Наверх
9 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "ПРИНУДИТЕЛЬНЫЙ ТРУД ГОСОБРАЗЦА"

Каждую осень в Узбекистане детей заставляют участвовать в хлопкоуборочной кампании. Нарушение прав человека оборачивается… прибылью, в том числе для немцев.    В Узбекистане летние каникулы наступа-ют, когда спадает жа-ра, в середине сентября, и длятся почти два месяца. Но многим школьникам времени пообщаться с родителями не хватает. Де-ти должны служить отечеству — на хлопковых полях.
   Во время осенней уборки урожая в этой среднеазиатской республике возрождается сомнительный ритуал советской командной экономики: президент Ислам Каримов объявляет массовую мобилизацию. Почти 2 млн школьников отправляются на поля — убирать «белое золото», как здесь называли хлопок еще при Сталине. Наряду с газом и золотом это важнейший источник валютных поступлений для узбекской элиты. Сегодня хлопок дороже, чем когда-либо за те последние 140 лет, что им торгуют на биржах.
   Увы, малолетним хлопкоробам от этого перепадает немного. Когда прошлой осенью Назира вышла на поля, ей было одиннадцать. В 7 утра с од-ноклассниками и учи-телями она отправлялась на восток республики, в Андижанс-кий район. Работали до раннего вечера, и так целый месяц.
   Норма составляла 10 кг хлопка. «Я еле собирала три», — вспоминает Назира. За килограмм платили 60 сумов, около 3 евроцентов. Свой месячный заработок девочка отдала родителям: «Мама купила мне зимнюю шапку, и то ей пришлось доплатить из своих».
   Со школьниками постарше, трудившимися на соседних полях, обошлись ху-же: учителя попросту удержали деньги, которые причитались ребятам. А не выполнишь норму, так могли и побить. С немногочис-ленными родителями, пытав-шимися воспрепятствовать принудительной мобилизации своих чад, «работали» учителя, ходившие для этого по домам.
   В октябре 2008 года 17-лет-няя студентка Умида Дони-шева повесилась на дереве, растущем рядом с хлопко-вым полем. Не выдержала давления учителей, требо-вавших все больше и больше хлопка, говорилось в за-метке в 9 строчек на одном узбекском интернет-портале.
   Происходящее в стране можно назвать не иначе как «детским рабством», сокрушается Джоанна Эварт-Джеймс из Международной организации против рабства.
   Не так давно Узбекистан подписал международную конвенцию об искоренении наихудших форм детского труда, Ташкент утверждает, что все ее положения соблюдаются неукоснительно. Но для учеников, живущих в сельской местности, практически ничего не изменилось, убеждена Эварт-Джеймс.
   Недавно активистка посетила международные хлопковые конференции в Техасе и Ливерпуле. Там были представители крупнейших оптовиков, таких как американский концерн Cargill, швейцарская группа компаний Reinhart или бременская Otto Stadtlander, однако вопросы Эварт-Джеймс о детском труде вызывали у них только улыбки.
   Возможно, на прош-лой неделе хорошее настроение отраслевиков все же было в какой-то мере подпорчено: в Организацию экономического сотрудничества и развития поступила жа-лоба на действия сразу 7 европейских хлопковых компаний: они, как утверждается, нарушают директивы ОЭСР в отношении мультинациональных концернов, получая прибыль за счет труда узбекских детей.
   В Германии берлинская правозащитная организация «Европейский центр по защите конституционных прав и прав человека» (ECCHR) тоже подала иск против одной из крупнейших в Европе хлопкоторговых компаний, Otto Stadtlander. Ее оборот превышает 100 млн евро, в Ташкенте уже много лет действует представительство фирмы, налажены хорошие отношения с аппаратом Каримова.
   ECCHR — организация относительно молодая. Тем не менее ей уже удалось воздействовать на сеть розничных супермаркетов Lidl, руководство которой в своей рекла-ме заверяло, будто все товары, продаваемые в магазинах Lidl, производятся в достой-ных условиях. Otto Stadtlanderспособствует нарушению прав человека, убеждена коорди-натор ECCHR Мириам Заа-ге-Маасс. Правда, доказать это будет не просто, призна-ет она.
   В отличие от Lidl бременская фирма не утверждала, что ее политика безупречна. Кроме необходимости отвечать на неприятные вопросы, ей особо ничего не грозит. В директивах ОЭСР предостаточно благих пожеланий — но это беззубые правовые нормы необязательного харак-тера, вздыхает юрист Зааге-Маасс. Аспекты дискриминации затрагиваются и в положениях о мировой торговле Всемирной торговой органи-зации, но только в свете свободы товарооборота. То, в ка-ких условиях произведен конкретный товар, ее блюстителей не волнует.
   Как ожидается, иск должен привлечь внимание к абсурдному пробелу в законодательстве: компании, получающие прибыль за счет нарушения прав человека, сами в правовом отношении могут чувствовать себя в безопасности. А ведь достаточно всего лишь предусмотреть санкции за несоблюдение директив ОЭСР, например в виде урезания экономической помощи.
   К сожалению, в большинстве национальных контакт-ных центров ОЭСР интере-са к данному вопросу не проявляют, печалится ЗаагеМаасс: «Зачастую люди слишком инертны». Руководство Otto Stadtlander более года запросы ECCHR попросту игнорирует, вздыхает она. На вопросы журнала Spiegel в компании также ответить не пожелали.
   Хорошие отношения бременских бизнесменов с Узбекистаном вполне соответст-вуют линии федерального правительства. Германию свя-зывает с президентом Каримовым «новое партнерство», с военной базы в этой стране немецкий контингент отправляется в Афганистан.
   Каримов, в прошлом высокопоставленный партиец, «перешел» в капитализм, так и не избавившись от сталинистских повадок. Его переизбрание на пост президента повторяется через неравные интервалы времени и всякий раз сопровождается фантастическим результатом. Даже кандидаты от оппозиции по-сле выборов сообщают, что сами голосовали за него. Про-тивников режима могут сварить в кипятке. Порой раздается стрельба — как, например, в 2005 году в Андижане, когда, по некоторым оценкам, погибло до 700 сторонников оппозиции.
   Многие государства Европы выступили тогда с требованием санкций. Германия промолчала, а ее министры приезжали в Ташкент с визитом, таща на буксире солидные делегации представителей экономики.
   Как в результате такого партнерства изменилось положение детей, в правительстве Федеративной Республики сказать затруднились. Источник ограничился словами о «системе мониторинга» и «регулярном диалоге».
   На торговле хлопком зарабатывают и германские банки — например, частично национализированный Commerzbank. В Ташкенте имеется филиал, который, по словам представителя банка, не первый год обслуживает европейских клиентов, кредитуя их сделки с «белым золотом». Финансированием бизнеса с Узбекистаном также занимается Deutsche Bank.
   Отдельные розничные сети, такие как C&A или Wal Mart, сегодня предпринимают попытки отказаться от одежды из узбекского хлопка.
   Но проследить весь путь от поля до прилавка непросто: торговцы смешивают его с хлопком из других стран.
   Сырьевое богатство страны никак не сказалось на поло-жении людей, живущих в нищете. Сельское хозяйство прозябает, используя методы позавчерашнего дня, в чем можно убедиться, к примеру, в селе Шейхлар, что к северо-западу от Самарканда. Хлопкоуборочных комбайнов, как в советские времена, там не увидишь. Формально крестьяне свободны, но на деле они вынуждены арендовать землю у государства, покупать удобрения у госкомпаний — и выполнять плановые задания. Платят им треть от экспортной цены, разница поступает правительству Каримова.
   Тем временем возделывание хлопка продолжает наносить окружающей среде колоссальный ущерб. Аральское море, расположенное на западе Узбекистана, обмельчало на 90%, одна из главных причин — искусственное орошение угодий; все 24 вида рыбы, некогда обитавшие в нем, исчезли. Безработица в регионе достигает почти 70%.
   Узбекская правозащитница Умида Ниязова, побывавшая в тюрьмах Каримова, теперь следит за ситуацией на родине из Берлина. К ней стекается информация о несчастных случаях на производстве, непередаваемых санитарно-ги-гиенических условиях в лагерях, разбитых около хлопковых полей. Только что звонил отец девочки, которую послали убирать хлопок на юго-запад Джизакского района. «Прежде чем родителямдозволяют повидать своих детей, их часами проверяет полиция», — рассказывает Ниязова.
   В компании Otto Stadtlander Узбекистан представляют себе иначе. Когда на бременской хлопковой бирже отмечали узбекский праздник весны, недостатка в желающих выступить спонсором не было. Угощали национальным пло-вом, танцовщицы выступали в блестящих платьях, а на вну-шительных плакатах красова-лись города будущего — такие, какими их хочется видеть Исламу Каримову.
   Почти как на узбекском телевидении.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK