Наверх
20 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2008 года: "Шурави и моджахеды на полпути к стандартам НАТО"

Американцы и их союзники создают в Афганистане новую армию — по своим стандартам. Причем от советских привычек афганских военных зачастую призваны отучить выпускники советских же училищ.

   На февральском саммите министров обороны стран НАТО генеральный секретарь альянса Яап де Хооп Схеффер четко дал понять всем мечущимся и сомневающимся младшим собратьям: «Мы пришли в Афганистан, мы приняли решение перестроить страну, и мы останемся там на долгое время».
   Впрочем, преимущественно остаются там и даже наращивают свое присутствие солдаты армии США, о чем не преминул напомнить собравшимся глава американского военного ведомства Роберт Гейтс. Именно американцы служат в Афганистане аж 12 месяцев и в основном занимаются проблемами на крайне нестабильном, многополярном и громокипящем юге страны — среди талибов, наркоплантаторов и ветреных в своих симпатиях вождей племен. Тогда как европейские страны посылают своих изнеженных граждан в форме всего на 6 месяцев, они, как правило, вьют себе тихие гнездышки на относительно спокойном и дремотном севере, населенном преимущественно таджиками, узбеками и хазарейцами.
   Тем не менее все участники ИСАФ и НАТО вполне убеждены в необходимости быстрее нарастить мышцы, интеллект и профессионализм новой афганской армии. В первую очередь — чтобы продемонстрировать еретикам, как внутри Североатлантического блока, так и вне его, что не они нехозяева страны. Что новая афганская власть способна сама справляться с задачами поддержания мира и хотя бы призрачного ощущения стабильности, опираясь на армию, построенную по чертежам и силами западных друзей.
   Да и правительство Хамида Карзая всячески пытается продемонстрировать миру свою жизнеспособность и возможность контролировать с помощью поднадзорных правительству вооруженных формирований всю территорию Афганистана. Один из главных инструментов в этом самоутверждении пока еще слабые и малочисленные силы ANA (Афганской национальной армии), или Урду Эмили Афганистан (пушту).
   


Наши люди на страже порядка
   Кабул, раннее утро. На телефон нашего проводника поступает звонок: возле полицейского участка, подчиненного четвертому полицейскому округу Кабула, в районе Таймани, произошла террористическая атака смертника.
   Через пять минут мы на месте. Толпа зевак и полицейских чинов, афганских спецназовцев в грозном камуфляже. Все вокруг кипит и суетится. Несколько офицеров с нашивками ИСАФ и французскими флажками на рукавах собирают в пластиковые пакеты осколки взорвавшегося автомобиля. Поперек дороги стоят две закопченные машины такси, непонятным образом, однако, уцелевшие. Выясняется, что припаркованный автомобиль был взорван не смертником, скорее всего, бомба имела радиоуправляемый датчик. Операторы местных телеканалов, новостных агентств толпятся вокруг людей в форме и штатском. Руководитель криминальной полиции Кабула генерал Пактиавал дает разъяснения по поводу случившегося.
   В толпе совершенно случайно начинаю разговор с аккуратным важным офицером, безупречно выбритым, в отутюженной, чистой форме с иголочки.
   Офицер оказывается представителем старой гвардии, служившим в криминальной полиции Кабула еще во время правления партии Парчам Бабрака Кармаля и Мухаммада Наджибуллы. Учился в Ленинграде четыре года. Мы переходим на русский. Заскучавшему переводчику остается наблюдать за афганскими военными, командующими погрузкой груды покореженного металлолома, бывшего эпицентром взрыва, в кузов грузовика.
   Офицер важно представляется: полковник Алихан, начальник четвертого полицейского департамента Кабула. За происходящим наблюдает довольно безучастно, для него такой теракт — рядовое событие. Погибло всего четверо — гражданские лица, так что нынешний день мало чем будет отличаться от других таких же, обыденных и спокойных.
   Полковник Алихан учился в Высшем военно-политическом училище Ленинграда:
   — Думаю, мы должны быть благодарны СССР и России, поскольку русские дали образование не только военным и полицейским, но и врачам, инженерам, механикам. Я — хазареец. Если бы талибы продержались у власти до сих пор, то, возможно, они бы устроили резню всех хазарейцев, таджиков и узбеков. Ведь практически все они были пуштунами, и на территориях, которые они контролировали, просто нельзя было спокойно жить, если ты не пуштун. Они очень умело использовали национальную тему, возбуждая ненависть пуштунов к нам. Говорили, что мы слуги неверных — русских и американцев. А такие, как я, были для них врагами вдвойне или втройне. Я учился в Советском Союзе, служил афганским коммунистам, и я не пуштун.
   В здании четвертого полицейского департамента при власти талибов размещалась резиденция бей-команданта. У них было такое должностное лицо — что-то вроде судьи, начальника полиции и главы муниципалитета в одном лице. Если человек не совершал намаз, носил короткую бороду или женщина открывала лицо, всех их, да и тех, кто просто не нравился, вели к бей-команданту, и он судил их. Мужчин с короткой бородой сажали в тюрьму на два-три месяца, пока не отрастет борода. А женщину, открывшую лицо, хотя бы даже случайно, могли и расстрелять, таких случаев было много.
   


Евроатлантизм. Парадный отчет
   Захир Азими — бывший лидер моджахедов, один из полевых командиров, действовавших в регионе Герата и подчинявшихся Исмаил Хану, ныне министру энергетики и водных ресурсов Афганистана. Сейчас Захир Азими сменил чалму моджахедина на кокетливый костюм гражданского представителя Урду Эмили Афганистан. Он — заместитель министра обороны Афганистана по связям с прессой. Он — репрезентативная персона, изрекающая по радио, телевидению, в газетах официальную точку зрения военного ведомства.
   Просторный кабинет, уставленный диванами и стеклянными журнальными столиками. Над кожаным креслом, в которым утопает щуплый Азими в штатском костюме, портрет Хамида Карзая, по бокам от него гербы — Афганистана и афганской армии.
   — В настоящее время Урду Эмили Афганистан не имеет необходимого качества экипировки и должного уровня профессионализма, это мы прекрасно понимаем. Именно поэтому сейчас и на ближайшее будущее присутствие в стране войск ИСАФ необходимо. Во-первых, для контроля над ситуацией, во-вторых, для тренировки, обучения и повышения профессионализма ANP и ANA. На конец 2007 года мы имели армию численностью 85 тыс. человек. Hо ее полная экипировка и обучение еще далеко не закончены. К концу 2008 года афганская армия планирует достичь цифры в 95 тыс. человек личного состава. Мы имеем четкий поэтапный план развития и всесторонней подготовки афганских вооруженных сил и полиции в начавшемся году и считаем вполне выполнимыми задачи, поставленные в нем.
   Прежде мы не имели единой системы управления вооруженными силами Северного альянса, пуштунских племен и других сил, сражавшихся против «Талибана» и «Аль-Каиды» независимо друг от друга, без какой-либо серьезной координации совместных действий. В последние годы все радикально изменилось: антиталибские вооруженные силы, лояльные к легитимному правительству, объединены под эгидой ANA.
   И не скрою, мы поддерживаем тесные связи с Вашингтоном и, в частности, с Пентагоном на предмет финансирования, экипировки, обеспечения новейшими техническими средствами, подготовки офицерского состава. И, конечно же, имеем в планах включение новой афганской армии в программы взаимодействия с вооруженными силами НАТО.
   


Кадровый ресурс
   Со стеклянного журнального столика за нашей беседой с Захиром Азими наблюдают два портрета в рамках. Опять президентский — Хамида Карзая и слева — военного министра Абдрахима Вардака в очень пышной парадной форме и темных очках, похожего на самодовольного латиноамериканского генерала-диктатора середины XX века.
   Новый министр обороны Афганистана, генерал-майор Абдрахим Вардак, профессиональный военный, учился в Академии Генштаба США, сменил на этом посту Мухаммада Фахима, скрывавшего под пышным званием маршала свою несостоятельность в вопросах построения современных вооруженных сил, его образование ограничивалось несколькими классами медресе, а настоящим призванием было поприще муллы. Сейчас профессиональные кадры старой и новой гвардии под руководством Вардака занимаются модернизацией и повышением боеспособности армии, а бывший маршал Фахим спокойно заседает в кресле сенатора в Лоя Джирга.
   Вообще, новая афганская власть и американцы очень трепетно, бережно, трогательно, можно сказать, относятся к бывшим моджахединам Северного альянса. Во-первых, потому, что новая афганская власть — плоть от плоти бывшие лидеры моджахедов, «лицемерные трепачи», как отштамповывают их некоторые представители афганского общества. Во-вторых, ну очень уж они помогли американцам прогнать «Талибан». Бывшим деятелям «Джихади Ислами» прощают некомпетентность, мелкие шалости с применением легкого автоматического оружия, а уж совсем никчемным все же находят тепленькие места.
   Поэтому Саяфы, Фахимы, Раббани теперь лениво плетут парламентские интриги. А генерал Дауд Дауд, бывший личный охранник Ахмадшаха Масуда и его основной подручный по переправке опиумного мака через Таджикистан в Россию, теперь удобно устроился в кресле замминистра внутренних дел по борьбе с производством и оборотом наркотиков. Нет точной информации, хорошим ли телохранителем был Дауд Дауд и насколько успешно он вел бизнес, но своего бывшего патрона он благополучно проворонил двум смертникам из «Аль-Каиды», прикинувшимся катарскими тележурналистами. Сам жив-здоров и даже успел переквалифицировать свою бурную наркодеятельность в прямо противоположное русло. Во всяком случае — в рабочее время.
   


Космическое прошлое и космические перспективы
   Посреди разговора из маленькой, почти потайной двери в кабинет входит генерал Дауран — главнокомандующий ВВС Афганистана. С идеальной военной выправкой, в натовских ботинках, камуфляжной форме с красными генеральскими петлицами. Первый афганский космонавт, так и не слетавший в космос, но успевший пройти подготовку в Звездном городке Академии Генштаба в Киеве.
   Все армейское командование едет на доклад в Лоя Джирга. Маленький, юркий Захир Азими крепко, с широкой кошачьей улыбкой обнимает Даурана, высокого крепыша с выправкой десантника, и получает ответные объятия сильных ручищ генерала. Бывший моджахедин и его противник, офицер просоветского режима Наджибуллы, вскормленный и воспитанный в традициях Советской армии, теперь делают одно дело.
   Генерал Дауран — один из нескольких подающих надежды юношей, отправленных в Советский Союз правительством Наджибуллы для обучения пилотированию новейших советских истребителей и бомбардировщиков, а также для подготовки к космическим полетам. Предполагалось, что эти молодые люди из семей, преданных режиму, станут первыми афганскими космонавтами смешанных советско-афганских экипажей «Бурана». Но только молодой офицер Моманд, пуштун из провинции Газни, стал единственным афганцем, слетавшим в космос.
   Мы вступаем с Даураном в оживленную беседу на русском, Азими возвращает наше внимание к своей персоне, спеша подытожить наш с ним разговор:
   — Новой афганской армии нужно новое поколение молодых людей, крепких, полных сил. Сейчас на территории военного министерства действует новый учебно-тренировочный центр, который был поставлен с нуля специалистами из американской военной академии Вест-Пойнт, курируется ею и находится под ее патронажем. По некоторым позициям он не имеет аналогов в соседних странах — Пакистане, Иране и даже в России. В этом центре молодые младшие офицеры, будущее афганской армии, изучают высокие технологии военного дела, овладевают современными системами вооружений, им преподают два иностранных языка — английский как основной и второй язык на выбор — немецкий, турецкий и др. Обучение продолжается четыре года, и скоро будет первый выпуск молодых военных специалистов нашей академии. Я говорю слово «академия» вполне осмысленно, поскольку скоро она станет таковой по-настоящему — нашими стараниями и с помощью друзей из Вест-Пойнт.
   


Долгое расставание с русскими «калашами»
   В 2007 году Госдепартаментом США и Пентагоном было потрачено $2 млрд на поставку вооружений новой армии Афганистана. В этом перечне значатся винтовки М-16, автомобили специального оснащения для полиции и армии, каски, другая экипировка. Налицо чисто американский транспортный парк афганской армии, и форма ее элитных подразделений явно англо-американского происхождения.
   Тем не менее по части стрелкового оружия, которым вооружена афганская армия, налицо любовь к старым, добрым, проверенным средствам — автоматам и ручным пулеметам Калашникова российского производства. Некоторые полицейские части вооружены менее надежными, но более легкими китайскими модификациями АК-47. Американскими винтовками M-16 избалованы пока лишь очень малочисленные, элитные части, тренируемые инструкторами из США, Англии, Германии и Франции.
   Новая армия Афганистана на всех парах несется к западным стандартам уставов, военным технологиям, критериям профессионализма НАТО. Вслед за бэтээрами, танками, вертолетами и авиацией, средствами связи устаревших советских образцов, уже вытесненных западной техникой, не за горами и смена старого доброго безотказного АК-47 на американские М-16. Это лишь вопрос времени. Но это второстепенно.
   В афганской армии еще очень силен советский военный дух, привитый многим из этих людей, представителям старой гвардии Наджибуллы, в Академиях Генштаба СССР, на Высших военно-политических курсах и в других храмах советской военной школы. В военном министерстве каждый второй встреченный — и невысокий усатый сержант на чек-пойнт, и подтянутый осанистый полковник, — поняв, что вы из России, переходит на русский язык разной степени владения. От ломаного волапюка, отрывочных, не ускользнувших из памяти за долгие годы фраз и реплик, до вполне внятного, грамматически правильного и лексически богатого диалога на разные темы.
   


Откровение львовского старлея и афганского полковника
   Полковник Захир Мурад провожал улетающего в турне по Прибалтике и на вильнюсский саммит НАТО генерала Азими. Перед вылетом чуть ли не у трапа самолета генерал строго-настрого запретил полковнику откровенничать с русскими, зачастившими в афганское военное ведомство. Тем не менее в отсутствие бдительного начальника, бывшего моджахедина и лучшего друга Запада, удалось пообщаться по душам со старым солдатом.
   Захир Мурад начал военную карьеру старшим сержантом в войсках режима Бабрака Кармаля, затем четыре года учился в Львовском высшем военно-политическом училище, выйдя оттуда в звании старшего лейтенанта. Вернувшись на родину в Афганистан, продолжил армейскую службу, вступил в ряды НДПА.
   После крушения режима Наджибуллы моджахедины, занявшие Кабул и особо не стремившиеся к сведению счетов со своими бывшими противниками, оставили его в рядах вооруженных сил, даже повысив в звании до старшего капитана. Талибы не отличались такой терпимостью по отношению к бывшим непримиримым противникам. В лютую вторую половину 90-х Захир Мурад служил простым охранником миссии Красного Креста в Кабуле. Вместо аккуратных офицерских усиков лицо покрывала окладистая борода, голову никогда не покидала чалма — непременный атрибут истинного правоверного.
   После изгнания талибов в пустынные районы на юге и востоке страны, прихода НАТО и антитеррористической коалиции для него опять наступили золотые времена. С 2002 года, когда новое правительство при поддержке союзников приступило к созданию нового военного ведомства Афганистана, он оказался у дел и сделал быструю карьеру, от майора до полковника.
   Его первыми откровенными словами после отъезда Азими в Прибалтику были: «Да, честно говоря, афганская армия находится сейчас в таком положении, что не может защищать сама себя».
   


Вест-Пойнт по-афгански
   Маркади Талими Низами Кабул, или просто — тренировочный центр Харби Понтун, Военного университета Афганистана, — в 7 километрах от городской черты Кабула по шоссе на Джелалабад. Двадцать лет назад советские военные инструкторы преподавали тут основы баллистики, учили афганских офицеров искусству обращения с новейшими советскими танками. Сейчас американские и европейские военные обучают офицеров старой школы владению новой техникой, соответствующей стандартам НАТО. Всего в районе Кабула афганская армия имеет три базы по подготовке личного состава и командирских кадров: основной центр — Харби Понтун, где находимся мы, два других гораздо меньше. Один около аэропорта, другой в городской черте.
   923 новых солдата афганской армии сидят как в мечети, скрестив ноги, в большом ангаре, армейском новострое. Это личный состав пяти новых афганских батальонов в форме с иголочки, зеленых беретах — прошли четырехмесячный курс под руководством заморских профессионалов: тактика боя, в том числе на открытой местности, городской войны, действий в горах, упражнения в стрельбе по движущимся и статичным целям из разных видов оружия, курс первой медицинской помощи, теоретические занятия, в том числе и курс лекций официального взгляда на современное положение Афганистана. Сегодня — торжественная церемония их выпуска.
   — Пока мы учим их на советском оружии, но в следующем году наши друзья обещают дать оружие, соответствующее стандартам НАТО, и может быть, уже в следующем году мы будем вооружать формируемые части М-16. Младшие офицеры, кроме того, проходят курсы английского языка, учатся решать с помощью специальных компьютерных программ оперативные боевые ситуации, — уверенно рапортует пресс-секретарь Военной академии, розовощекий лейтенант Шарпур.
   Командир этих пяти батальонов подполковник Тимур Шах, таджик из Мазари-Шарифа, не забыл русский язык после учебы в Ленинграде. Серьезно и с достоинством высокий человек в очках, с седыми усами жмет мне руку, предлагая провести экскурсию по учебному центру чуть позже, когда он разберется с распределением своих подчиненных по автобусам, отправляющимся в разные регионы страны.
   — При формировании новых частей мы стараемся соблюдать пропорции национального состава страны. Каждое подразделение нашей новой армии должно отражать процентное соотношение пуштунов, таджиков, узбеков, хазарейцев. Всеми ими должна руководить любовь к Афганистану и стремление защитить его от врагов — внешних и внутренних, — сообщает все тот же лейтенант Шапур в перерывах между съемками церемонии.
   


Ускоренный курс молодого бойца
   На следующий день лейтенант морской пехоты США Эдвард Мак-Иннис везет нас на своем джипе через лагерь. Вот проезжаем мимо мечети тренировочного комплекса. Мак-Иннис небрежно поясняет: «Это мы построили для новой афганской армии. Строили, конечно, сами афганцы, но монету гнали американские налогоплательщики».
   Мак-Иннис тут несколько месяцев. Его босс, высоченный старый полковник Плюгер, гигантских размеров добряк из Калифорнии с небрежно накинутой на плечи кобурой, правит другим джипом, сзади. Между пространными объяснениями структуры организации и обучения новой афганской армии рассказывает о своей дочке, которая учится в хорошем колледже, и любви к хемингуэевской рыбалке на форель.
   Аккуратно выверенные дороги базы Харби Понтун с лежачими полицейскими и бетонными блоками по бокам переходят в кашу горной дороги, ведущей вглубь горного полигона. Навстречу по камням, мимо старой советской техники, служащей мишенями для тренирующихся афганских гранатометных расчетов, несутся два джипа Ровер с тонированными стеклами, за которыми читается камуфляж, цветом отличный от оттенков американской формы.
   «О, да это англичане». — Наш гид-лейтенант делает небрежный приветственный жест им в окно.
   Выгружаемся — техническая часть полигона, в рядок стоят двадцать красавцев, бронированных «хаммеров», со стеклами, не пробиваемыми советскими гранатометами, люком и тяжелым пулеметом на крыше. Под серо-зелеными советскими тентами афганские офицеры, развалившись за школьными партами, принимают зачет по пройденному курсу у расчетов тяжелых гранатометов. Еще в паре километров — стрельбища под наблюдением французских инструкторов в вишневых беретах.
   Командир батальона оказывается бывшим майором войск Наджибуллы. Как и многие, служил моджахединам. Сейчас начальник артиллерийско-минометного учебного подразделения дает команду расчету безоткатного гранатомета чешского производства начать стрельбу по мишеням. А сам тем временем коротко общается с русскими журналистами: «Русское оружие было хорошим, сейчас оно тоже осталось, но теперь в основном присылают египетские, болгарские, румынские Калашниковы. Очень много китайских модификаций АК-47, эти гранатометы чешские».
   Группа неуклюже копошащихся людей отбегает от заряженного орудия, при нем остаются только наводчик и командир. Несколько американских и британских инструкторов стоят под солнцем на пригорке, расслабленно бормоча и внимательно, с участием вглядываясь в обозначенную цель. Афганцы дают команду. Цель не поражена, вдалеке от отвесной горной стены, рядом с искореженным советским танком Т-55, собственно, служащим мишенью, отделяется черный дымок.
   Как оказывается в дальнейшем, курсанты-гранатометчики обучаются всего неделю, и это их первая стрельба. НАТО и правительство Хамида Карзая требуют скорейшей комплектации армии, поэтому Военная академия и Тренировочный центр вынуждены штамповать новые части, вполне забыв о качестве подготовки.
   


Неблагонадежный контингент с оружием в руках
   …Церемония введения в афганскую армию пяти новых батальонов заканчивается. Сержанты и младшие офицеры получают сертификаты. Четырехмесячное обучение этих частей закончено. За такой короткий срок люди из беднейших слоев Афганистана получили какие-то навыки — солдатскую, скажем так, специальность. Армии Бабрака Кармаля и Наджибуллы по советскому образцу комплектовались из 18-летних новобранцев. Теперь способ комплектации Урду Эмили Афганистан базируется на вольнонаемной англосаксонской системе.
   Афганский солдат — наскоро обученный таджикский, пуштунский, узбекский крестьянин или выходец из городских низов — зарабатывает за день службы четыре доллара. Перспектива такого дохода привлекает в основном наименее квалифицированные, социально инертные кадры, а зачастую людей, склонных к криминалу, желающих дорваться до оружия и имеющих крайне слабое представление о «национальных интересах Афганистана» в официальной версии. Случаются среди них и ждущие до поры до времени своего часа представители исламистских группировок или сочувствующие им.
   Образовательный ценз приема в армию для солдатской массы и младшего офицерского состава крайне низок.
   — Большинство солдат не умеют ни читать, ни писать, многие сержанты тоже безграмотны, — сетует полковник Захир Мурад за чашкой чая в военном министерстве. — Да что греха таить, многие офицеры тоже. Мы делаем для них компьютерные классы, а они даже не знают, как разобраться со своим мобильным телефоном, потому что не могут прочесть функции на дисплее.
   Исключение, разумеется, составляют молодые выходцы из семей, особо обласканных властью или заокеанскими друзьями. А также немногие вундеркинды, избранные специалистами НАТО за бравость, смекалку и общую перспективность. Они отправляются за счет приглашающих дорогих друзей на обучение в Вест Пойнт, военные академии бундесвера, Франции, Великобритании и возвращаются уже в значительных чинах.
   Гораздо более живую картину рисует директор правительственного информагентства «Бахтар», подчиненного Министерству информации, доктор Башир Ахмад:
   — Понимаете, у подавляющего большинства солдат, особенно в национальной полиции, из-за низкого образовательного уровня отсутствует способность к осознанию национальных интересов страны, ее полиэтнического единства, самоидентификации себя как афганца. В армию идет очень много бедных людей, в том числе пуштунов с юга. А среди бедных огромное число проталибски настроенных граждан, а то и бывших талибов, сохранивших старые связи. Поэтому все наши национальные полицейские и армейские силы крайне ненадежны, несознательны, склонны к анархии и крайностям. А что касается отдельных людей — сейчас та же самая ситуация, что и при коммунистических режимах. Тогда молодые люди, призываемые в армию, могли один сезон сражаться за моджахединов, а другой — за НДПА, а потом опять за моджахединов. Поезжайте в Кандагар — там и теперь такое на каждом шагу. Днем человек может работать сержантом полиции или печь хлеб, а когда стемнеет, он надевает черную чалму, берет в руки автомат — и до утра он талиб. Это не страшные сказки, а практикуемая реальность — особенно в южных провинциях. И у нашей армии пока нет иммунитета к этому, ведь надо менять сознание людей, их образовательный уровень, а это возможно лишь для будущих поколений афганцев.
   


За кого воевать будем?
   Судя по всему, американцы окапываются в Афганистане всерьез и надолго. Но что произойдет, если вдруг по каким-то причинам они вынуждены будут уйти?
   Когда советские войска вышли из Афганистана, Наджибулле была оставлена сильная, по тем временам отлично экипированная армия, выдрессированная советскими инструкторами, вооруженная новейшим советским оружием, бронетехникой, самолетами и вертолетами. Во главе Министерства обороны был поставлен протеже и баловень советских военных специалистов генерал Танай, элитарный офицер, член НДПА с «дореволюционным стажем», выпестованный советской военной машиной, учившийся в СССР. Но не прошло и года с момента вывода советских войск, как верный служака взбунтовался против своего патрона, устроив в Кабуле недолгую, но кровопролитную бойню при неудачной попытке военного переворота. В тот раз Наджибу удалось подавить мятеж, а генерал-оппозиционер, поняв, что дело проиграно, поспешно улетел в Пакистан, а впоследствии примкнул к талибам.
   Потом были и другие мятежные генералы, в том числе Дустум, успешно обретающийся у власти и поныне. Но мятеж Шахнаваза Таная был первой каплей в крахе советских попыток дисциплинировать и сделать монолитной афганскую армию, которая очень скоро привела к краху режима Наджибуллы.
   Не грозит ли та же участь и власти Хамида Карзая или его преемников в случае вывода войск коалиции из страны? Не станут ли бывшие моджахедины и бывшие советские офицеры опять по разные стороны баррикад? Или — не появится ли новая старая сила, которая опять внесет разброд в головы генералов? За кем пойдет солдатская масса из нищей глуши? Может быть, за теми, кто пообещает социальные блага в исламской трактовке плюс борьбу с неверными? Или за кем-то другим, пророчащим то же самое, только в другой обертке?
   …Кабул, опять раннее утро. Мы едем в машине с доктором Халимом Танвиром, афганским историком и журналистом, руководителем самодеятельного пресс-центра. Проезжаем мимо блокпоста, ощетинившегося пулеметами, бетонными блоками, мешками с песком и колючей проволокой.
   Доктор скептически ухмыляется: «Если вдруг американцы и НАТО уйдут отсюда, двадцать талибов смогут занять Кабул».






   Афганистан: военно-мифологическое строительство… реальной наркодержавы?
   БОРИС ПОДОПРИГОРА
   
   Таковым оно, по существу, было всегда. Традиционный дневной-ночной принцип управления Афганистаном не изменили ни король, ни революция. Афганец с ружьем днем защищает государство, ночью — родное племя. Оно живет по своим законам, не переводимым на язык конституций. Исключения подтверждают правила — постулат со встречно опосредованной причинно-следственной связью. Чтобы укрепить дневную власть, а заодно и смычку «государство—племя», параллельно создавали ополченские формирования так называемых «малишей». Они исправно получали оружие и проводили экзотические парады. С утра — часто в обновленном составе — требовали новых стволов и патронов. Первыми, кто централизовал по меньшей мере пуштунскую часть страны, оказались талибы…
   2 октября 2001 года руководство НАТО приняло решение о вступлении в силу пятого пункта устава альянса. Согласно этому пункту военное нападение на одного из членов организации расценивается как нападение на сам альянс. Далее следим за логикой: организатором терактов 11 сентября, то есть напавшей стороной, была признана «Аль-Каида». Ее лагеря были отслежены на территории Афганистана. Поэтому страны НАТО воспользовались правом на нанесение ответного удара. Военная операция «Несокрушимая свобода» началась 7 октября 2001 года. С этого времени война против талибана сопровождалась созданием антиталибской армии. К призыву очередных «интернационалистов» наиболее чуткими оказались таджики и узбеки афганского Севера. С вытеснения отсюда этнически чуждых талибов, собственно, и завершилось военное строительство «нового Афганистана». Далее продолжилось привычное военно-мифологическое.
   На привычно «глянцевой» бумаге созданы сухопутные войска численностью около 60 тыс. человек. Они состоят из пяти армейских корпусов, развернутых на базе своих предшественников в провинциях Кабул, Балх, Герат, Кандагар, Пактия. До 70% личного состава новой афганской армии — это те афганцы, которые в 80—90-е годы прошлого века назывались моджахедами, а потом в большинстве воевали за талибов. 30% — это молодежь, которая не застала ни тех, ни других, но название своего рода-племени выучила раньше, чем гордое имя своего отечества. Подготовка офицеров осуществляется как в самом Афганистане, так и за рубежом, где безопаснее и сытнее. Формально от офицеров требуют общеафганского патриотизма и национально-племенной беспристрастности. Перспективных стимулируют дальнейшей учебой на Западе.
   Все категории личного состава вседневно наличествуют в казармах. На ночь их запирают. Иначе, повторим, придется набирать новых. Наши ветераны-интернационалисты не припоминают ни одного ночного боя с участием защитников афганского отечества. Ибо ночью велик шанс попасть в своих. 260 афганских офицеров прошли обучение в российских военных вузах. Оплату за обучение произвела Россия, о чем мы осведомлены без подробностей. Об их дальнейшей судьбе доподлинно не известно. Возможно, они просто не успели подняться до командных высот. Но примечателен их общий посыл: «Эх, если бы и сегодня в Афганистане находились шурави!»
   Что в реальности? Воевать ни вообще, ни — особенно — против соплеменников никто не хочет. Для этого существует натовская группировка ИСАФ (International Security Assistance Force). Ее численность — около 40 тысяч. Смысл превращения натовского лагеря в крепость времен Ричарда Львиное Сердце, как и патрулирования окрестных дорог тактически понятен, политически — необъясним. Операция унесла жизни около 500 военнослужащих, в том числе 350 американцев, 40 англичан, 30 канадцев, 19 испанцев, 18 немцев, 9 французов, 6 итальянцев. В то же время убитыми считаются около 5000 талибов, 1500 алькаидовцев, удостоверений личности у которых не бывает. Одновременно погибли 2000 афганских военнослужащих и полицейских, а также 3500 мирных граждан, которых сосчитать еще более сложно. Оптимистическое соотношение потерь между афганскими «патриотами», пришлыми «интернационалистами» и нераскаявшимися «террористами», по-видимому, заимствовано из опыта шурави. Любая статистика в Афганистане всегда ритуальна и дискретна. Поэтому с ней никто не спорит.
   Теперь — о главном. Исходящий из Афганистана поток наркотиков по сравнению с периодом нахождения у власти талибов вырос в 80 раз: в 2001 году, в последний год их правления, собрано 185 тонн опия-сырца, в 2007 году — более 15 000 тонн. Далее — в конспективном изложении: талибские формирования выдержали начальные удары и постепенно блокируются с родоплеменными, хотя, собственно, это — одно и то же. В странах, помимо США, формировавших ядро ИСАФ (Великобритания, Турция, Испания, Италия, Франция, Германия), усиливаются сомнения в исходе миссии и соответственно ограничиваются национальные контингенты. Испания заявила, что в Афганистане ее «усилия более чем достаточные». Примерно так же реагирует и Лондон. В политическом резерве остаются Эстония, Латвия и Хорватия с их «пипеточными» воинствами. Поэтому ответственность за операцию все более принимают на себя США, единственная страна ИСАФ, расширяющая свое военное присутствие — ныне до 26 тыс. военнослужащих. С 2002 года из американского бюджета потрачено: на Афганистан — $88 млрд, на Ирак — $330 млрд, на усиление безопасности и охрану американских объектов за рубежом — $26 млрд. В незавершившемся 2007-м финансовом году на дополнительные антитеррористические мероприятия ассигновано еще $50 млрд.
   Бен Ладен переименован в бин Ладена, но не пойман. Совместная антиталибская группировка контролирует даже меньшую зону, чем та, за которую отчитывались шурави. То есть примерно 3—5% территории страны в районах городов и баз, где дислоцируются «интернационалисты», да и то в понятное время суток. На этом фоне в Афганистане продолжится интенсивное военное строительство…
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK