, такой исход возможен?
В.П.: Сложный вопрос, ведь Европа тоже заинтересована в наших ресурсах. Кроме того, эта мера действительно крайняя, и я не думаю, что ситуация будет развиваться так плохо. Кроме того, ведь существует и огромное количество менее крутых решений. В том числе санкций отдельных стран. Если помните, США в свое время запретили доступ на свой рынок тем российским компаниям, которые подозревались в сотрудничестве с Ираном. Подобные решения могут принять и сейчас. То есть запретить импорт или экспорт определенной группы товаров или технологий, которые могут быть применены в военной области, либо не выделить финансовые средства, которые могут быть использованы для пополнения военного бюджета.
«П.»: А насколько, на ваш взгляд, высока вероятность введения тех или иных санкций?
В.П.: Многое зависит от того, какие выводы сделает миссия ПАСЕ после встреч с руководством России, после визита в Дагестан, Ингушетию, Чечню. Важно и то, насколько быстро будет завершена военная операция. Если все закончится без серьезных катаклизмов и если не будут вдруг обнаружены массовые захоронения мирных жителей, вероятность серьезных санкций невелика. Если же в период принятия решения ассамблеей начнут поступать сообщения о массовых жертвах и т.п., то все возможно. Ведь в 1995 году рассмотрение заявки о вступлении России в Совет Европы было заморожено именно из-за чеченских событий. И процесс пошел лишь после Хасавюрта.
«П.»: Насколько влияют негативное отношение со стороны международных организаций на частный бизнес?
В.П.: На Западе стараются в дела частного бизнеса не вмешиваться. Однако моральный фактор играет большую роль. При желании можно создать такие условия, когда компания при прочих равных условиях предпочтет сотрудничество именно с нравственным государством. Например, после событий в Китае в 1989 году в США прошла мощная информационная кампания бойкота китайских товаров. Говорили, что в их производстве используется рабский труд и т.п. Экономическая логика в конце концов возобладала, но экономике Китая был нанесен вполне материальный и весьма ощутимый ущерб.
«П.»: Есть ли в ПАСЕ силы, заинтересованные во введении санкций против России?
В.П.: В ходе предварительного обсуждения высказывалась мысль, что санкции могут быть контрпродуктивны. То есть при их введении Россия, конечно, пострадает. Но и Совет Европы лишится всех рычагов воздействия на ситуацию и в Чечне, и в России вообще. Кроме того, санкции могут вызвать отрицательную реакцию общественности в России. Ведь чеченская кампания пользуется довольно высокой поддержкой в обществе. Соответственно, санкции ПАСЕ могут быть восприняты как вмешательство во внутренние дела, что никому неинтересно. Хотя, должен сказать, что некоторые члены ассамблеи настроены крайне негативно. Но их немного. Большинство же настроены довольно прагматично.

ВЛАДИМИР ЗМЕЮЩЕНКО

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK