Наверх
10 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "Раскол Европы"

ЕС хочет очистить финансовые рынки от игроков и «мусорных» ценных бумаг и «приручить» банковский сектор. Лондон, Дублин и отдельные восточноевропейские страны борются за свободу рынков.

    Когда министр финансов Германии в очередной раз слышит вопрос, сколько еще денег налогоплательщиков ему понадобится на поддержание банков, его лицо омрачается. «Не знаю, — говорит он. — Это будет ясно только постфактум». И когда поздно вечером, после заседания кабинета в Берлине или совета министров в Брюсселе, кто-то осведомляется о его самочувствии, время от времени из уст Пеера Штайнбрюка раздается ворчливое: «Погано!»
   Европейским министрам финансов сегодня не позавидуешь. Вашингтон требует от них новых и новых миллиардных вливаний в экономику. С другой стороны, Брюссель уже грозит разбирательством в связи с превышением максимально допустимого размера государственного долга.
   Плюс ко всему в нынешние времена, когда никто ничего не знает наверняка, от них ждут ответов на важнейшие вопросы: как «разогнать» экономику, не допустив при этом полного опустошения государственных бюджетов? И как избавить банки от бремени «мусорных» ценных бумаг, не перекладывая всех рисков на налогоплательщиков?
   Кроме того, 27 европейским казначеям предстоит выполнить еще одно незаурядное поручение глав государств. На своей последней встрече в марте нынешнего года те потребовали от брюссельской комиссии и собственных министров финансов изучить новые возможности регулирования.
   Уже на следующем, июньском саммите европейские правители хотят «принять первые решения по усовершенствованию контроля и надзора за финансовым сектором Евросоюза», говорится в немецкоязычной версии коммюнике. В том же направлении предлагалось двигаться и на встрече «Большой двадцатки» ведущих мировых держав. Но как видение участников встречи в верхах будет влиять на трудовые будни низов?
   Комиссия уже внесла первые предложения, парламент принял первый закон: крупные межбанковские кредиты впредь не должны превышать 25% собственного капитала. Кроме того, банки обязаны оставлять себе как минимум 5% рискованных бумаг, которые они продают клиентам.
   Пока это все. Шансы на то, что за громкими заявлениями незамедлительно последуют конкретные меры, невелики.
   В ЕС намечается раскол, говорит депутат Европарламента Вернер Ланген (ХДС). Аналогичные высказывания раздаются и из среды министров финансов: старая континентальная ядровая Европа опять противостоит англичанам, ирландцам и некоторым новым членам ЕС на востоке.
   Лондон и Дублин блокируют любые предложения, могущие обернуться проблемами для финансовой индустрии Великобритании и Ирландии. Их можно понять: другие перспективные отрасли в этих странах практически отсутствуют. Но для Европы такой курс чреват эксцессами.
   «Никакой системы управления рисками у нас до сих пор нет», — говорит Дэвид Райт, заместитель руководителя генерального директората Еврокомиссии. Вплоть до момента «большого взрыва» не прозвучало никаких предупреждений, «необходимых механизмов просто не существует». Ситуацию надо срочно менять.
   С этим согласны почти все — по крайней мере, в теории. Даже чопорный премьер Великобритании Гордон Браун на встрече в верхах «ясно высказался за более решительный шаг к государственному регулированию», с удовлетворением отмечала канцлер Ангела Меркель по окончании мартовского саммита. «Дериваты, подобно заразной болезни, расползлись по всему миру», — констатировал Браун на заседании Европарламента в Страсбурге и потребовал «глобальных стандартов» для реагирования на «глобальные проблемы».
   Очевидно, рассказать своим министрам, статс-секретарям и чиновникам о происшедшей смене курса британец просто забыл. Поэтому они по-прежнему стопорят переговоры в Брюсселе об утверждении серьезных требований к деятельности финансовых институтов.
   Тем не менее большинство в ЕС сохраняет решимость восстановить примат политики на рынках, успевших подвергнуться обширной дерегуляции, — настолько, насколько возможно. В частности, это предполагает:
   — более строгие нормативы в отношении собственного капитала банков, призванные предотвратить заключение сделок с неоправданно высоким риском;
   — обязательную регистрацию крупных хедж-фондов, а также раскрытие ими информации о сделках с применением кредитного плеча;
   — принятие директив, регламентирующих размер окладов и бонусов в финансовой отрасли с их привязкой к долгосрочной динамике прибыльности компаний;
   — обязательное лицензирование рейтинговых агентств, а также запрет на одновременное предоставление своим клиентам консалтинговых услуг и определение их кредитного рейтинга;
   — общеевропейский контроль над участниками финансовых рынков и совместное утверждение соответствующих нормативов.
   Одни считают предлагаемые нововведения излишне принципиальными, другие — слишком поверхностными. В законопроекте Еврокомиссии о хедж-фондах «больше дыр, чем в швейцарском сыре», сетует Поуль Нюруп Расмуссен, председатель Партии европейских социалистов. Глава социалистической фракции в Европарламенте Мартин Шульц хочет «в еще большей мере» отделить друг от друга вопросы вознаграждения менеджмента и прибыльности банков.
   Одна только рекомендация приступить к регулированию заработков управленцев высшего звена ничего не даст, предупреждает депутат от ХДС Клаус-Хайнер Лене. Нужен настоящий закон, именуемый на жаргоне Евросоюза директивой. Рекомендация же существует с 2004 года, однако «придерживается ее только одно государство—член ЕС».
   Министр финансов Франции консерватор Кристин Лагард тоже считает внесенные предложения «слишком малозначительными» и даже находит в них опасные пробелы. В частности, в Брюсселе хотят, чтобы фонды, прошедшие сертификацию в других регионах мира, получали разрешение на деятельность в ЕС без дополнительной проверки. Но тогда среди них может затесаться «троянский конь», несущий в себе непрошеных гостей из налоговых оазисов, опасается Лагард, и «открыть доступ к фондам Каймановых островов».
   Англичане смотрят на это совершенно иначе. Еще 22 февраля на заседании, состоявшемся в рамках подготовки к встрече «Большой двадцатки» в Берлине, их представитель предупреждал своих коллег об опасности чересчур глубокого регулирования: «Нельзя, чтобы сегодня мы заготавливали себе проблемы на будущее».
   Британские защитники фондов не на шутку озабочены, как бы от господ в лондонском Сити не потребовали лишнего. Те же, со своей стороны, грозятся, что в случае чрезмерной «опеки» подыщут себе новые торговые площадки в Азии или Америке. В прессе Великобритании идет интенсивная подготовка общественного мнения.
   Даже Стюарт Фрейзер, глава лондонского городского комитета политики и ресурсов, утверждает, что предложения комиссии в случае их реализации «неизбежно вынудят отрасль уйти из Европы». Антонио Борхес, коллега Фрейзера из Hedge Fund Standards Board, института, отвечающего за саморегулирование в отрасли, видит в происходящем исключительно «неприкрытые нападки континентальных европейцев» на англо-американскую финансовую систему.
   Его поддерживают главным образом новые восточноевропейские государства, во многих из которых политики хоть и не имеют нужды отстаивать собственные банковские центры, но проявляют идеологическую близость к английским и ирландским коллегам. Нерегулируемая динамика роста дает большие экономические преимущества, нежели модель безопасности германского образца, уверены некоторые из них. Многие выросли в условиях коммунистического общества запретов и изучали свободную рыночную экономику в университетах Америки.
   Противостояние Запада и Востока уже приносит первые плоды — появления по-настоящему дееспособного европейского надзорного органа ждать не приходится. Контроль останется в компетенции отдельных государств. Споры ведутся лишь о том, насколько активно национальным контролерам следует обмениваться информацией, по каким правилам оценивать риски и при необходимости предпринимать вмешательство в рынок. Центробанк Германии поддержал лондонских коллег, отвергающих идею создания общеевропейского ведомства, что, вероятно, не в последнюю очередь обусловлено опасениями за собственное влияние.
   Только сами главы правительств и государств могут сделать так, чтобы на саммите в июне было принято нечто большее, «чем просто бессодержательные тезисы», не теряет надежды брюссельский специалист, занятый подготовкой саммита. Президент Франции Николя Саркози не прочь проявить себя перед своими гражданами «большим сторонником регулирования». Канцлер Меркель в разгар предвыборной кампании едва ли захочет остаться в стороне. А Гордон Браун уже зашел в своей риторике слишком далеко, чтобы теперь блокировать любые инициативы.
   Многие специалисты сомневаются, будет ли всего этого достаточно, чтобы вынести из кризиса правильные уроки на будущее. «Мы совершенно не понимаем макроэкономических последствий микроэкономических событий, происходящих на этих рынках, — признает руководитель генерального директората при брюссельском секретариате Совета ЕС Карстен Пиллат. — Для надзора за рынком нужны проверенные модели, позволяющие оценивать происходящее. Однако они отсутствуют».
   Раньше Пиллат работал в берлинском Министерстве финансов и в ведомстве канцлера. Опыт прежних катастроф «не уберег нас от нынешнего кризиса». Так что и к следующему кризису, который, вероятно, тоже будет развиваться совсем не так, как прежние, «мы подойдем в том же неведении».

Перевод: Владимир Широков

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK