Наверх
20 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2002 года: "Смотрите, кто ушел"

Ясир Арафат стал одним из немногих, если не единственным террористом в мире, сумевшим добиться международного признания и легализации своего движения. Однако именно этот успех неуклонно ведет его карьеру к закату.Эпоха сменилась

Глава Палестинской автономии Ясир Арафат как никогда близок к уходу на пенсию. Распущенный представителями его администрации слух о намерении шефа подать в отставку в связи с остановкой мирного процесса имел весьма любопытное продолжение. Руководство Израиля не только не стало уговаривать Арафата остаться, но и сделало вид, что ничего не происходит. Блокада резиденции палестинского лидера не была снята, военная операция на территории автономии продолжилась. Некоторые влиятельные израильские политики даже приветствовали идею отставки «палестинца номер 1», высказавшись в том духе, что он является главным препятствием на пути урегулирования кризиса. А в ближневосточной прессе уже обсуждается вопрос, в каком именно государстве будет доживать свой век Арафат после ухода из большой политики.
Конечно, отставка Арафата вряд ли станет делом ближайших дней или даже месяцев. Возможно, его просто не отпустят свои — боевики «Фатха» и других террористических организаций, для которых Палестинская автономия служит прекрасным легальным прикрытием. Да и сам ветеран не прочь еще «порулить» автономией. Однако тот факт, что попытка шантажа со стороны Арафата не удалась, свидетельствует о многом. Израильские политики, за годы «мирного процесса» свыкшиеся с незаменимостью палестинского лидера («кроме Арафата, нам верить некому», говорил Ицхак Рабин), по-видимому, готовы расстаться с этим мифом и предпочесть жесткое, открытое столкновение с экстремистами.
А коль так, то не являемся ли мы свидетелями заката карьеры одного из наиболее выдающихся политических деятелей XX века? Дело здесь не только в возрасте «главного палестинца». Он — плоть от плоти истекшего века и при всей своей «внесистемности» строго придерживался правил игры, в том веке принятых. Эпоха сменилась, и едва ли Ясир Арафат сумеет найти себе место в новом мире.
Сын купца и аристократки

Точные биографические сведения о Ясире Арафате долгое время были практически недоступны. Не было известно даже настоящее его имя. «Ясир Арафат» — это своеобразный «полупсевдоним», помимо него лидер Организации освобождения Палестины был известен еще и как Абу Аммар. Место своего рождения Арафат также тщательно скрывал, в разных интервью называя разные города: Иерусалим, реже — Газу. Такая скрытность была связана, в первую очередь, с соображениями конспирации: как-никак палестинский лидер был объектом пристального внимания спецслужб нескольких государств. Свою роль сыграла и необходимость создания образа харизматического вождя, для чего необходим был ореол тайны.
Даже сейчас, когда Арафат является признанным лидером палестинцев и политиком, известным во всем мире, в его биографии остаются белые пятна. Точно неизвестно, например, сколько было жен у «главного палестинца». Слухи ходят самые разные: поговаривают, например, что Арафат обручился с некой полькой во время визита в Варшаву в 50-х в качестве представителя египетских студентов. В конце 80-х он женился на ливанской христианке Сухе Таухиль, которая ради него приняла ислам, но официально об этом было объявлено позже.
Однако даже скудные сведения о происхождении Ясира Арафата позволяют судить о том, что его приход в палестинское сопротивление был не случаен. Да и успешную карьеру главы ООП во многом определило наличие авторитетных родственников.
Родители Арафата были отпрысками двух богатых, влиятельных и известных среди палестинских арабов семей — аль-Кудва и аль-Хусейни. Отец, Абдель Рауф аль-Кудва, представитель купеческого рода, сделавшего состояние на импорте в Палестину европейских товаров, владел предприятиями и землями в Газе, Хан-Юнисе, Каире. Мать, Захва Абу Сауд, дочь иерусалимского купца Махмуда Абу Сауда, двоюродного брата муфтия Иерусалима Хадж Амина аль-Хусейни, была представительницей высшей аристократии священного города.
Сам Ясир Арафат родился 24 августа 1924 года в Каире, куда семья перебралась в связи с торговыми делами отца. Полное имя, данное ему при рождении, было Рахман Абдель Рауф Арафат аль-Кудва и включало в себя название одной из исламских святынь — долины Арафат близ Мекки. Мать будущего палестинского лидера умерла, когда ему было около четырех лет. После этого отец отправил всех семерых детей к дяде в Иерусалим.
Четырехлетний Арафат оказался в гуще политической жизни тогдашней Палестины. Противостояние между арабами и евреями, скупавшими земли арабской аристократии для создания там своих поселений, уже тогда было весьма острым. Святую землю с периодичностью в несколько лет потрясали восстания палестинцев против английской колониальной администрации, потворствовавшей, по их мнению, действиям евреев. Одним из главных вдохновителей этих восстаний был как раз иерусалимский муфтий Хадж Амин аль-Хусейни. Да и дядя Арафата Салим Абу Сауд был не последним человеком среди палестинской политической элиты. В детстве Арафату не довелось, подобно нынешним палестинским подросткам, бросать камни в английских солдат, поскольку отец довольно быстро забрал его в Египет — учиться. Однако воспоминания о борьбе у него остались.
Как и полагается выдающемуся арабскому политическому деятелю, Ясир Арафат впервые проявил свои незаурядные способности еще в детстве при изучении Корана — необходимого элемента начального образования в любой мусульманской стране. Полулегендарная история о том, как замкнутый и молчаливый сын Абдель Рауфа аль-Кудвы внезапно преображался на уроках в куттабе (начальной школе), удивляя самого учителя глубиной своих познаний, вне всякого сомнения, сыграла свою роль если и не в карьере Арафата, то уж во всяком случае в формировании образа вождя.
Однако в дальнейшем будущий палестинский лидер все же предпочел получить светское образование. Он поступил на инженерный факультет Каирского университета. Сведений о выдающихся его успехах на этом поприще нет: в студенческие годы Арафата слишком отвлекали от учебы сотрудничество с египетской организацией «братьев-мусульман» и активное участие в палестинской политике. Вскоре после поступления в университет он принял участие в первой арабо-израильской войне. Разгром арабских армий в 1949 году стал для Арафата одним из самых крупных разочарований в жизни, однако он сумел пережить его и посвятил свою жизнь созданию антиизраильской организации палестинских студентов.
ФАТХ, или Победа

Примером, вдохновлявшим Арафата при создании своей организации, была партизанская война, которую вели против Франции алжирцы. Война эта показала, что успешно действовать при определенных условиях можно и против регулярных войск. Пока палестинские революционеры не додумались до террора против мирного населения, целью партизанской войны объявлялись израильские военнослужащие и разного рода стратегические объекты.
Организация Арафата была окончательно сформирована в Кувейте, куда ему пришлось перебраться в связи с угрозой репрессий со стороны египетского президента Гамаля Абдель Насера, подозревавшего палестинского политика в симпатиях к марксизму. Она получила название «Движение за освобождение Палестины» («Харакат Тахрир Фалестине»). Поскольку арабская аббревиатура названия звучала не слишком благозвучно, было решено переставить буквы в обратном порядке. Получилось «ФТХ», что читалось как «аль-Фатах» («завоевание», «победа») или «Фатх». Дело было за малым — громко заявить о себе.
Первой акцией, ответственность за которую взял на себя «Фатх», был взрыв израильских ирригационных сооружений в верховьях Иордана. Тогда в арабских «прифронтовых», то есть пограничных с Израилем, государствах обсуждался вопрос о намерениях израильтян отвести часть воды Иордана на свою территорию. Организация Арафата, первая от слов перешедшая к делу, запомнилась многим, тем более что за первым ударом последовали другие. Постепенно от диверсий, не угрожавших непосредственно мирному населению, «Фатх» перешел к террору, организовав ряд нападений на еврейские киббуцы. Его боевики приняли участие и в шестидневной войне 1967 года.
К 1967 году «Фатх» уже прочно входил в число ведущих палестинских организаций. Арафат умудрялся находить спонсоров и среди арабских режимов, и в числе богатых представителей палестинской диаспоры, не попадая при этом ни от кого из них в чрезмерную зависимость. А инцидент в иорданском местечке Караме в марте 1968 года окончательно вывел «Фатх» в лидеры.
В Караме, находившемся неподалеку от израильской границы и населенном в основном палестинцами, организация устроила свой штаб. Отсюда было особенно удобно координировать «набеги» на вражескую территорию. В марте 1968 года израильтяне попытались ликвидировать этот очаг терроризма и двинули свои войска на иорданскую территорию. Оборона Караме, которую организовали боевики «Фатха» при поддержке иорданской армии, оказалась довольно успешной, и палестинцы сумели нанести противнику ощутимый урон, уничтожив несколько танков. Если учесть, что израильская армия на Ближнем Востоке заслуженно пользовалась репутацией непобедимой, можно представить себе, насколько вырос авторитет Ясира Арафата. Уже через несколько месяцев он был триумфально избран президентом Организации освобождения Палестины, объединявшей все палестинские политические и боевые организации.
Арафату удалось не только создать мощную антиизраильскую организацию. На ее базе в районах расселения палестинцев в Иордании образовалось своеобразное «государство в изгнании». К началу 70-х структуры «Фатха» стали фактически альтернативным центром власти в стране. Боевики организации без всякого стеснения разгуливали по улицам иорданской столицы Аммана с автоматами, а указы короля Хусейна, пытавшегося регламентировать ношение оружия, не выполнялись.
Неудивительно, что Хусейн не выдержал. Свержения его власти желали многие полусоциалистические арабские режимы (сирийский, например), и «Фатх» мог стать инструментом такой «революции». К тому же шейхи бедуинов, являвшиеся главной опорой монархии, жестко критиковали короля за потерю контроля над ситуацией в стране. В сентябре 1970 года Хусейн двинул в столицу верные ему танковые части.
Хотя палестинцы потом называли происшедшее побоищем, это не вполне верно. «Государство в изгнании» хорошо позаботилось о собственной обороне: снятые палестинцами в Аммане квартиры оказались прекрасными огневыми точками. Бои в столице и ее окрестностях шли несколько дней и стоили организации Арафата, по разным оценкам, от 5 до 20 тысяч убитых.
«Черный сентябрь» и оливковая ветвь

Разгром в Иордании стал тяжелым ударом для организации. Однако «Фатх» сумел от него оправиться. Вскоре аналогичное «государство в изгнании» было создано в Ливане. А Ясир Арафат, окончательно разочаровавшийся в идее арабской солидарности, принял решение расширить рамки своей террористической деятельности. В рамках ООП была создана новая организация, в память об иорданских событиях получившая название «Черный сентябрь». Формально она не была связана ни с «Фатхом», ни с его лидером, что позволяло ему при необходимости оставаться в стороне от ее акций.
«Черный сентябрь» обратил на себя внимание несколькими угонами лайнеров западных авиакомпаний. Но самой крупной и наиболее скандальной из ее акций стал захват в заложники и расстрел израильской олимпийской команды на играх в Мюнхене в сентябре 1972 года. В преддверии Олимпиады ООП обратилась в олимпийский комитет с просьбой позволить палестинской команде участвовать в играх. Эта просьба, разумеется, была отвергнута. Тогда ООП и приняла решение «подтвердить факт существования палестинского народа».
Едва ли расстрел всей команды был в планах у палестинцев. Но Израиль даже в такой ситуации не пожелал отказываться от своего принципа не выполнять требований террористов. Боевики «Черного сентября», не ожидавшие такого упорства, были дезориентированы. А спецслужбы Германии, не обладавшие опытом, не сумели должным образом провести операцию по освобождению заложников.
Как бы то ни было, трагедия произошла. И Арафат понял, что это уже слишком. Тем более что главный политический спонсор палестинского движения, Египет, постепенно склонялся к переговорам с Израилем. ООП несколько скорректировала свою программу. Отныне палестинское государство предполагалось создать не «вместо» Израиля, а «наряду» с ним. Шаг был оценен, и Ясира Арафата пригласили выступить на Генассамблее ООН. Цветистая речь палестинского лидера, произнесенная им 13 сентября 1974 года, завершалась словами: «В одной руке у меня оружие революции, в другой — оливковая ветвь мира. Не дайте оливковой ветви выпасть из моей руки».
Конечно, впереди еще предстояло многое. И «зачистка» Ливана 1982 года, где израильские войска ликвидировали палестинское «государство в изгнании». И дружба с аятоллой Хомейни, после Кэмп-Дэвида заменившим для Арафата Египет. И интифада 80-х, уличные бои между палестинскими подростками и израильскими солдатами, благодаря которой Ясир Арафат сумел «дожать» Израиль. И подписание временного мирного соглашения с Израилем в 1993 году в Вашингтоне, предусматривавшего создание Палестинской автономии. И Нобелевская премия мира. Но главное было сделано. Международный террорист (в современной классификации) Ясир Арафат легализовался в качестве политика мирового уровня.
Мимо руля

Да, дело жизни Ясира Арафата не завершено. Независимое палестинское государство не создано, причем последние события заставляют сомневаться в том, что сам Арафат доживет до осуществления этой мечты. Однако успех все равно впечатляет.
Очевидно, что корни этого успеха кроются не только в свойственных Ясиру Арафату талантах лидера и политика. Арафат добился своего потому, что, преследуя вполне законные и достижимые в рамках современной ему международной системы цели, ни в малейшей степени не был ограничен в выборе средств. Положение лидера нации без государства в глазах многих снимало с него значительную долю моральной ответственности. Ведь если школьный автобус взрывают террористы — все возмущаются, но самим поступком террористов, а не их целями. Бороться за национальную независимость вполне законно. Да и чего ждать от террористов? А если тот же школьный автобус взрывается в результате попадания израильского снаряда — ответственность уже ложится не столько на отдельных людей, сколько на государство, которое по определению не имеет права «симметрично» ответить на террор.
Новое поколение террористов, вроде того же Усамы бен Ладена или боевиков «ХАМАС», живет уже по другим правилам. В отличие от Арафата, у которого цели были в рамках системы, а методы — вне ее, у них и цели и методы внесистемны. Бен Ладену не о чем говорить с ООНовской трибуны. Его цель — не национальная независимость, а всемирное торжество Ислама. Об этом в ООН не говорят. Да ему ООН и не нужна.
Именно поэтому Арафат, с точки зрения многих палестинцев, уже не герой и лидер, а предатель, прочно «повязанный» с «неверными» из ООН и США. Конфликт на Ближнем Востоке развивается сейчас по новым законам, с которыми Ясир Арафат незнаком. Ему, лауреату Нобелевской премии, привыкшему говорить во всех столицах мира о палестинской национальной независимости, не удастся оседлать волну исламского экстремизма, для которого Палестина — цель важная, но далеко уже не первостепенная. И не важно, как будет оформлен уход Арафата. В сущности, он уже ушел.

ЮРИЙ ЗВОНАРЕВ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK