Наверх
4 марта 2021
Без рубрики

Архивная публикация 2000 года: "Телохранитель генерала"

Куликова, прошла весь этот путь и на каждом его этапе считала, что в жизни ей невероятно повезло. Впрочем, двадцатилетняя Валентина, студентка физико-математического факультета Смоленского пединститута, благополучная девушка из хорошей семьи, свою жизнь с военнослужащим связывать не собиралась.Валентина Куликова: Стоило мне на танцах завидеть парня в кирзовых сапогах, я пряталась в угол. Каково же было мое удивление, когда в рождественскую ночь, загадав желание, чтобы приснился "суженый-ряженый", я увидела во сне молодого военного в рубашке навыпуск, в черных очках, с косой челкой.

Прошло несколько месяцев, мы с подружками собирались на танцы, я на секундочку забежала к соседям. За столом сидел молодой человек в штатском. На танцы в тот вечер я так и не попала. Молодой человек оказался лейтенантом. Вопреки своим убеждениям я начала встречаться с ним. Однажды он пришел на свидание в рубашке навыпуск и в черных очках. Я поняла, что это судьба.

Наталья Щербаненко: Как прошел медовый месяц?

В.К.: Я переехала к мужу. В качестве свадебного подарка командиру взвода выделили место в санчасти, перегороженной большим шкафом. Получилась "комната" -- два шага в ширину, четыре шага в длину. Толик сделал ремонт -- покрасил пол в розовый цвет.

Вскоре мужа перевели в Калмыкию, он писал мне оттуда такие трогательные письма, что я отправилась к нему. Нам дали комнату в общежитии, где жили условно освобожденные заключенные. Из мебели была железная солдатская кровать, прикрытая плащ-палаткой. И все бы ничего, но я была на девятом месяце беременности. Кстати, замечу, что и в тот раз, и в два последующих дни рождения наших детей совпадали с днями дежурства Толика. Так что в роддом муж не провожал меня ни разу.

Н.Щ.: Удивляюсь вашему терпению. Как, впрочем, и терпению всех офицерских жен, которые вкладывают силы в обустройство нового дома по месту службы, даже не зная, надолго ли они там задержатся.

В.К.: Обустройство дома я всегда начинала с кухни -- считаю это место главным в доме. Я никогда не выбрасывала коробки -- они ждали своего часа в углу. Когда мы переехали в девятнадцатый раз, отнесла коробки на помойку. Это был знак, что с меня хватит.

Н.Щ.: Вы девятнадцать раз и работу меняли?

В.К.: Переезжая на очередное место, Толик подводил меня к окну и говорил: "Работу ищи вот от этого светофора до следующего". Ограниченная такими рамками, я успела поработать машинисткой в обкоме партии и преподавательницей музыки в детском саду. Я уверена, что в семье может состояться только один человек, второй должен ему в этом помочь. Куда важнее продвижения по службе то, что мне удалось создать дом, в который спешат муж и дети, зная, что здесь хорошо и спокойно.

Н.Щ.: Спокойствие в доме военного -- вещь, по-моему, относительная.

В.К.: Я живу с дистанционным пультом от телевизора в руках, смотрю все выпуски новостей подряд. События на Северном Кавказе касаются меня напрямую: долгое время там был муж, теперь -- старший сын. Он командир отряда специального назначения. Наверное, у меня выработался иммунитет против страха, сработал инстинкт самосохранения: если бы я постоянно думала о том, что может случиться, то сошла бы с ума.

Н.Щ.: У вас удивительный приусадебный участок, даже крымский виноград "Изабелла" плодоносит вопреки подмосковному климату. Анатолий Сергеевич вам на участке помогает?

В.К.: Он косит все, что ниже его. Мои любимые люпины скосил под ноль.

Н.Щ.: Вы его ругали?

В.К.: Бесполезно! Как-то еще давно он положил кафель на полу, заканчивал второпях, в полу образовались щели, и я каждый день выковыривала из них колесики от детских игрушечных машинок. Однажды мое терпение лопнуло, и я встретила мужа претензиями, что он все время торопится. Муж ответил: "Я действительно часто спешу. Единственное, что я сделал быстро и удачно,-- женился на тебе". Сами понимаете, после таких слов женщина забывает все обиды.

Н.Щ.: Откуда берутся такие лояльные жены?

В.К.: У меня перед глазами был пример моих родителей. Мой отец, которому исполнился 91 год, живет вместе с нами. И попробуйте предложить ему на обед картошку, которую вы тщательно не вымыли, перед тем как почистить! Мама всегда заботилась об отце, и сам Бог велел мне повторить такие отношения. В течение долгих лет я каждое утро вставала на рассвете, чтобы приготовить мужу завтрак. В последнее время, правда, позволила себе поблажку. Толик отнесся к этому с самоиронией, повесил на холодильник табличку с текстом: "Если хочешь завтрак в постель -- спи на кухне".

Н.Щ.: Вы чувствуете себя защищенной рядом с мужем?

В.К.: Я знаю, что он найдет выход из любой ситуации, но, честно говоря, когда нахожусь с ним рядом, мне кажется, что его должны прикрывать не телохранители, а я. Когда мы вместе -- я все время начеку. Этим летом мы ездили на охоту в Танзанию. Маленький самолетик перевез нашу группу в саванну. Машина, которая должна была нас встречать, задерживалась. Вокруг дикие звери и ни одной человеческой души. Так вот, я уселась на трап самолета и заявила пилоту, что он никуда не улетит до тех пор, пока за нами не придет машина.

Н.Щ.: Господи, вы и на охоте вместе с мужем?

В.К.: Это была вторая попытка. В первый раз все закончилось конфузом. Была большая мужская компания, приехали мы все в лес. Навстречу выбежала стайка косуль. Мужчины взвели затворы, а я захлопала в ладоши и закричала: "Косули! Убегайте скорее!" Животные не заставили себя долго упрашивать, мужчины, утопая в сугробах, побежали за ними. Когда они вернулись несолоно хлебавши, по выражению их лиц я поняла, что меня ждет участь косули.

Н.Щ.: Мудрецы советуют послушать женщину и поступить наоборот. Как обстоит дело у вас в семье?

В.К.: Коллег мужа я знала с определенной стороны, до меня доходила информация о том, кто с кем гуляет, например, или кто с кем выпивает. Я привыкла рассказывать Толику обо всем, что произошло за день. Делилась с ним и свежими сплетнями, думала, вдруг ему это поможет. Он меня вежливо выслушивал, но, подозреваю, пропускал все мимо ушей. Во всяком случае, мое мнение при решении кадровых вопросов никогда не учитывал.

Н.Щ.: А в домашних делах кто принимает решение?

В.К.: Я стараюсь оградить Толика от домашних забот. Знаете, я еще не встречала мужчину, который добился чего-то на службе и при этом сам платил бы за квартиру и газ в сберкассе.

Н.Щ.: С чем в вашей памяти связано министерское назначение Анатолия Сергеевича?

В.К.: В тот день, когда был подписан указ о его назначении министром внутренних дел, я поняла, что теперь он не столько мой муж, сколько "муж государственный". Телефон у нас дома звонил непрерывно, между звонками с поздравлениями проходило не больше 25 секунд. С тех пор телефон стал занимать ключевое место в нашей семейной жизни. Во-первых, общались мы с мужем в основном по телефону, во-вторых, телефонный звонок стал единственным способом разбудить Толика. Ни треск будильника, ни мои уговоры не могли заставить его проснуться после многочисленных бессонных ночей. Тогда я шла к соседям и набирала домашний номер. Толик моментально вскакивал с постели.

Н.Щ.: Приятно было быть женой министра?

В.К.: Слишком много издержек. Мы дважды прошли испытание корыстной дружбой. Первый раз -- когда Куликов стал главнокомандующим Северокавказским округом, второй раз -- когда стал вице-премьером. Одни и те же люди сначала клялись нам в любви, а потом в одночасье забывали. Вы мне все равно не поверите, если я скажу, что меня не обрадовало назначение Толика. За него, разумеется, я была рада: продвижение по служебной лестнице лестно для всякого мужчины. Но сама я расстроилась, понимая, что страна обрела очередного вице-премьера, а семья лишилась отца и мужа.

Н.Щ.: Несколько лет, пока муж был министром, вы жили жизнью, которая, мягко говоря, отличается от гарнизонных будней. Зарубежные поездки, высокие приемы. Вас это сильно изменило?

В.К.: Я не относилась к этому слишком серьезно. В жизни военных все очень временно. Но я осталась верна себе: за долгие годы у меня, как у каждой офицерской жены, выработалась привычка "пятиминутной готовности". У мужа есть "тревожный чемодан", в котором собрано все необходимое. А у меня есть "тревожная косметичка". Помню, в Индии мы задержались на протокольном мероприятии. Только вернулись в гостиницу -- звонит высокопоставленный дипломат: "Валя, ты не падай в обморок, но через пять минут мы должны выезжать на прием к послу!" "Есть!" -- ответила я и через пять минут при полном параде ждала в холле отеля своих сопровождающих.

В тот вечер, когда подписали указ об увольнении, я встретила мужа со словами: "Сегодня большая радость -- у меня и у чеченских боевиков!" Неделю мы пили шампанское за свободу. Толик отправился в "декретный отпуск" -- 218 суток мы были вместе. Это было самое спокойно время за 33 года совместной жизни. Муж наконец-то пошел у меня на поводу и отпустил бороду. Мне кажется, что так он похож на Хемингуэя.

Н.Щ.: Решение Куликова баллотироваться в Государственную думу нарушило ваш покой?

В.К.: Что поделать: мой муж не может долго находиться в стороне от государственных дел. В Думе он заместитель председателя комитета по безопасности, а в прошлом году объявил о создании международного антикриминалистического и антитеррористического форума, своего рода "правового Давоса". Инициативу мужа поддержали коллеги и друзья нашей семьи -- директор ФБР Луиз Фри, директор Интерпола.

Н.Щ.: Непредсказуемая у вас жизнь.

В.К.: Не то слово. В этом году день рождения мужа -- 4 сентября -- мы отмечали в Танзании. А находились мы в широтах ниже экватора, в Южном полушарии. Я выкопала пальмочку и подарила ее мужу со словами: "Мог ли ты, рожденный осенью, предположить, что в двухтысячном году будешь отмечать день рождения весной?"

Н.Щ.: У вас есть свой фирменный секрет семейного счастья?

В.К.: Я всегда говорю своей девятнадцатилетней дочке Наташе: "Не жди, что тебе принесут кофе в постель. Лучше принеси его сама".

НАТАЛЬЯ ЩЕРБАНЕНКО

Оперативные и важные новости в нашем telegram-канале Профиль-News
Больше интересного на канале Дзен-Профиль
Самое читаемое
04.03.2021