Наверх
25 января 2020
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2003 года: "Список назначенных"

Самая незаметная, но очень важная часть парламентской выборной кампании — составление списков кандидатов в депутаты. И за место в них ведется такая борьба, что можно подумать, будто это не блеклые бумажки с медицинским названием «бюллетень», а самый настоящий список Шиндлера.Демократическое меню

Меню советской столовой состояло максимум из десятка блюд. Даже если вам везло и все они имелись в наличии, выбирать все равно приходилось из ограниченного числа вариантов. Фраза «а приготовьте мне…» и в голову не приходила.
А между тем этот принцип положен в основу модели современной демократии. В предвыборном меню, то есть, простите, избирательном бюллетене, попадающем в руки избирателя в день голосования, стоит десяток-другой партий и несколько фамилий кандидатов-одномандатников. Вписать туда кого-либо от себя, как известно, нельзя.
С каждым выборным циклом схема попадания в это своеобразное меню становится все более жесткой и предсказуемой. В Госдуме образца 1993—1995 годов «ничьих» депутатов, которые попали туда на волне всеобщего демократического восторга, было большинство. Слово «лоббизм» тогда мало у кого ассоциировалось с парламентом, да и большинство думских депутатов плохо понимали, что оно, собственно, значит.
Однако ценность депутатского мандата быстро ощутили как сами обитатели здания на Охотном, так и представители крупного и не очень крупного бизнеса. Ведь обладатели этой красной книжечки имеют массу возможностей влиять на те или иные властные решения и, как следствие, на благополучие той или иной компании или отрасли. Поэтому уже выборы 1995 года показали, что случайным людям пробраться во власть становится все сложнее. А выборы 1999 года окончательно подтвердили, что политическая элита страны, к которой в полной мере можно отнести депутатов, — закрытый клуб, доступ в который предполагает очень жесткий отбор. Хотя и здесь случаются накладки и неувязочки.
Как известно, на последних думских выборах список блока «Единство» составлялся за пару месяцев до начала кампании, когда всех «раскрученных» кандидатов уже разобрали другие партии. Никто тогда не мог предположить, что наспех слепленный блок наберет почти 25% голосов (самые отъявленные оптимисты говорили о 12—15%).
В результате ошеломительной победы «Медведей» представители сразу нескольких малоизвестных и разношерстных общественных движений, вроде «Союза ветеранов Афганистана» или «Поколения свободы», получивших квоту в списке, неожиданно попали в Думу. Можно только гадать, как на первых заседаниях фракции смотрели друг на друга суровые плечистые афганские ветераны и наманикюренные молодые люди из «Поколения свободы».
Дежа вю

Кто составляет «демократическое меню»? Как решается вопрос, быть или не быть гражданину N депутатом?
Мнений по поводу того, кто является шеф-поваром, предостаточно. Одни считают, что всем правит Кремль. Другие грешат на олигархов.
Истина, как всегда, где-то посередине. В составлении меню принимают участие (и в последние годы — все большее) обитатели Кремля и Белого дома. Серьезную роль играют олигархи. А иногда (но все реже и реже) в процессе формирования списков случается поучаствовать и самим избирателям.
Ингредиенты для блюд из демократического меню нельзя брать где попало. В противном случае вы рискуете как минимум получить неожиданный вкус, а как максимум — навлечь на себя санкции санэпиднадзора в лице Центральной избирательной комиссии. Поэтому на политической кухне тщательно отбирают поставщиков. Круг их не слишком широк, так что и набор исходных продуктов оказывается ограниченным.
Самые большие шансы попасть в меню, разумеется, у действующих депутатов Госдумы. Объясняется это просто.
Во-первых, многие из них уже «раскручены», поэтому затраты на их кампанию, финансовые, организационные или политические, не столь высоки, как у начинающих кандидатов.
Во-вторых, они предсказуемы. За четыре года работы в Думе все, от кого зависят шансы кандидата на успех, успели выяснить, кто из действующих депутатов чего стоит.
В-третьих, за те же четыре года депутаты обзавелись полезными связями, успели доказать собственную полезность руководству фракции, своим спонсорам и исполнительной власти. Поэтому есть кому походатайствовать и за то, чтобы гражданина N поставили в проходную часть списка (ну, например, в первую десятку-двадцатку) рейтинговой партии. Или профинансировали избирательную кампанию в округе. А еще лучше — и то и другое.
Однако шансы у действующих депутатов далеко не равные. Среди них выделяется группа вождей, политиков федерального масштаба, которые практически при любых условиях в Думу попадут. И если не в составе партийного списка (мало ли, что бывает), так по одномандатному округу — это чтоб наверняка.
Помимо вождей существует обширная депутатская «галерка». Она тоже неоднородна. Среди депутатов, не ставших звездами первой величины, могут оказаться и ничем не примечательные члены фракции, которые попали в Думу просто потому, что их партия набрала больше голосов, чем ожидала. Или депутаты «от Ивана Ивановича», внедренные в партийные списки спонсорами. Или никому из посторонних не известные, но для фракции незаменимые профессионалы, отвечающие за реальное законотворчество.
Впрочем, места на «галерке» эти депутаты занимают, лишь приезжая в Москву. На региональном уровне их ценят гораздо больше, чем столичных «прим». Потому и избирают в Госдуму каждый раз от одного и того же одномандатного округа. За то, что у такого депутата-ветерана прекрасные отношения с губернатором, которому он не раз оказывал услуги в качестве «доверенного лица в Госдуме». За то, что у него давно налажено сотрудничество с местными олигархами, есть обширные связи в Москве. Все местные газеты пишут о том, как он «пробил» в каком-нибудь федеральном ведомстве деньги на строительство больницы (газопровода, дороги, общественной уборной) в родном округе. Или просто занял принципиальную позицию по тому или иному вопросу (от войны в Ираке до перспектив открытия в родном городе нового рынка).
Так что каждый из действующих депутатов — потенциальный кандидат на предстоящих думских выборах. И подавляющее большинство из них приложат все усилия для того, чтобы попасть в новую Думу.
Свежая кровь

Как ни велики шансы действующих депутатов на переизбрание, но все же и им время от времени приходится покидать Думу. Кто-то уходит в федеральные ведомства, кто-то — в губернаторы, кто-то — в бизнес. Кто-то выбывает из парламента за профнепригодностью.
Но главное — к очередным выборам всегда успевает созреть новая плеяда борцов за депутатские мандаты. С более серьезными аргументами в пользу необходимости своего избрания.
Самый банальный способ попасть в Думу — заплатить деньги. Можно оказать финансовую помощь партии: говорят, сумма в $1—2 млн. вполне способна устроить «отцов русской демократии» и проходное место в перспективном списке окажется у вас в кармане. Решить проблему можно и на местном уровне — в зависимости от округа (численности, политических предпочтений избирателей, социально-экономической ситуации) это будет стоить от $300 тыс. до $2 млн. Именно во столько может обойтись предвыборная кампания «с гарантией».
Правда, деньги решают не все. Известны случаи, когда кандидат побеждал в округе, потратив на кампанию не более $100 тыс. А другой, вложив порядка $2 млн., в Думу все-таки не проходил.
Да и число мест в списках, по которым проводится предвыборный тендер, в принципе невелико. Особенно для розничных покупателей. Опт — другое дело. Поговаривают, например, что скупкой мест гуртом грешат нефтяные и алюминиевые олигархи. В нынешней Думе нефтяное и металлургическое лобби достаточно сильно. Не вызывает сомнения, что и в будущем парламенте несколько крупных компаний совершат оптовую закупку по 5—10 мест каждая. Цена вопроса — $1—3 млн. за место в проходной части списка.
Правда, в последнее время крупные корпорации постепенно отказываются от практики непосредственного внедрения своих людей в Думу. Все чаще заключаются джентльменские соглашения с группами «независимых» депутатов или с целыми фракциями, которые отстаивают интересы компаний не хуже их непосредственных представителей. В таком подходе есть как минимум один резон. Ведь за место в списке нужно платить еще до выборов, а если партия вдруг (как случилось с ОВР на выборах в 1999 году) набирает меньше голосов, чем предполагалось, вернуть инвестиции бывает проблематично. Поэтому работать с уже избранными депутатами проще. Но зачастую дороже.
Партийный дарвинизм

Задолго до выборов вся армия потенциальных кандидатов должна построиться в боевые порядки. Распределить места в партийных списках, определиться, кто, в каком одномандатном округе и от какой партии будет выдвигаться. Механизмы согласования всех этих жизненно важных для депутатов вопросов у каждой партии свои.
Одно дело КПРФ или СПС, где идет незаметная, но напряженная борьба между внутрипартийными группировками. Здесь рядовые члены фракции могут лавировать между «вождями», добиваясь для себя максимальных преимуществ.
Другое дело — «Яблоко» или ЛДПР, в которых все определяет лояльность лидеру, вплоть до того, что он без особых хлопот может протащить в Думу старых друзей или собственного сына (фракцию либеральных демократов возглавляет сын Владимира Жириновского Игорь Лебедев).
Третье — «Единая Россия». В составлении списка кандидатов от партии власти действующие депутаты четырех центристских фракций практически не участвуют. Центральные фигуры здесь — чиновники администрации президента. Все решается предельно келейно, поэтому и злоупотребления бывают запредельные: поговаривают, что один из высокопоставленных аппаратчиков «Единой России» недавно умудрился продать одно из «проходных» место в будущем списке «единороссов» четырем разным лицам сразу. Причем каждому по вполне доступной цене — в $250 тыс.
Местное время

Еще запутаннее ситуация в одномандатных округах. Здесь к перечисленным игрокам добавляются губернаторы, олигархи местного разлива, региональные партийные организации и депутаты — «любимцы публики»
По мнению действующих депутатов, одномандатные округа делятся на несколько категорий. Первая, самая лакомая, — это округа-карлики вроде Ямало-Ненецкого, Ханты-Мансийского, Эвенкийского. Затраты на предвыборную кампанию в них очень невелики — просто потому, что количество избирателей исчисляется там десятками тысяч. Однако все такие округа уже поделены. Как правило, между крупнейшими корпорациями, имеющими на их территории свои интересы. Или «особо важными персонами». Так что чужаку здесь ничего не светит.
Другое положение наблюдается в крупных городах. Здесь одномандатные округа густозаселенные, а политическая жизнь — бурная. Но и здесь появление случайных людей — редкий случай. Просто потому, что избрание по такому округу человека со стороны автоматически создает местным властям массу проблем. И самая большая из них — появление потенциального конкурента федерального масштаба, который в любой момент может захотеть побороться за губернаторское или мэрское кресло.
Наконец, третий, самый распространенный вид — округа в глубинке, где-нибудь в Центральной России или на Урале, с населением от 800 тыс. до 1 млн. человек и средней влиятельности губернатором. Здесь есть возможность побороться, причем правила понятны и предсказуемы. Считается, что стопроцентную гарантию успеха дает поддержка со стороны губернатора и Кремля. Интрига на выборах возможна, только если позиции двух этих сил не совпадают. И тогда наступает тот редкий случай, когда исход борьбы решает третья сила — избиратель.

НИКОЛАЙ СИЛАЕВ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK