Наверх
7 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "Тандемия"

Главной формой управления в России становится тандем, — это впору называть уже не тандемократией, как острили год назад а тандемией, по аналогии с пандемией, эпидемически распространяющимся поветрием. О противостоянии вице-премьеров правительства — господ Сечина и Шувалова — не пишет только ленивый, об атаках силовиков на Кудрина — тем более, но это не мешает ни силовикам, ни Кудрину: некая равнодействующая линия формируется стихийно, в процессе перманентного взаимного прессинга. Стоит вспомнить, что ситуация двоевластия возникала в России всегда, стоило чуть ослабнуть авторитаризму: классическим стало двоевластие июля 1917 года, считавшееся непосредственной причиной революции. Но причиной-то революции, увы, стало отнюдь не оно, а его конец — попытка Керенского перейти к диктатуре, на которую у него не хватило ни воли, ни ресурса. Всякая русская власть, когда она не переходит в откровенную тиранию, есть так или иначе скрытое двоевластие; попытка Грозного разделить Россию на два государства — земщину и опричнину — была как раз осознанием этой двойственности и бесплодной попыткой с ней бороться вместо того, чтобы ею пользоваться.
   Отчего складывается такая ситуация — ясно: прежний лидер, как правило, не может уйти. В России все было бы по-западному — и релятивизм, и стандарты потребления, и даже независимость народа от власти (они делают вид, что правят, мы — что уважаем), но нет механизма ротации элит. Между тем именно он оказывается определяющим параметром: все возможности для цивилизованной смены власти отсекаются на подступах. Остаются два варианта: либо революция (доказавшая свою разрушительность и требующая десятилетнего восстановления страны из руин), либо двоевластие, то есть два вождя в одном флаконе.
   Думаю, в России складывается принципиально новая религия — не единобожие или многобожие, а двоебожие: сосуществование взаимоисключающих мировоззрений в отдельно взятой голове. Кажется, Константин Леонтьев называл это цветущей сложностью. Например, сейчас ректор МГУ Садовничий уходить с должности не может и не хочет, — и ему предложен фиктивный, но звучный пост президента. Новый ректор вряд ли сможет быстро отстроить под себя весь коллектив, ему понадобится переходный период, который протянется ровно до его выхода на пенсию, после чего он плавно перетечет на должность президента, а ректором станет его оппонент. Ни для кого не тайна, что в нынешней российской власти существует та же конфигурация: у нового правителя нет кадрового и силового ресурса, он не успел нарастить харизму, система отстроена не под него. У старого лидера нет прежнего азарта, а главное — его методы годятся для стабильного общества, а в кризисном желательны инициативные и свободные люди. Никто не хочет уходить, никто не готов уступать, а залогом стабильности выступает несколько тяни-толкайская ситуация, при которой у потенциального демократа связаны руки, что не дает ему действовать, а у относительного авторитария скованы ноги, что не дает ему уйти. Но вдвоем они как-то управляются.
   Если внимательно и беспристрастно вглядеться, тандем можно обнаружить во главе почти всякой российской структуры, — даже в армии долгое время на равных сосуществовали командир и замполит. Это отражение глубокой, тайной структуры местной личности, ее генетического кода: единоличная власть не просто чревата диктатурой, не только развращает, — она никогда не получит по-настоящему легитимного мандата, поскольку будет представлять лишь одну голову двуглавого орла. Либо смотрящую на запад, либо уставившуюся на восток. Идеальным вариантом было бы назначение на ключевые министерские посты не одного, а двух человек: скажем, экономист-либерал откладывал бы прибыль в подушку безопасности, а экономист-силовик делился бы ею с друзьями-патриотами и называл это поддержкой отечественного производителя. Либеральный министр культуры вел бы на телевидении рискованные ток-шоу, а консервативный осуждал бы его за это и давал интервью «Литгазете» (у нас, собственно, уже и была такая ситуация при Швыдком—Соколове, негласно учредившими разделение труда: Соколов мало чем управлял, Швыдкой мало кому нравился). Отсюда же раскол в большинстве творческих союзов или по крайней мере в их руководстве. Руководство всех российских редакций и крупных телеканалов устроено ровно по тому же принципу: есть непримиримый замполит, получающий указания со Старой площади, и крепкий хозяйственник, пытающийся сделать газету (программу) прежде всего интересной. То есть решительно вся Россия, вплоть до производства, на котором еще в советские времена вечно полемизировали консервативный директор и прогрессивный главный инженер, руководится бинарно, тандемно, парно, ибо это единственная альтернатива массовому террору.
   Возникает естественный вопрос: да как же они руководят-то при такой разнице мнений и темпераментов? Как они делят полномочия, вырабатывают программы, формулируют цели, наконец?
   Отвечаю: никак. Это и есть самый надежный русский путь, при котором, в точном соответствии с «Войной и миром», все делается само, а от власти требуется только не мешать. Оно и к лучшему: пока ее ветки держат друг друга, у нас есть время кое-как обустроить собственную жизнь.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK