Наверх
7 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "ПРИВАТ-ПРОЦЕНТ"

Чем третья волна приватизации отличается от двух предыдущих? На этот раз ставка делается на привлечение иностранного капитала. 10 процентов акций ВТБ уже предложены американскому инвестфонду.    Когда-то приватизация была передовой линией в сражении за рыночную экономику. Потом, в эпоху залоговых аукционов, она положила начало формированию в России класса олигархов. После чего о ней долго ничего не было слышно. На самом верху скрепя сердце признают, что сегодня в России на государство работает каждый второй занятый в экономике. Но вот после кризиса приватизация опять стучится в дверь, пока негромко, но уже настойчиво. Стоит разобраться в том, что изменилось в самой приватизации и что может изменить она.
   Времена пассионарной приватизации в далеком прош-лом — достаточно сравнить Анатолия Чубайса почти двадцатилетней давности с ним же теперешним. Тогда он был ледоколом и человеком, теперь для него роснановский бизнес — прежде всего и ничего когда-то столь личного. Ради бизнеса он приветствует «управляемый рынок» и создание монополии с «Роснано», естественно, во главе.
   В третьей волне приватизации превалирует прагматика — так и должно быть. Но это вовсе не значит, что прагматичный подход снимает все загадки. Когда Минэкономразвития и Минфин согласовали список из 11 круп-ных активов для приватизации, куда вошли пакеты акций Сбербанка, «Роснефти», «Транснефти», «Совкомфлота», ВТБ, Россельхозбанка, «Росагролизинга», «Росспирт-прома», ОЗК, ФСК и «РусГидро», крупный бизнес ап-лодировал. Правда, не до кон-ца было понятно чему. Сами бизнесмены упирали не столь-ко на прагматичную, сколько на идеологическую сторону. Они приветствовали шаг к разгосударствлению эконо-мики. Но с практической точ-ки зрения сразу возникли вопросы.
   Первый: государство затевает приватизацию для покрытия дефицита бюджета, то есть от безденежья. Но тогда у кого есть деньги, если кризис еще никуда не ушел? Второй вопрос: новая волна приватизации отличается от предыдущих своей умеренностью. Государство, пусть и в лакомых компаниях, но уступает лишь миноритарную долю, оставляя контрольный пакет за собой. По российс-кой традиции миноритарий — заведомо ущербный участник процесса, если до контроля не дотянуться, то привлекательность участия снижается на порядок. Вкладываться без перспективы контроля имеет смысл, если есть свободные деньги, но опять же — у кого они есть?
   
УРОК ВТБ
   Тут можно строить разные умозаключения. И ответы бу-дут получаться разными. Насколько — показывают расхождения в оценках приватизационного вклада в бюджет по версии министра экономического развития Эльвиры Набиуллиной и по версии министра финансов Алексея Кудрина. Набиуллина месяц назад считала, что за три года приватизация принесет 700 млрд рублей, Кудрин 15 сентября привел другие расче-ты: приватизация даст ежегодно по $10 млрд, но в течение пяти лет. Кудрин редко бывает большим бюджетным оптимистом, однако на этот раз он явно перещеголял коллегу. Почему?
   Возможный ответ: Кудрин считал, зная уже о перспективах продажи в этом году 10% акций ВТБ крупнейшему американскому частно-му инвестиционному фонду TPG Capital. Этот фонд не является новичком на российском рынке, он активно занимался портфельными инвестициями в 1998-2005 годах, причем его интересы были весьма разнообразны: от нефти и цемента до кабельного ТВ, аптек и розничных сетей. С прошлого года у группы ВТБ с TPG Capital есть совместный про-ект: американский фонд и «ВТБ-Капитал» владеют в об-щей сложности 30,8% акций «Ленты» (пятый по величине продуктовый ритейлер в России).
   Готовящаяся сделка и в самом деле может стать важным прецедентом. Он поз-воляет не только точнее считать бюджетное пополнение, но и ответить на вопрос: что же может изменить новая приватизация, если она по определению не затрагива-ет госконтроль за частично приватизируемыми предпри-ятиями?
   Контуры сделки 2 сентября четко обрисовал замминистра финансов Алексей Саватюгин на международном банковском форуме в Сочи. Он заявил: «Мы подтверждаем свои планы о выходе из государственных банков. Начнем примерно с 10-процентного пакета акций ВТБ, который мы надеемся продать в этом году, скорее всего, стратегическому инвестору или пулу стратегических инвесторов». Там же Саватюгин рассказал, что в течение трех лет возможна продажа еще 25% акций ВТБ, цель — оставить у государства 50% и одну акцию. Тот же подход, по словам Саватюгина, предлагается и для приватизации Сбербанка.
   
АНАТОМИЯ ПРЕЦЕДЕНТА
 
   Ставка в новой приватиза-ции делается на привлечениеиностранного капитала. За ру-бежом свободных средств на порядок больше, чем в Рос-сии, к тому же западные инвестиционные фонды тради-ционно ориентируются имен-но на портфельные инвестиции, так что такой расчет вполне оправдан. Конечно, не стоит сбрасывать со счетов компании из приватизаци-онного списка, в которых рады участвовать и российские компании, даже если это участие ограничится мин-оритарными пакетами (речь идет прежде всего о «Транснефти» и российских нефтяных компаниях). Но новое ка-чество приватизации задает именно широкое привлечение иностранного капитала.
   Чтобы оценить это качест-во, следует начать с того, что изменяется процедура приватизации. По закону «О при-ватизации государственного и муниципального имущест-ва» от 21 декабря 2001 года она предполагает аукцион. Однако прецедент ВТБ показывает, что западный ин-вестор предпочитает договариваться напрямую, и российское правительство идет ему навстречу.
   Закон может быть соблюден: в статье 3 есть пункт, по-зволяющий заменить прива-изационный аукцион адресными решениями правитель-ства, «принимаемыми в целях создания условий для привле-чения инвестиций, стимулирования развития фондового рынка, а также модернизации и технологического развития экономики». Можно не сомневаться: такая «модернизация» точно будет во-стребована. Появилась даже информация о том, что в це-лях «ускорения процесса» при подготовке сделки обсуждается оформление продажи 10% ВТБ в соответствии с нормами английского, а не российского права. Это был бы уже прецедент в квадрате.
   Конечно, адресная бесконкурсная приватизация несет с собой очевидные риски, в том числе и коррупционные. Однако есть у нее и достоинства.
   Главный вывод состоит в том, что появление иностранных участников в российских компаниях, остающихся под госконтролем при всех сопутствующих рисках, которые, естественно, сле-дует ограничить, с английским правом или без него, во-первых, укрепит практи-ку защиты прав миноритарных акционеров, а во-вторых, сделает более прозрачными госкомпании, что точно пойдет на пользу всей экономике.
   

   Новая приватизация не ослабляет государство, не затрагивая госконтроль над частично приватизируемыми компаниями. Но даже такая приватизация все равно кое-что меняет. Ставка, как показывает прецедент готовящейся продажи 10% акций ВТБ, сделана на привлечение иностранного капитала. Само привлечение вызывает вопросы — есть риск отхода от приватизационных аукционов. Но при всех рисках, которые, естественно, следует ограничить, появление иностранных участников в российских госкомпаниях, во-первых, укрепит практику защиты прав миноритарных акционеров, а во-вторых, сделает более прозрачными сами госкомпании, что точно пойдет на пользу всей экономике.
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK