Наверх
14 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2004 года: "Сели в калошу"

Оттепель, наступившая для российских производителей обуви сразу после дефолта, оказалась недолгой. Сейчас отечественные обувщики рискуют потерять последний сегмент, где у нас были хоть какие-то конкурентные преимущества, — производство зимней обуви. Прогнозы неутешительны: через несколько лет до 95% обуви, продаваемой в России, будет выпускаться в Китае. Обувь советского производства довольно часто становилась объектом насмешек: тут тебе и пассажи Петросяна про калоши, лежащие в магазинах «египетскими пирамидами», и саркастические сюжеты тележурнала «Фитиль» о браке на производстве. Другое дело — импортные товары, превращенные народным сознанием в предметы фетиша: среднестатистическая жена столь же среднестатистического Лени Голубкова мечтала ну уж если не о доме в Париже, то хотя бы об импортных сапогах. А если советскому обывателю удавалось купить кроссовки Adidas производства ФРГ, можно было считать, что жизнь удалась.

Генеральный директор Национального обувного союза (НОБС) Наталья Демидова констатирует, что низкая конкурентоспособность обувной промышленности России — исторически сложившийся факт: «Всю жизнь советские люди гонялись за импортными сапогами и туфлями. В СССР из 800 млн. пар обуви, покупаемых ежегодно, 250 млн. приходилось на импортную». И понять страсть советских граждан к зарубежной обувке можно: продукция отечественного обувпрома, как правило, имела мало общего с представлениями о качестве, стиле и удобстве.

О низком качестве косвенно свидетельствовало и то, что homo sovetikus покупал чуть ли не в три раза больше обуви, чем современный россиянин, — 3,5—4 пары в год на человека против 1,5 пары на душу населения сегодня.

Впрочем, за последние три года продажи обуви выросли на 10%, что составляет 20 млн. пар в натуральном выражении. По прогнозу Минпромэнерго, объем рынка в нынешнем году составит 220 млн. пар, и в следующем потребление также будет медленно расти.

Куда интереснее сама структура рынка. Более половины его — 55% — приходится на теневой импорт. Между тем российские производители начиная с 2001 года сократили свое присутствие на треть, и сейчас доля отечественных производителей, вместе взятых, недотягивает даже до 20% от всего рынка (см. диаграмму). Если в 2001 году доля отечественной обуви составляла около 30%, то сегодня «наши» имеют ничтожно малую пятую часть «обувного пирога» (20,1%). В денежном выражении это $1,2—1,6 млрд. из возможных $6—8 млрд.

Еще около 25% рынка приходится на официальный импорт. Как правило, таким образом в Россию ввозят качественную обувь среднего ($100—200 за пару) и высокого (более $200) ценовых сегментов, а также дизайнерскую продукцию для бутиков. Отечественная обувная промышленность напоминает собой кустарщину — если и не по способам производства, то уж по крайней мере по занимаемым долям на рынке. Из десяти крупнейших производственных компаний (как правило, это «выжившие» советские обувные фабрики) крупной, да и то с натяжкой, можно назвать лишь «Брис-Босфор». Эта совместная российско-турецкая компания, производящая порядка 10 млн. пар обуви ежегодно, занимает около 5% рынка. На ее долю при этом приходится четверть всей обуви, производимой в России. Все остальные «крупные» производители — «Юничел», Торжокская обувная фабрика, «Донобувь», Давлекановская обувная фабрика, «Егорьевск-Обувь», Октябрьский обувной комбинат, «Кузнецкобувь», «Белка» и «Калита» — каждый в отдельности занимают менее 1% рынка. Кроме них, по данным маркетингового агентства «Гортис», в сфере российского обувпрома работает более 70 мелких производителей (с числом работников менее 100) с мизерными долями.

Ни кожи, ни рожи

Плачевное состояние отечественной обувной промышленности эксперты связывают с тремя основными факторами: это проблемы с сырьем (особенно это угрожает производству кожаной обуви), более выгодные условия производства в Китае и неконтролируемый теневой импорт, приобретающий угрожающие масштабы.

По информации Российского союза кожевников и обувщиков (РСКО), для нужд обувпрома «родной» кожи попросту не хватает. «Потребность российских обувщиков составляет 1,2 млрд. дециметров кожи в год, а наши кожевенные предприятия вырабатывают всего 800 млн. В России недостаточно развита программа вакцинации крупного рогатого скота, который часто болеет, причем вследствие некоторых заболеваний кожа становится непригодной. Поэтому объемы выработки сырья низкие»,— говорит Александра Андрунакиевич из Российского союза кожевников и обувщиков. А руководитель НОБС Наталья Демидова считает, что главная проблема — в низком качестве российской кожи: «Благодаря климатическим особенностям у наших фабрик есть хороший опыт в производстве теплой, зимней обуви. Однако даже в этом случае используются в основном импортная кожа и аксессуары», — говорит она.

Впрочем, все опрошенные участники рынка, особенно те, кто специализируется на синтетической и резиновой обуви, основной своей бедой считают все же не сырьевую зависимость от импорта, а слишком агрессивное поведение экспортеров обуви, и в первую очередь — Китая.

Полюбите их черненькими

По словам помощника министра Минпромэнерго РФ Станислава Наумова, российский обувной рынок потерял свою инвестиционную привлекательность именно из-за того, что заполнен контрафактной продукцией. По данным министерства, по «серым» каналам ввозится больше половины всей покупаемой обуви. О потерях российского бюджета можно судить лишь приблизительно: по оценкам менеджера проектов маркетингового агентства Step by Step Юлии Красновид, оборот теневого импорта обуви составляет $1,23 млрд. в год. А по выводам РСКО, в тень ежегодно уходит более $3 млрд.

Бесспорное лидерство по левым поставкам товаров удерживает Китай. Как сообщила Александра Андрунакиевич из РСКО, около 80% обуви, ввозимой в Россию в обход закона, поставляется именно из Поднебесной. Представители отрасли поведали, что «серых» схем несколько: это и указание в декларации заниженной стоимости («серый» импорт), и поставки обуви под видом гуманитарной помощи. Кроме того, распространен «черный» импорт, когда перевозчиками являются обыкновенные «челноки». Российские производители и эксперты рынка в один голос заявляют, что именно засилье «серо-черных» тонов в обувном бизнесе приводит к ситуации, когда производить в РФ становится невыгодно.

В качестве выхода из этого положения некоторые обувщики предлагают применить в России испанский опыт. Еще 7—10 лет назад обувная промышленность Испании переживала кризис, аналогичный нынешнему в России, — те же проблемы были и с экспансией китайских товаров на рынок, и с их относительной дешевизной, и с таможенными махинациями импортеров. Однако испанцы не пали духом: справиться с китайской интервенцией помогли жесткие квоты на ввоз обуви из КНР и дотошный контроль над импортно-экспортными операциями. В результате обувная промышленность страны была возрождена, а объем китайской продукции на рынке сократился в разы.

Правда, в то, что Россия сумеет пойти по испанскому пути, пока верится с трудом. В Федеральной таможенной службе, которая должна контролировать ввоз товаров в страну, признались, что объем «серого» импорта обуви им неизвестен. Вопрос «Профиля» о возможном ужесточении контроля за нелегальным импортом фактически остался без ответа. «Каждому «челноку» в сумку не залезешь, поэтому вполне возможно, что это — один из каналов «серого» импорта. Но пресечь его практически невозможно», — заявил сотрудник пресс-службы ФТС Александр Прошин.

Китайские козыри

Но не следует думать, что продуктивные китайцы приносят нам одни лишь несчастья. Китай лидирует не только в теневой статистике, но и в официальных сводках импорта: по данным ФТС, доля китайского импорта в общей его структуре в первом полугодии 2004 года составила 42,9%, в то время как идущие на втором месте итальянцы обеспечивают лишь 8,8% импорта обуви в Россию (см. диаграмму). Более того, известно, что в Поднебесной производится до 75% всей мировой обуви, и в этом смысле Россия как страна-импортер не выглядит исключением.

Почему же в Китае оказывается настолько выгодно производить обувь? Помимо дешевой рабочей силы (зарплата китайского рабочего в обувном производстве, по словам Натальи Демидовой, около $100, российского — от $250) у китайцев есть и другие козыри. Во-первых, в этой стране действует более низкий, чем в России, налог на прибыль (15%), а новые предприятия вообще свободны от фискального надзора первые несколько лет. Кроме того, в КНР отсутствуют пошлины на ввоз оборудования для пошива обуви (в России они составляют 10—15% от стоимости самого оборудования). А это немаловажный фактор, поскольку и в Китае, и в России используется в основном импортное оборудование, которое стоит недешево.

Все это позволяет китайцам делать себестоимость производства аж в 10 (!) раз ниже, чем у российских компаний. В результате сильно разнится и рентабельность производств. Если в России она составляет каких-то 5—7%, то в Китае, как утверждает Александра Андрунакиевич, она может достигать 80%, а то и 100%.

Естественное стремление снизить издержки и получить большую прибыль переманивает российских обувщиков на китайскую сторону — все больше отечественных предприятий работает с китайцами по схеме аутсорсинга, в результате чего, как говорят злые языки, истинно российским элементом отечественной обуви остается лишь ярлык и штамп производителя. Так что ботинки, на которых написано Made in Italy или, скажем, Made in Russia, итальянскими или российскими являются весьма условно.

Популярность китайского пошива оценили и некоторые крупные сетевые магазины, торгующие обувью. По предположению Александры Андрунакиевич, большинство из них («Терволина», «Обувь-Сити», «Ж», «Эконика» и ряд других), скорее всего, размещают свои заказы в Китае. Впрочем, подтвердить это корреспонденту «Профиля» удалось только в «Ж». Продавец магазина «Ж» рассказала, что обувь, на которой указана странапроизводитель Китай, не будет пользоваться спросом, даже если эти туфли или сапоги будут отвечать всем требованиям качества и моды. «У покупателей предвзятое отношение к Китаю, поэтому с большей охотой люди покупают обувь, на которой указано, что она сделана в России, Италии или в другой европейской стране. Хотя очень много так называемой итальянской обуви сшито именно в Китае, но под итальянскими марками. К тому же, если честно, китайцы сейчас научились делать очень качественные изделия — я, например, ношу китайские туфли».

Кто кого обует?

Представители обувной промышленности, отчаявшиеся догнать и перегнать Китай, тратят значительные усилия на лоббизм. Правда, особенных успехов на этой ниве обувщики не добились: им противостоит другое лобби — импортеры обуви. По словам Александры Андрунакиевич, за последние два-три года РСКО буквально забросал обращениями правительство РФ, требуя поддержать родных производителей. Спасение обувщиков, по мнению г-жи Андрунакиевич, заключается в сохранении высоких импортных пошлин (сейчас они составляют 15% от стоимости обуви плюс 1,4 евро за одну кожаную пару и 15% от стоимости плюс 0,7 евро за синтетическую).

Однако точка зрения членов РСКО не совпала с мнением экспертов специально созданной комиссии по защитным мерам по экспортно-импортным операциям (в нее входят ФТС, Минэкономразвития, Минпромэнерго, ФАС и Минфин). Большинство членов комиссии приняли сторону других «обувных лоббистов» — Национального обувного союза. Последний, наоборот, настаивает на снижении импортных пошлин. Как стало известно «Профилю», позицию РСКО поддержало только Минпромэнерго РФ. «Дешевую обувь (оптовая цена которой не превышает 35 евро) российские фабрики могут выпускать сами, поэтому массовые поставки обуви, декларируемой по заниженной стоимости, составляют ощутимую конкуренцию именно в том сегменте, в котором специализируются наши производители», — считает Александра Андрунакиевич.

В Национальном обувном союзе приводят другие аргументы: Наталья Демидова уверена, что импорт загнан в тень из-за «запредельных» пошлин, а их снижение обязательно подтолкнет значительную часть импортеров к «белому» бизнесу.

Однако с позицией г-жи Демидовой категорически не согласился начальник отдела промышленной политики департамента промышленности Минпромэнерго РФ Сергей Шумилин. «Предложения НОБС приведут к потерям бюджета в объеме 55 млн. евро, а с учетом того, что около 120 млн. пар обуви завозится теневым методом, потери бюджета составят 450 млн. евро. Снижение импортной пошлины не должно произойти ранее вступления России в ВТО», — резюмировал Шумилин.

Между тем война двух обувных союзов пока не закончена— вопрос о размере пошлин завис в воздухе. Однако, как признаются некоторые представители отрасли, это уже и не так важно: только одной этой меры вовсе не достаточно для того, чтобы сделать российскую обувную промышленность конкурентоспособной. По прогнозам, производство в следующем году снизится на 5— 10%. Один из топ-менеджеров обувной фабрики, пожелавший сохранить анонимность, признался в беседе с «Профилем», что подумывает о смене работы: «Поддержки правительства мы не ощущаем. Какая разница — сейчас снизят импортные пошлины или потом, когда страна вступит в ВТО. Отрасль стагнирует, я слышал прогноз, что в следующем году несколько фабрик могут закрыться… В любом случае после вступления России в ВТО отечественная обувная промышленность просто перестанет существовать». Потребителю в этой ситуации остается одно: лояльнее относиться к китайской продукции. Тем более что подавляющее число россиян носят обувь китайского производства. Правда, большинство из них об этом даже не догадываются.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK