Наверх
16 октября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2012 года: "Труп не спрятать"

Власть явно не собирается выполнять требования декабрьских митингов. Противники режима готовят новые манифестации. Что будет дальше?   В цокольном этаже дома на Малой Ордынке сопредседатель незарегистрированной Партии народной свободы (ПАРНАС) Владимир Рыжков пообещал «Профилю», что протест будет мирным и что «рассерженные горожане» не пойдут брать Кремль штурмом.   ПРОФИЛЬ: Главный вопрос, который многих интересует: что дальше? Каков план действий тех, кто выступал на митингах на Болотной и на проспекте Сахарова?   Рыжков: Главное — это не то, что мы делаем, а то, что происходит в обществе. Где-то три года назад, осенью 2008-го, наступил кризис, и сразу после этого началось падение рейтингов Путина, Медведева и «Единой России». И за эти три года они упали в случае с Путиным в два раза, в случае с «Единой Россией» — больше чем в два раза, в случае с Медведевым — раза в четыре. Поэтому первое, что я хочу сказать: даже если мы — оппозиция — ничего не будем делать, все равно время Путина ушло. Произошла фундаментальная вещь: он перестал соответствовать духу времени. Он человек начала 2000-х годов, а сейчас 2012-й. Поэтому один из лозунгов Болотной и Сахарова: «Вы даже нас не представляете». Он базовый. Вопрос, который народ сегодня может задать Путину, звучит так: «Вы кто?» Как будет общество принимать непопулярные шаги нелегитимного президента? А Путин не будет легитимным, потому что никто не поверит, что он честно победил. Сейчас «Единую Россию» выносят везде вперед ногами. Осенью состоится очередная серия региональных и местных выборов. Если там более или менее честно посчитают, они проиграют выборы с треском. А если они выиграют с помощью массовых фальсификаций, это породит новую волну протестов.   ПРОФИЛЬ: Но вы-то что будете делать?   Рыжков: Что мы будем делать? Мы проводим кампанию, которая гораздо больше похожа не на Великую Октябрьскую революцию и не на бои на Красной Пресне, а на Пражскую весну, на киевский Майдан, на те мирные кампании, которые проводил Ганди в Индии. Да и здесь наша роль не главная. Мы, лидеры оппозиции, всего лишь создаем организационные условия: подаем заявку, ищем место, определяем время, через Facebook голосованием определяем список ораторов. Наша задача в том, чтобы проводить эти акции, чтобы у людей была возможность выходить вместе, выдвигать совместные требования, добиваться реализации системных политических изменений. И мы будем проводить митинги до тех пор, пока эти изменения не будут проведены.   ПРОФИЛЬ: А вдруг — раз выйдут, два выйдут, а на третий не пойдут?   Рыжков: Не думаю. Сложился достаточно широкий буржуазный средний класс, который требует двух вещей: дайте нам политическое представительство и дайте нам правовое государство, чтобы президент стоял на красный свет без «мигалки» рядом со мной. Если короля Норвегии штрафуют за превышение скорости, почему нашего «короля» не штрафуют?    ПРОФИЛЬ: А что, по-вашему, могла бы предпринять власть для того, чтобы люди перестали выходить на улицы?   Рыжков: Чтобы те люди, которые были на Болотной и на Сахарова, перестали выходить на улицу, надо выполнить все пять пунктов резолюции. Они все имеют большой смысл. Пункт первый: освобождение политзаключенных.   ПРОФИЛЬ: Как это сделать в один день?   Рыжков: А кто говорит про один день? Есть такое понятие, как разумные сроки. Разумные сроки — это, например, три месяца, за которые можно рассмотреть все дела.   ПРОФИЛЬ: И все эти три месяца вы будете выводить народ на улицы?   Рыжков: Еще раз: если народ увидит, что есть реальные шаги по освобождению политзаключенных, если общество увидит, что это требование исполняется в разумные сроки, то это уже изменит ситуацию в стране. А чтобы оно исполнялось, надо реальные вещи делать: с судейским корпусом, который эти приговоры шлепает, с центром «Э» МВД, который занимается фабрикацией дел, пакетики подбрасывает и гранаты. Это не просто требование «освободите Васю или Таисию», это демонтаж полицейского режима.    ПРОФИЛЬ: А второе требование?   Рыжков: Второе требование — отмена итогов выборов 4 декабря.   ПРОФИЛЬ: Как это сделать, не нарушив Конституцию? В ней ведь дан исчерпывающий список оснований для роспуска Думы, и такого пункта, как «требование митинга на Болотной», там нет.   Рыжков: Это должно быть политическое решение.   ПРОФИЛЬ: Но это будет политическое решение, выходящие за рамки Основного закона.    Рыжков: У нас очень многие люди мыслят плоско: «Ну вот нет же в законе такого, что…» Есть масса легитимных способов выполнить требования резолюции. Например, решение суда об отмене итогов выборов. 7,5 тыс. нарушений на сайте «Голоса» до дня голосования, 1,5 тыс. — в день голосования, это уже 9 тыс., и около 10 тыс. — по данным КПРФ и СР. В сумме более 20 тыс. фактов. Проверьте их, наберите 5 тыс., 10 тыс., сколько надо для суда? Соберите, обобщите в уголовные дела и отмените итоги выборов. Не надо рассказывать сказки! Или предлагаю другой вариант. 15 января в Казахстане состоятся досрочные парламентские выборы. Как это произошло? Ведь в Конституции нет такого, что в Казахстане возможно распустить парламент? В один день, вдруг, казахские депутаты (что-то у них с головой произошло ночью) наутро все написали заявления о сложении с себя депутатских полномочий. Когда мне рассказывают, что вот этого нет в законе или того нельзя сделать, я вам как политик говорю: все можно сделать — при наличии политической воли.    ПРОФИЛЬ: Так, политзаключенных освободили, результаты выборов отменили. Дальше что?   Рыжков: Наше третье требование: новое демократическое законодательство. Сейчас Медведев внес два закона: один чисто технический — о том, что не нужно будет кому-то там собирать подписи при регистрации. Второй, более важный, — о политических партиях. Что теперь любой городской сумасшедший сможет набрать пятьсот таких же, как он, городских сумасшедших и зарегистрировать свою партию. Чудесно. И еще обещан в туманной перспективе закон о выборах губернаторов, который он пока не внес, и непонятно, какой это будет закон, потому что там какие-то президентские фильтры обсуждаются, и закон о выборах по одномандатным округам со странной формулировкой «пропорциональная выборность по одномандатным округам». Ничего непонятно: что это будет и как? Но ведь нужны еще гарантии СМИ, гарантии свободы. Нужен закон о новом порядке формирования избирательных комиссий, который исключил бы оттуда исполнительную власть и дал бы приоритет оппозиции и общественным организациям. Нужен закон о бесплатном эфире, чтобы уравнять бедных и богатых, чтобы бедным дать шанс на выборах: у бедных нет денег покупать эфиры. Надо больше давать бесплатного эфира. А как можно изменить политическую систему, когда в стране нет суда? Люди идут со своими копиями протоколов, они сутки сидели, ели всухомятку, боролись с этими жуликами в избирательных комиссиях, вырвали зубами копии протоколов, которые не имеют ничего общего с теми, что висят на сайте ЦИКа, идут в суды, и там им говорят: «до свидания». Поэтому нужно новое законодательство о политической системе, включая судебную систему. А то, что сейчас предлагает Медведев, — это опять паллиатив.   ПРОФИЛЬ: Если бы реформы Медведева были предложены год назад, например на пресс-конференции в мае, что-то изменилось бы?   Рыжков: Изменилось бы. Но власть всегда опаздывает с решениями, потому что ее устраивает статус-кво, она не хочет ничего менять. А когда начинает что-то менять, уже поздно. Сегодня эти изменения — это поздно и недостаточно. Главное преступление уже свершилось: Раскольников уже раскроил череп старушке, труп уже лежит, называется он «шестая Государственная дума». Куда труп-то этот денете? Невозможно исправить ситуацию, не исправив главное преступление. Если не закопать «старуху» и не завести новую, труп будет смердеть.   ПРОФИЛЬ: Алексей Кудрин вышел к вам на площадь и сказал, что надо идти на диалог с властью и что-то решать, и даже предложил себя в качестве переговорщика. Что вы об этом думаете?   Рыжков: Кудрин — никакой не переговорщик. Переговорщик — это тот, кто уполномочен сторонами официально вести переговоры. Он сам себя предложил в качестве посредника. Посредник — это почтальон, который бегает с депешами от одной стороны к другой. Кудрин когда выступил со своими предложениями? Две недели назад. Ответ какой-то есть от Путина или Медведева? Нет ответа. Тогда что мы обсуждаем?   ПРОФИЛЬ: Надо ли, по-вашему, вообще вести переговоры?    Рыжков: Надо. Есть требования площади, они опубликованы. Наша задача как организаторов — реализовать требования. Если Путин скажет: я готов, давайте садиться за стол переговоров и обсуждать, — то надо идти на это. Но он же этого не говорит. Если они назначат, например, Жукова, Козака, Нарышкина, то мы за неделю сформируем группу переговорщиков (демократическим путем) голосованием в Facebook. Пока они говорят: ничего не надо делать. Но если они скажут, что освобождение политзаключенных — в течение полугода, парламентские выборы — декабрь этого года, реформа законодательства — да, Чуров вчера подумал и написал заявление, то это будет разговор. Должна быть принята согласованная «дорожная карта» выполнения требований народа.    ПРОФИЛЬ: На проспекте Сахарова во время выступления Навального сложилось ощущение, что в какой-то момент он призовет всех идти маршем на Кремль и брать его штурмом. Не боитесь ли вы такого поворота событий?    Рыжков: Нет, вы не правы. Если бы кто-то (не хочу называть персонально) призвал на проспекте Сахарова куда-то идти, я как ведущий митинга взял бы микрофон и сказал: граждане, это несогласованное заявление, это провокация, которая может привести бог знает к чему, так что послушали и продолжаем митинг. И площадь никуда бы не пошла. Там были законопослушные цивилизованные граждане. Я думаю, там было 2-3% тех, кто был бы готов куда-то пойти, но не больше. И не потому, что люди трусят, а потому, что они по-другому видят процесс, они видят перспективу именно в мирном ненасильственном протесте. Но, возможно, в какой-то момент протестное движение расколется на радикальное крыло и умеренное. Радикальное крыло что-то может делать отдельно…    ПРОФИЛЬ: Кто бы мог, на ваш взгляд, стать таким кандидатом от оппозиции на следующих президентских выборах?   Рыжков: Тут механизм надо какой-то создавать, праймериз… Если же говорить о кандидатах для праймериз, у нас есть круг людей, которые по опыту годятся. Почему бы не подумать о Касьянове? Он был премьер-министром. Почему не подумать о том же Борисе Немцове? Почему не присмотреться к Никите Белых? Он такой же молодой, как Навальный, но у него лет пятнадцать государственного опыта. Может быть, Прохоров: посмотрим, как он себя проявит. Почему не Кудрин? Почему не Явлинский? У нас есть с десяток людей, которые могут на современном уровне руководить страной. Да и я, может, на что-то сгожусь?

 

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK