Наверх
13 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 1999 года: "Шантаж"

Как же правильно себя вести, став жертвой шантажа?«Чтобы поговорить с большим человеком на равных, маленькие пытаются поставить его на колени». Андрей Кнышев.
«Профиль» (N8, 1999) уже писал о нечестной игре за место под солнцем. Тогда речь шла о клевете. Шантаж по сравнению с клеветой — подлость более изощренная. Он основан на уникальной правдивой информации, компрометирующей оппонента. Завладеть подобными сведениями чрезвычайно сложно и пользоваться ими надо умеючи, исподтишка, выдавая компромат порциями, постепенно затягивая петлю вокруг жертвы.
Шантаж может погубить любую репутацию. Как это делается, мы могли наблюдать воочию. В США Билл Клинтон прошел, кажется, все круги ада, пока Сенат не поставил точку в истории с Моникой Левински. В России генпрокурор Юрий Скуратов предпринимает сейчас титанические усилия и даже, говорят, сбросил за последние дни около десяти килограммов, чтобы как-то дистанцироваться от злополучной видеокассеты интимного содержания.
Источник информации быстро забывается — информация остается. Поэтому, даже если вы невинны как младенец, отмыться от шантажа будет сложно. Правда, некоторым это все-таки удается. Например, Анатолия Чубайса пару лет назад обвинили в получении завышенного гонорара ($100 тысяч) за книгу «Приватизация в России». По существу, речь шла о солидной взятке, которую получил госчиновник.
Чубайс покаялся, признал, что гонорар действительно большой. И предложил президенту решить свою судьбу. Но, так как Анатолий Борисович обладает безусловным управленческим талантом, президент не стал отправлять его в отставку. Мораль такова: шантаж не страшен тем специалистам, чьи добродетели (читай: деловые качества) многократно превышают пороки. Или кто обладает не менее весомым компроматом на своих врагов.
Американская трагедия

Что делал Клинтон, когда история с соблазнением Моники Левински только начинала раскручиваться? Пока был неясен реальный масштаб скандала и сохранялась надежда, что «само рассосется», американский президент использовал тактику «игра под дурачка».
Он добросовестно перепробовал практически все варианты этой игры, от удивленно-недоуменного взгляда, который означал: «Все происходящее не имеет ко мне никакого отношения»,— до утверждений, что оральный контакт нельзя считать сексом и потому никаких сексуальных отношений у него с мисс Левински не было.
Когда стало очевидно, что ситуация не рассосется, и дело приняло серьезный оборот, имиджмейкеры посоветовали президенту сменить тактику. Вместо сценария «Я хороший мальчик» он начал разыгрывать сюжет «С кем не бывает…».
И наконец, загнанный в угол, Клинтон исполнил роль жертвы: с сожалением и раскаянием он признался во всем. Давая показания, он краснел, бледнел и скрежетал зубами. Сто раз повторил, что весь этот инцидент — его личное дело, и единственные люди, у которых он будет вымаливать прощение,— жена и дочь. Искренние смущение и замешательство президента вызвали у простых американцев не гнев и брезгливость, как ожидалось, а сочувствие.
То, что глава супердержавы крутит романы на стороне, то есть занимается тем же, чем и большая часть его сограждан, как ни парадоксально, сделало Клинтона ближе и родней обывателю. Это отразилось и на результатах социологических опросов: подавляющее большинство граждан США возражали против отставки президента, хотя при этом и не сомневались, что он врал под присягой.
С горячей поддержкой (чуть ли не с одобрением) Билла выступили многие известные люди, к примеру, актер Джек Николсон, кстати, сам известный бабник. И адвокатов Клинтон выбирал с оглядкой: один его защитник, калека, передвигался в инвалидном кресле. У зрителей на подсознательном уровне пытались сформировать мнение, что самые немощные американцы готовы отдать последние силы и отстоять президента.
Затянувшийся политический скандал из серьезного повода для импичмента превратился в «мыльную оперу». Чем дольше он тянулся, тем менее серьезным он становился.
Но сказать, что Клинтон вышел сухим из воды, нельзя. Скандал, безусловно, ослабил позиции демократов. Хотя взвешенная позиция Хиллари Клинтон помогла Биллу выстоять, вряд ли жена будет и впредь поддерживать его. Клинтону больше не светят серьезные политические должности, чего не скажешь о его жене. Первая леди США собирается баллотироваться в Сенат. Судя по опросам общественного мнения, у нее отличные шансы. Ходят упорные слухи, что в 2000 году, по окончании президентского срока Билла Клинтона, Хиллари собирается с ним развестись.
Роман с практиканткой самым печальным образом сказался и на внешней политике США: есть мнение, что бомбардировки Югославии были предприняты в том числе затем, чтобы отвлечь американцев от романов президента.
Как раз накануне югославского конфликта в американских СМИ появились новые подробности личной жизни Клинтона: папарацци засняли Клинтона в обществе некой юной особы. Хиллари в это время совершала деловую поездку по Европе. Так что еще неизвестно, какие же на самом деле мотивы (может, желание замять очередной скандал) заставили американцев бомбить Белград.
Русский проект

Русский вариант политического шантажа роднит с американским разве что наличие анекдота. В наш язык всерьез и надолго вошло словосочетание «человек, похожий на…». Американский анекдот: у жительниц Вашингтона спрашивают: «Вы бы хотели провести ночь с Биллом Клинтоном?» «Нет,— отвечают они.— Больше никогда».
Юрий Скуратов, после того как разразился скандал, начал разыгрывать карту «невинная жертва»: неожиданно подал заявление об отставке и лег с сердечным приступом в ЦКБ.
Потом он предпринял ответный удар — стал шантажировать своих врагов. Намекнул, что у него имеется компромат на ближайшее окружение Ельцина и, если на него, генпрокурора, будут давить, он даст делам о коррупции в высших эшелонах власти зеленый свет.
Даже не будучи юристами, заметим, что для генпрокурора такая тактика защиты неприемлема: по роду службы он должен не шантажировать нарушителей закона, а бороться с ними законными методами. Если есть материалы, генпрокурор должен дать им ход,— в противном случае он покрывает преступников и сам становится коррупционером.
Генпрокурор небезуспешно пытался убедить губернаторов, что дело не в его личной жизни, а в том, что он стал поперек дороги высокопоставленным ворам. Скуратов плавно перенес ударение с интимной сферы на общегосударственные интересы.
(Точно так же ведет себя сейчас и Борис Березовский. Его обвиняют в мошенничестве, а он утверждает, что все это происки коммунистов.)
Но вот пойти до конца у Юрия Ильича не хватило смелости. Если бы он в своем первом выступлении в Совете Федерации огласил компромат, о видеокассете с порно сразу бы все забыли. Сейчас же генпрокурор просто жалок, особенно когда пытается убедить публику, что проститутки — это видеомонтаж. Он якобы ходил на обычный массаж, потому что ему стало плохо на работе. Там его засняли, а девушек «приклеили» позже.
Один из депутатов как-то перед телекамерами спросил Скуратова напрямую: «Скажите как мужчина, настоящая пленка или нет?» Генпрокурор, вместе того чтобы мужественно признаться и попросить прощения прежде всего у своей семьи, ответил, что не может говорить ни да, ни нет — не хочет оказывать давление на следствие.
Супруге Юрия Ильича тоже далеко до непреклонной воли Хиллари Клинтон. В своем выступлении г-жа Скуратова молила о пощаде: у нас дети и старенькие родители, они не перенесут этой травли. Эффект от подобного заявления был нулевым. А надо было немного: заявить, что, несмотря ни на что, она мужа любит и в трудную минуту останется рядом с ним.
Еще один ход в истории со Скуратовым сделал добровольный защитник генпрокурора Виктор Илюхин: в одном из недавних интервью он заявил, что вот-вот появится порнокассета и с его, Илюхина, участием. То есть еще чуть-чуть — и подобные кассеты будут на каждого депутата. Действенность компромата, таким образом, явно снизится.
Правда, репутация самого Илюхина тут же оказалась под ударом: многие расценили заявление депутата как превентивный шаг, попытку заранее оправдаться в случае, если возникнет кассета (еще неизвестно, подлинная или нет) с Илюхиным в главной роли.
Противоядие

Итак, два политических скандала дают нам уроки противодействия шантажу.
Прием «играть под дурачка» достаточно распространен в различных ситуациях деловой и личной жизни. Изображайте полное недоумение и абсолютную неприемлемость компрометирующей информации. При этом активно переводите общественное внимание в позитивное для себя русло — на свои деловые достижения.
Прием рационализации требует подвести логическую основу под ситуацию. Вас шантажируют — выступите с публичным заявлением, изложите свою версию происшедшего, представьте намерения своих врагов в неблаговидном свете.
Прием опровержения. Необязательно опровергать весь компромат от первого до последнего слова. Найдите в нем самую уязвимую деталь — придирайтесь к ней. Привлеките внимание общественности к любому самому незначительному подлогу своих оппонентов, сделайте его очевидным для зрителей — тогда истинность всего компромата окажется под вопросом.
Большую симпатию общественности вызывает позиция жертвы. Классический пример — кинофильм «Цирк». Героиня Любови Орловой, звезда цирка, имела черного ребенка. Ее импресарио грозился разоблачить сей вопиющий факт. Разоблачение, как мы знаем, имело прямо противоположный эффект: импресарио с позором изгнали.
Чтобы сыграть роль жертвы, нужно публично признаться во всех «грехах» — в том, чем вас пугают шантажисты. И затем изложить, какие страдания по поводу этой тайны вам пришлось пережить.
Кроме того, шантажу противника можно противопоставить ответный шантаж. Война компроматов ведь не всегда бывает войной на уничтожение. В ряде случаев это может быть расценено как демонстрация силы. Поэтому, чтобы обезопасить себя, неплохо иметь в запасе что-то против явных и тайных врагов.
Затягивание времени также снижает действенность шантажа, хотя и изматывает силы обеих сторон. Какой бы шокирующей информация ни была вначале, со временем она становится банальностью, публика к ней привыкает и не воспринимает ее всерьез.
Шантаж можно использовать в целях саморекламы. Люди с фантазией сами запускают про себя невероятные слухи и разыгрывают выгодную им ситуацию шантажа, чтобы выставить себя в самом лучшем свете — невинной жертвой, защитником добра, на которого ополчилось все зло мира.
Если у вас есть информация, которую могут использовать против вас, лучше обнародуйте ее сами — в выгодном или хотя бы нейтральном контексте.
Противоядий достаточно много — есть из чего выбирать. Конечно, если вы генпрокурор, лучше все-таки не встречаться с проститутками, не давать врагам столь очевидный предлог вас шантажировать. Впрочем, состряпать компромат при желании можно на любого.

ЕВГЕНИЯ ВАРЛАМОВА

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK