Наверх
12 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2001 года: "Так нам и НАТО"

России предложено выработать новую программу взаимодействия с НАТО. Об этом заявил в Брюсселе Владимир Путин, сославшись на слова генсека Североатлантического альянса Джорджа Робертсона.Цивилизационный выбор

Заявление Владимира Путина о вступлении в антитеррористическую коалицию свидетельствует о явном выборе российского президента в пользу Запада. Хотя Запад, возможно, пока и не готов к проявлению безоглядной любви к своей северной соседке — известно, что первый российский западник Петр Великий не только почти за волосы волочил «матушку-Россию» в цивилизованный мир, но и нещадно воевал со Швецией, прорубая силой свое окно в Европу. Петр, по замечанию одного российского историка, как вздыбил тогда Россию на два копыта, так она и шагает по миру и никак на четыре опуститься не может.
Удастся ли Путину обуздать российского коня и элегантно въехать в любимую им Европу, а значит и в НАТО, или лошадь все-таки сляжет от непривычно изнурительного похода, пока не ясно. Тем более что многие аналитики считают, что после террористических атак в США в мире создалась революционная ситуация, которая не поддается никаким прогнозам.
Президент Фонда «Политика» Вячеслав Никонов: «Есть некоторые ситуации, которые резко ускоряют исторический процесс. 22 июня 1941 года было невозможно представить союз Сталина с Черчиллем, так же как невозможно было предположить до декабрьского нападения японцев на Перл-Харбор, что американцы на следующий же день вступят во Вторую мировую войну, хотя до этого не собирались этого делать. Это моменты, когда принимаются важные исторические решения.
22 июня Черчилль выступал в парламенте и заявил, что он на стороне Советского Союза, при этом, правда, сказав своему дворецкому, что если бы Гитлер вторгся в ад, то в таком случае он вошел бы в союз с дьяволом.
В Нью-Йорке в этот раз погибло в три раза больше людей, чем в Перл-Харборе, после которого американцы успокоились лишь в Нагасаки. Так что похоже, что сейчас американцы успокоятся очень не скоро.
Теракты в Нью-Йорке — тот самый исторический случай для нас. Путин был первым, кто отзвонил Бушу, — у нас как у двух ядерных держав прямая линия связи. Американцы привели в готовность свои вооруженные силы, и у нас сработала система оповещения. Реакция Путина — мы с Америкой и с Западом. У президента в кабинете висит портрет Петра I, и говорят, он собирается повесить еще один — портрет Де Голля. Президент сделал цивилизационный выбор».
Что касается Де Голля, то здесь вопрос весьма спорный, потому как именно он в свое время вышел из военной организации НАТО, полагая, что членство Франции в военных структурах блока сильно ограничивает свободу его действий во внешней политике.
Так или иначе, но появление на горизонте нового врага в лице всемирного терроризма сильно сплачивает, тем более что подобного агрессора не было со времен 1945 года.
Вячеслав Никонов: «Выяснилось, что от нас сейчас пользы в десять раз больше, чем от всего НАТО, за исключением англичан и турок — последние дадут аэродром. Мы же предоставили воздушные коридоры — без нас договариваться с узбеками, таджиками и туркменами по коридорам американцам было достаточно сложно. К тому же мы можем помочь Северному альянсу своей списанной боевой техникой, которую нам все равно девать некуда. Штаты же способны помогать северянам только деньгами, потому что по воздуху осуществить крупные военные перевозки — тех же танков — у них нет возможности. Да и в Афганистане обе стороны привыкли к нашему оружию, а не к американскому».
Добавим, что и сами европейцы (кроме англичан, которые подтянули свой флот и их спецназ будет участвовать в акте возмездия), в отличие от натовских новобранцев из Польши, не стремятся к ярко выраженной активности, стараясь ни во что не вмешиваться. Потому как у них своих мусульман хватает и возможных терактов они боятся не меньше американцев.
Пока закрытый клуб

Владимир Путин во время своего недавнего визита в Берлин был встречен на ура, где восторженные немцы назвали его «вторым Горбачевым.» Но это как раз и настораживает.
Горбачев в свое время провозгласил новое политическое мышление, предполагая некоторые встречные действия с другой стороны. Однако новое мышление было продемонстрировано только нами, другая же сторона проявила обычный прагматизм в геополитике. Идеализм же, столкнувшись с прагматизмом, был обречен на поражение. В результате мы потеряли наши сферы влияния в Восточной Европе и собственное государство под названием Советский Союз.
Однако некоторые аналитики полагают, что сейчас нам бояться нечего, потому как мы уже не играем в сверхдержавные игры, кое-чему нас научил и горбачевский опыт.
Вячеслав Никонов: «В экономическом плане вступление России в НАТО дает нам членство в клубе, а деньги в клубе совсем иные — инвестиции в Польшу были в несколько раз больше, чем в Россию. Определяется вопрос с имиджем России, с ее членством в ВТО. Иначе может решаться вопрос и с нашими долгами, резко возрастут наши шансы вступления в Европейский Союз, где огромная часть общего бюджета тратится на выравнивание уровней экономического развития стран — его членов. Нас за европейские деньги дотянут до среднеевропейского уровня. Уже сейчас Испания, Португалия, Греция и юг Италии, которые являются главными получателями этой еэсовской субсидии, серьезно озабочены, что эти деньги могут пойти полякам и чехам.
От вступления России в НАТО зависит развитие человечества на столетия. Но на то должна быть политическая воля Путина и российской политической элиты, которая туда пока не стремится, и Запада, считающего, что в НАТО мы будем только «вето» накладывать».
Развитие человечества на столетия — это неплохо. Да и дождь возможных инвестиций нам явно не помешает. Вопрос в том, насколько мы можем на них рассчитывать. Во всяком случае, пока цены на нефть упали. Американцы же, сняв эмбарго на поставку вооружения Индии, с которой у нас заключено контрактов почти на 10 миллиардов долларов, могут потеснить нас на наших исконных рынках сбыта.
Эдуард Воробьев, депутат от СПС: «Россия действительно была основным продавцом оружия Индии. Но я не думаю, что американцы занимают наши традиционные рынки сбыта сознательно. Так просто получилось. Теперь, конечно, будет конкуренция и, может быть, мы даже будем вытеснены с этого рынка. Борьба с терроризмом объединяет людей, а конкуренция как была, так и останется. Никто же не отменил национальных интересов Соединенных Штатов».
Вряд ли США устроит и фигура президента Рабани, предложенная Путиным: в Афганистане они не прочь посадить собственную креатуру — бывшего короля Афганистана Захир Шаха, которого как «джокера» вытащили из своего рукава. Однако пока вопрос о власти в республике отложен до поимки бен Ладена, если, конечно, он действительно нужен США и они смогут его получить.
Валентин Варенников, бывший главком сухопутных войск Вооруженных сил СССР, руководитель представительства Министерства обороны в Республике Афганистан: «По Афганистану можно нанести удары, уничтожить базы террористов, но бен Ладена отыскать очень не просто. На первом этапе наших действий в Афганистане нами ставилась цель уничтожить Ахмад Шах Масуда с его отрядами, но из этого ничего не получилось. К тому же я не очень уверен, что американцы заинтересованы в уничтожении бен Ладена. Он пользуется большим авторитетом у стран Ближнего и Среднего Востока, и через третьих лиц ЦРУ вполне может решать с его помощью свои вопросы в этом регионе. Например, туркменскую нефть Каспия вполне реально пустить через Афганистан по пустыне к Индийскому океану, и бен Ладен может помочь в охране этого нефтепровода. Что же до короля Захир Шаха, то мы еще в 1987 году, при Наджибуле, приглашали его в Афганистан, но он воздержался не без ведома западных спецслужб».
Через Запад на Восток…

Теперь о том, что касается интересов России.
Вячеслав Никонов: «Мы влезаем в ситуацию, где может быть масса неприятностей. Первое — дестабилизация Центральной Азии, та же гражданская война в Узбекистане, теракты в России, недовольство на религиозной почве внутри страны и, возможно, затяжной конфликт на своих границах. При этом мы берем на себя определенные обязательства в отношении американцев. Американцы же в отношении нас никаких обязательств на себя не взяли. Получив головную боль у себя под боком с перспективой длительного конфликта на своих рубежах, мы заинтересованы в гарантиях безопасности, которые лучше НАТО нам никто не даст.
Если бы мы вошли в НАТО, то, во-первых, перестали бы метаться и ответили бы на вековой российский вопрос — кто мы: Запад, Восток, Евразия или Азиопа?
Во-вторых, наше там присутствие изменило бы саму суть этого блока — НАТО создавалось для решения трех задач: «Аmerica in, Germany down, Russia out» («Америка в Европе, Германия — под контролем, Россия — вон»). Если бы исчез постулат «Россия — вон», то это сильно изменило бы характер альянса, который, кстати, до последнего времени не менялся — вся логика его расширения на Восток была на этом основана. При этом мы попадаем в клуб, где решения принимаются консенсусом. И если обычно в НАТО никто не возражает против американской позиции, то наше там присутствие могло бы сильно изменить ситуацию, позволив осуществлять контроль за альянсом. Мы, например, могли бы первыми применить право «вето».
В-третьих, в составе блока мы можем не беспокоиться за территориальную целостность России, которая гарантируется нам в рамках его пятой статьи.
В-четвертых, поскольку мы будем членами клуба, то нам никто не станет вставлять палки в колеса в отношении с нашими соседями — странами СНГ. Отпадают и наши разногласия по поводу принятия в НАТО той же Литвы.
Но есть и свои минусы. Во-первых, мы частично теряем суверенитет во внешней политике и нам уже нельзя будет действовать по старому анекдоту, когда Брежнева спросили: «Леонид Ильич, с какими странами граничит СССР?», а он ответил: «С какими хочет, с теми и граничит».
Во-вторых, мы наживаем себе серьезную проблему с Китаем, которому наше присутствие в альянсе не понравится точно так же, как России не нравится выход НАТО на свои границы.
В-третьих, мы должны будем играть во все западные игры, и если вдруг сегодняшний конфликт перерастет в конфликт цивилизаций, то мы, естественно, окажемся на переднем крае борьбы — то есть будем защищать интересы НАТО своими телами».
Так или иначе, но пока вопрос о нашем непосредственном присутствии в военном блоке не стоит. И по мнению депутата от СПС Сергея Юшенкова, брать нас туда не хотят в том числе и по причине вороватости и лживости нашей элиты. «Путин говорит: ребята, я свой, буржуинский. А ему отвечают: «Хотя ты и хороший мальчиш, и мочил террористов, но взять тебя к себе мы не можем, потому что НАТО — это союз государств, где предусмотрена открытая военная политика, открытый военный бюджет и гражданский контроль за вооруженными силами. Из всего этого у тебя есть только гражданский министр. К тому же кто будет подтягивать твое вооружение под стандарты НАТО, на которое должны быть потрачены триллионы долларов? У тебя даже внутренний валовой продукт вполовину необходимой суммы, чтобы тебя стандартизировать». Ни гражданская, ни военная бюрократия не допустят, чтобы перед всем миром мы разделись. Откроется огромный объем воровства и коррупции. Никто Путину этого сделать не позволит. Сегодня он политик абсолютно несамостоятельный. Поэтому все его заявления о НАТО — блеф».
«Челночная дипломатия»

Главным же индикатором серьезности намерений США в отношении России станет следующий саммит НАТО, который должен собраться в конце 2002 года в Праге. Если они примут туда Литву или иных кандидатов — Словению и Словакию, то при таком раскладе решение Североатлантического блока будет означать, что расширение на Восток для них важнее, чем стратегическое партнерство с нами.
В оценке сложившейся ситуации, как всегда, циничен и эпотажен Владимир Жириновский, вице-спикер Думы:
«С НАТО мы проверяем их на вшивость. Если они считают, что мы, ввязавшись с ними в антитеррористическую коалицию, действительно стали частью западного мира, то принимайте нас в ЕС и в НАТО, а чтобы вызвать симпатии мусульманского населения, я уже давно прошу вступить в ОИК — организацию исламской конференции и ОПЕК. Вступаем в четыре организации одновременно — НАТО, ЕС, ОПЕК, ОИК. Мы полуазиатское государство — мы и там с ними, и здесь. Нам нужен юг для экономики.
Пока Путин проверяет Запад. Мы нужны НАТО как общая погранзастава. Мы будем истекать кровью на границах мусульманского мира, а они будут в Брюсселе нам отсчитывать «бабки». Солдаты и техника наша. Именно сейчас они могут пойти на это — они боятся. Это неуправляемая ситуация для них.
Почему России нужна война? Чтобы нам долги простили.
В ноябре Путин и Буш встретятся на ранчо и раскроют карты. Это будет историческая встреча. Будет три позиции. Первая — нейтралитет. Вторая — расстегиваем пиджак — проводим разведку. Третья — ложимся в одну постель. Лечь с нами в одну постель Запад согласится, только чтобы не влезать в этот мусульманский мир. Но мы лежим с краю и отбиваемся, выполняя роль погранзаставы. За это мы получаем деньги, инвестиции — и страна забурлила. Мы находим союзников в исламском мире. Им даем то, что они просят, и они выполняют всю эту грязную работу.
Так мы убиваем двух зайцев или сосем двух маток — Запад и Юг. Но если это не проходит, то мы застегиваем пиджак и возвращаемся в нейтралитет. Пока же идет зондаж. И Путин, как разведчик, идет в разведку».
Соблюсти нейтралитет, похоже, не удастся. О результатах же состоявшегося визита Путина в Бельгию и его встречи с генсеком НАТО Джорджем Робертсоном политолог Сергей Кургинян весьма невысокого мнения: «После встречи Путина с генсеком НАТО выяснилось, что продолжается демпинг на политическом рынке — Россия должна подставиться «порожняком». Нам не дают до конца решить проблему с Чечней. От нас хотят опаснейших силовых действий в Афганистане и на так называемом фронте борьбы с глобальным терроризмом, но нам не дают возможности контролировать бывшее советское пространство, потому что в Узбекистан входят американцы. Пока нам НАТО не предоставило даже полную информацию о бен Ладене. Может, она нам и не очень нужна, но это знак, и знак явно не в нашу пользу».
Вячеслав Никонов: «На встрече Путина с Робертсоном ничего существенного произойти не могло, потому что фигура Генсека НАТО, скорее, техническая».
Однако посол США в России Александр Вержбоу заявил: «Я считаю, что не завтра, но со временем Россия вступит в НАТО и мы снова станем союзниками».
Если так, то, добиваясь от Запада взаимности, команде Путина придется еще не раз совершить рейсы «челночной дипломатии».
Есть старый анекдот. Решили политологи выяснить, что такое «челночная дипломатия», и обратились к ее творцу Генри Киссинджеру.
Он говорит: «Представьте себе, что в планы Госдепа почему-то входит брак дочери американского президента с сибирским мужиком. Как это делается? Помощник госсекретаря летит в Женеву, где он предлагает совету директоров швейцарских банков, чтобы председателем совета директоров швейцарских банков стал сибирский мужик. Те отвечают, что идея интересная, но они пока к этому не готовы. «Ну а если председателем правления будет зять президента США?» — «Эта идея прекрасна». После этого госсекретарь идет к президенту США и говорит: «Как вы смотрите на то, чтобы мужем вашей дочери стал сибирский мужик?» — «Идея перспективная для развития отношений, но пока я не готов ее обсуждать». — «Ну а если ее мужем станет председатель совета директоров швейцарских банков?» — «Это серьезное предложение». После этого начинается самое сложное — госсекретарь идет к дочери президента и спрашивает: «Как вы относитесь к идее, что вашим мужем станет председатель совета директоров швейцарских банков?» — «Ну это же такая скука». — «Но он еще и сибирский мужик». — «А, ну это совсем другое дело…»
Интересно, что в анекдоте забыли спросить о согласии сибирского мужика. Может, потому, что в «челночной дипломатии» он мало смыслит.

ИНЕССА СЛАВУТИНСКАЯ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK