Наверх
16 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2003 года: "Разбойная сила"

Веру наших людей в мощь правоохранительных органов не задушишь, не убьешь. Имеется в виду вера в то, что правоохранительные органы, если захотят, испортят жизнь любому гражданину. Возможно потому, что гражданин этот никогда до конца не уверен, что казнить его не за что.Всякий раз, когда я вижу взрослых мужчин и женщин, неуклюже склоняющихся к младенцу, который вчера научился говорить, с идиотским вопросом «кем ты хочешь быть, когда вырастешь?» — мне хочется кричать во весь голос: «Остановитесь! Не искушайте ребенка!»
Всякий раз, когда я слышу вопрос о жизнеопределении невинного человечка, я вспоминаю сына своих соседей Владика Коротова. Владик рос удивительно хорошеньким мальчиком: белобрысый чубчик, румяные щечки, складочки на запястьях и под коленочками. Большие круглые голубые глаза Владика, обрамленные густыми черными ресничками, смотрели на мир кротко. Скромный мальчик делился карамельками с другими детьми и без слез соглашался дать покататься на трехколесном велосипеде «Дружок» старшим ребятам во дворе. Цветок жизни цвел и источал изумительный аромат детской кашки и размазанной по рукам шоколадки, пока, наконец, у Владика не начали спрашивать, кем он хочет быть, когда вырастет. Владика вопрос приводил в тупик, ему казалось, что когда он вырастет, то будет совсем старый, прямо как дедушка Коля, который с утра до вечера сидит на скамейке, трясет головой и ровно раз в час сокрушенно произносит в пустоту одну и ту же фразу: «Эх, батьки Махно на вас нет! Уж он бы вас усмирил!»
С профессиями Владик знакомился, как все нормальные дети. Когда энергичная тетка в белом халате велела ему высунуть язычок и полезла в рот холодной ложкой, отчего у мальчика случился приступ удушья, Владик сделал конвульсивные движения руками и засадил тетеньке ложкой прямо в глаз. После того как он услышал от мамы, что тетя доктор вовсе не собиралась задушить его ложкой, а просто хотела посмотреть, не красное ли у него горлышко, Владик решил быть врачом.
— Молодец, мальчик, — без энтузиазма говорили взрослые и отвлеченно гладили его чубчик.
Потом Владик проехался с папой в такси и познакомился с дядей, от которого удушливо пахло табаком и средством для выведения клопов. Владик хотел развеселить сурового дядю, закрывал ему глаза ладошками и спрашивал: «Ку-ку?»
— Поубивать бы этих уродов малолетних, — отвечал на заигрывания Владика вонючий дядя.
Папа строго и громко, так, чтобы это слышал шофер, говорил:
— Владислав, не мешай дяде водителю. А то мы сейчас врежемся в столб, и всем будет бо-бо.
Владик стал говорить, что хочет быть водителем, и даже получил в подарок два пластмассовых грузовика. Периодически он хотел стать то продавцом, то водопроводчиком, то почтальоном.
Судьба Владика решилась в тот день, когда его впервые выпустили поиграть во двор. Мама жарила рыбу на кухне и одним глазом поглядывала в окно на сына, который резвился в песочнице. Мама волновалась, чтобы малышей не обижали юноши из малярного ПТУ, расположенного в соседнем доме. Прыщавые юноши толпились вокруг песочницы, смачно сплевывали и с раздражением смотрели на детей, которые заняли своими куличиками все сидячие места.
— Маленьких обижать нехорошо, — сказал проходящий мимо мужчина в сером костюме и странном головном уборе. Малыши решили, что сейчас мужчина получит в лоб, но неожиданно юноши перестали плевать под ноги и на их лицах отразились оттенки разума.
— Все нормально, начальник, — ответил за всех самый рослый юноша. И добавил: — Мент, проклятый, — когда мужчина в сером костюме скрылся за углом.
В тот вечер Владик решил, что он хочет быть ментом.
— Я буду милиционером, — трогательно проглатывая букву «эр», отвечал Владик на дотошные вопросы взрослых. Впервые он почувствовал, что его слова вызывают уважение.
— Правильный пацаненок растет, наш человек, — нервно смеялись дяди и тети. И трясли Владику маленькую ручонку.
— Встретишь в камере, не забывай дядю Петю, — говорил дядя Петя и отвозил Владика покататься на карусели «Ветерок» в луна-парк.
— Учись подарки принимать, — игриво щебетала роскошная тетя Зина, вручая мальчику огромный пакет с конфетами «Мишка».
Спустя три месяца неспадающего интереса к своей будущей профессии Владик догадался, что профессия милиционера приносит выгоду уже на этапе желания. Окончательно вопрос решил игрушечный пистолет «макаров» с пластмассовыми пульками, который оставил под елкой Дед Мороз.
Когда Владик перешел в пятый класс, голубые глаза его потеряли былую чистоту и наполнились святой подозрительностью. Одноклассники мужественно терпели, когда он, скрывшись «в засаде» среди вешалок в гардеробе, оглушал их ранцами по голове.
К десятому классу Владик научился делать многозначительные паузы в словах, выучил беспроигрышную фразу «будете рыпаться — я вас всех пересажаю», а на выпускном экзамене по литературе на настойчивый вопрос преподавателя, в чем все-таки смысл произведения «Евгений Онегин», вкрадчиво поинтересовался:
— Вы мне что, Игорь Владимирович, допрос с пристрастием устраиваете? Сейчас вы у меня спрашиваете, но не ровен час ответить придется вам.
Преподаватель литературы сглотнул, живо вспомнил главы из романов современных писателей, повествующие об ужасах сталинских застенков, и на всякий случай поставил оценку «хорошо».
В дальнейшем Владик шел по жизни смеясь. Звездочки на погонах блестели, кобура скрипела. Лейтенант Коротов нес скромную службу участкового милиционера, и так успешно, что к третьему году службы переехал в квартиру улучшенной планировки. Коротов служил ярким подтверждением слов министра внутренних дел о том, что с каждым днем растет благосостояние российских служителей порядка.
Секрет успешной службы Владика состоял в том, что он усвоил для себя железное правило: преступление легче предотвратить, чем раскрыть.
— Так, так, Василий Иванович, добрый день. Лейтенант Коротов! — представлялся Владик, нарисовавшись на пороге очередной квартиры. — Поступил сигнал, что у вас не все в порядке.
Добрейший Василий Иванович не мог припомнить, что именно у него не в порядке, но и утверждать, что все в полном порядке, тоже, конечно, было бы не совсем верно.
— Ну-ну, вспоминайте, вспоминайте, — ласково, но настойчиво говорил лейтенант. — Помните, что чистосердечное признание смягчит вашу вину.
Василий Иванович на нервной почве вспоминал о том, что где-то слышал, что чистосердечное признание — кратчайший путь за решетку, но ясные голубые глаза милиционера внушали доверие. Постепенно Василий Иванович вспоминал о том, что два дня назад угрожал убить свою невестку Люсю, если она еще раз выкинет бутылки из-под пива, а не отнесет их на пункт приема стеклотары.
— Так-так, убить, значит, собирались, — резюмировал лейтенант. — Дальше вспоминайте.
Спустя час Василий Иванович исповедовался юному голубоглазому лейтенанту во всех грехах, выносил ему месячный запас алкогольных напитков, махнув рукой, залезал в шкатулочку к невестке Люсе, вынимал мятые денежные купюры и с удовольствием вручал их лейтенанту.
— На первый раз, гражданин, я вас прощаю. У нас гуманное правосудие, — гордо заявлял Коротов, садился в лифт и нажимал кнопку следующего этажа.
— Так-так, Лариса Кондратьевна, поступил сигнал, что у вас не все в порядке. Гости, говорят, у вас, бывают подозрительные, — уточнял Коротов.
Лариса Кондратьевна бледнела, судорожно вспоминала, кто мог сообщить, что месяц назад к ней на день рождения приезжал любовник Армен с друзьями из солнечной Армении. Армен и его друзья были представителями творческой интеллигенции, но издалека, думала Лариса Кондратьевна, их в самом деле можно принять за хорошо одетых чеченских боевиков.
— Так-так, — сочувственно кивал головой Владик, — а прописка московская или регистрация у вашего друга имеется? Точно, вы хорошо смотрели? А то, знаете, сейчас полиграфия на таком уровне, что любую бумажку можно за минуту напечатать.
Лариса Кондратьевна волновалась, взгляд ее становился рассеянным, а мысли — запутанными. В самом деле, хваталась за сердце Лариса Кондратьевна, может, Армен врет, что он меня любит? Может, он и женится на мне не хочет?
— Бдительность — задача каждого москвича и каждой москвички, — не унимался Владик. — Потом не докажете, что вы тут просто любовью занимались.
— Конечно, конечно, — шептала Лариса Кондратьевна и в знак признательности отдавала Коротову рог из серебра и браслет ручной работы, подарок Армена.
Рейд по квартирам добропорядочных граждан Владик совершал регулярно. Жильцы посвящали его в сокровенное, рассказывали о ворованных журналах из газетного ящика, о выкинутых с шестого этажа мешках с мусором, о разбитом в момент парковки бампере на чужом автомобиле и о побеге с места аварии. Признавались в неуплате налогов и получении черной зарплаты. Рассказывали о том, как намедни разбили банку с маринованными помидорами прямо о голову пьяного зятя и перепродали по спекулятивной цене партию стирального порошка.
Сентиментальное путешествие Владика по закоулкам душ вверенных ему жильцов закончилось тривиально. Поступил сигнал, что участковый Коротов занимается вымогательством. Начались разбирательства, Коротова вызывали на неприятные разговоры, зашла речь о конфискации и сроках. На очередном допросе Владик, глядя прямо в глаза полковнику, вежливо сказал:
— Я слышал, у вас тут не все в порядке. Сами понимаете, от своих-то шила в мешке не утаишь.
Полковник возмущенно захлопнул папку с делом. Владику дали два года условно и оставили в покое имущество. Как он, собственно, многократно и говорил — у нас гуманное правосудие.

ЛЕНА ЗАЕЦ, рисунки ЛЮБЫ ДЕНИСОВОЙ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK