Наверх
22 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 1999 года: "Уроки французского"

Наш народ понес невосполнимую утрату. В возрасте 66 лет от нас безвременно ушел пламенный реформатор, беззаветный борец за дело либеральной экономики Мишель Камдессю. Память о 22 миллиардах долларов, которые он принес нашей стране, навсегда останется в сердцах простых россиян. В феврале 2000 года пост директора-распорядителя МВФ займет другой человек. Но вряд ли он будет любить Россию так, как Камдессю.Роман России с Западом опять не получился. Вспыхнет ли пламя любви с новой силой — трудно сказать. Пока что бывшие любовники швыряются тарелками и делят жилплощадь. «Как я сказала, так на моей чеченской кухне и будет!» — «Чтобы ноги твоей не было в моем косовском кабинете!» Счастье было так возможно. Но межнациональные браки вообще редко бывают прочными: мешают пресловутая разница менталитетов, ложные ожидания, стереотипы, усвоенные партнерами в детстве.
Да взять хотя бы французов. Что мы знаем о них? «Шерше ля фам» да «лямур». А вот послушайте экспертов.
«Если у француза в окне ночью горит свет,— утверждает пожелавшая сохранить анонимность дама, несколько лет прожившая во Франции,— иностранцы полагают, что он занимается любовью. Иностранцы ошибаются. Он считает деньги.
Меркантильность — чуть ли не главная черта французского мужчины. Французы, наделенные чувством юмора, относятся к этому своему качеству с иронией — они как бы шутя требуют, чтобы жена экономила свет, воду и прочие коммунальные услуги, совершала все покупки на распродажах, дарила то, что когда-то сама получила уже от других. Французы, лишенные чувства юмора, делают то же самое без тени улыбки. К счастью для жен, имеющих мужей-французов, чувство юмора — черта в целом присущая этому народу».
Если дама права (ее комментарии будут по ходу дела возникать в тексте), то понятно, почему именно француз Мишель Камдессю установил рекорд по пребыванию в должности директора-распорядителя МВФ,— двенадцать лет.
Хотя кресло под ним шаталось уже давно. Первую свинью Камдессю подложила Латинская Америка, к которой он всегда питал необъяснимую склонность (отсюда, в частности, и прекрасное владение испанским). В отчете МВФ за 1994 финансовый год черным по белому значилось: «Директора выражают восхищение трансформацией экономики Мексики». 20 декабря 1994 года случился страшный обвал мексиканской экономики, рухнул курс песо, и МВФ вместе с администрацией США пришлось срочно вливать в вызывавшую восхищение экономику Мексику дополнительные миллиарды. А затем последовал азиатский кризис 1997—1998 годов. Потом — ухудшение отношений с конгрессом США, республиканскому большинству которого очень не нравилось, что на деньги американского налогоплательщика Камдессю пьет шампанское, закусывая черной икрой.
И наконец, доконавшая директора-распорядителя МВФ многосерийная российская «мыльная опера».
Сам Камдессю решительно опровергает, что его досрочная отставка хоть каким-то боком связана с Россией. «Личные. Точка»,— вот его ответ на вопрос о причинах ухода. Поговаривают, что Камдессю не хочет мешать предвыборной кампании Эла Гора. Но вице-президенту США российские проблемы уже явно подпортили президентские перспективы. Так что, как ни крути, а Россия сыграла свою роковую роль в жизни Мишеля Камдессю.
Ближе к деньгам

Первого мая 1933 года в Байоне, тихом городке на юге Франции, родился мальчик, которого назвали Мишелем. Начало его карьеры было не то чтобы ординарным, но и ничего сверхнеобычного в нем не было: учился в Парижском университете и Национальной школе экономики, воевал в Алжире, работал в казначействе (ведомство, занимающееся контролем за расходованием бюджетных средств). Потом — Брюссель, должность атташе в представительстве Франции в ЕЭС. И даже когда в 1971 году Мишель Камдессю вернулся во Францию и снова стал работать в казначействе, ничто не предвещало, что именно он станет самым влиятельным финансистом конца ХХ века.
Но именно тогда и начался взлет его карьеры. В 1974 году Камдессю стал заместителем директора казначейства, а в 1982 — директором. При этом работу во французском казначействе он совмещал с международной деятельностью: с 1978 по 1984 год возглавлял Парижский клуб, а в 1983—1984 годах был главой комитета по валютной политике ЕЭС. Наконец, в 1984 году Мишель Камдессю стал главным финансистом — пока только Франции. В августе его назначили заместителем управляющего Банком Франции, а в ноябре — управляющим. Единственной доступной европейскому финансисту ступенькой выше может быть только должность в руководстве МВФ.
Этот шаг наверх Камдессю сделал в 1986 году: сначала он стал альтернативным управляющим МВФ от Франции, а в январе 1987 года — седьмым директором-распорядителем в истории фонда, созданного в 1946 году для оказания финансовой помощи странам—членам этой финансовой организации в проведении структурных реформ экономики и поддержании курса национальных валют.
Тогда многие восприняли это даже не столько как его личный триумф, сколько как победу французского президента-социалиста Франсуа Миттерана: Камдессю был его ставленником. Хотя в ведущих странах Европы заправляли правые.
«МВФ» — своею кровью начертал он на щите

Камдессю не только побил все рекорды продолжительности пребывания на посту главы МВФ (ни одному из его предшественников не удавалось трижды избираться на должность), но и резко изменил стиль работы этой «самой неполитизированной организации». Он стал самым путешествующим директором фонда, вечно перелетающим из одного уголка земли в другой, появляясь там, где срочно требовалось его присутствие. Как-то раз он назвал «пожарной командой МВФ».
Неизменно элегантный, приветливый, улыбающийся улыбкой Чеширского Кота, говорящий по-английски с легким французским акцентом и прекрасно владеющий испанским — таким предстает Мишель Камдессю стороннему наблюдателю. Те, кому довелось общаться с ним неоднократно, отмечают высочайшее дипломатическое искусство и необычайное чувство юмора. И лишь те, кому от МВФ что-то надо, убеждаются, что за внешней приветливостью скрываются чрезвычайная жесткость и мертвая хватка переговорщика, умение сразу ухватить суть дела, исключительное политическое чутье и способность пойти на риск, взяв всю ответственность на себя.
Казалось бы, руководителю самой влиятельной международной финансовой организации не пристало лично мотаться по миру, решая текущие проблемы. Высокий ранг директора-распорядителя вполне позволял Мишелю Камдессю приезжать только на торжественные церемонии подписания соглашений со всеми вытекающими почестями.
Но состояние мировой финансовой системы в последние годы стало слишком часто требовать личного присутствия директора МВФ. А вскоре начался его «русский роман».
В Россию — с любовью

Думал ли об этом директор-распорядитель МВФ, когда в начале 90-х годов принимал Россию и другие бывшие республики СССР в лоно своей организации? Наверное, нет. Во всяком случае, до 1994 года он даже не помышлял о поездке в Россию, а реформаторскому правительству Егора Гайдара вообще не стал помогать, ограничившись дежурным кредитом, выданным в соизмеримых пропорциях всем странам, освободившимся от ига тоталитаризма. Зато потом… В марте 1994 года московский истеблишмент потрясла преприятнейшая новость: к нам едет Камдессю! И уж как хотелось принять его получше.
Тогдашний первый вице-премьер Олег Сосковец принялся вовсю уговаривать главу представительства МВФ в Москве Жана Фоглизо устроить встречу Камдессю по высшему разряду — как главе государства. Фоглизо отказался и поехал в Шереметьево встречать шефа на ярко-зеленом «мерседесе» 1952 года выпуска. На следующий день, пока Камдессю беседовал с Сосковцом в Белом доме, водитель зеленого «мерса» отъехал пообедать и обратно охрана его не пропустила. Выйдя из здания, Камдессю не нашел своего лимузина. Сосковец попытался усадить высокого гостя в свою машину, но идти было недалеко (представительство МВФ в те времена арендовало несколько комнат в здании мэрии на Новом Арбате), и Камдессю отказался. По мокрому мартовскому снегу, в легких туфлях и без шляпы, крупнейший финансист мира отправился пешком. Но при входе в здание мэрии выяснилось, что секретарша забыла заказать пропуск, и дежурный милиционер отказался пустить Камдессю внутрь.
— Это же директор-распорядитель Международного валютного фонда! — закричал Фоглизо.
— Тут на каждом этаже что ни фонд — то валютный. Или международный,— отозвался милиционер и захлопнул дверь.
Положение надо было срочно выправлять. Но как? Взяток международные чиновники такого ранга, как правило, не берут: высокая зарплата, всевозможные льготы, солидная пенсия — этим не рискуют. В бой вступила тяжелая артиллерия в лице премьера Виктора Черномырдина. Черномырдин, сам заядлый охотник, точно рассчитал, что на эту традиционную русскую забаву высокий гость уж точно клюнет. А если добавить все положенные особенности национальной охоты (это, правда, было еще до знаменитого фильма), то и подавно.
И правда. Как пару лет спустя с черной завистью говорили «молодые реформаторы» Чубайс и Немцов, мы распинаемся, распинаемся, обсуждаем какие-то серьезные программы, согласовываем параметры бюджета, а Виктор Степанович с господином Камдессю выстрелят дуплетом — и… р-раз кабан — нет проблемы, два кабан — нет другой проблемы.
Попутно в том же 1994 году Камдессю свозили в Сергиев Посад и организовали посещение самой настоящей русской избы. Хозяин избы, простой мужик, поразил директора МВФ обилием книг на самые разные темы и глубоким пониманием духовного предназначения России («Хорошо, что не заглянули к соседу-алкоголику»,— говорили потом в правительстве).
После охоты и философических бесед оставалось совсем немного, чтобы подбить главу МВФ на кредиты для России, убедив его в том, что российское руководство придерживается жесткой монетаристской линии. То есть сделать то, что не удалось правительству Гайдара. Эту задачу с блеском выполнили спикер Думы, тогда еще коммунист Иван Рыбкин и председатель комитета по экономической политике, тогда еще не коммунист Сергей Глазьев. Вопрос с кредитами был решен.
Умом Россию не понять

Сколько было визитов в Москву потом — знают, наверное, только пограничники в Шереметьеве-2. Но приезжал Камдессю с тех пор практически каждый год, а в иные годы — по два-три раза.
В результате этих поездок Россия в общей сложности получила от МВФ $22 млрд.
И все же, несмотря на все расположение к России, несмотря на все особенности национальной охоты и философии, Камдессю так и не стал для Москвы «другом Мишелем» в отличие от «друга Билла», «друга Гельмута» и даже «друга Рю». Лично с Черномырдиным отношения складывались в общем-то неплохо — тем более что Виктор Степанович при любом удобном случае неизменно прибегал к испытанному приему и выезжал с высоким гостем на природу. А сам Камдессю не уставал хвалить своего vis-a-vis, придумывая порой весьма причудливые сравнения. Например, «Черномырдин — как рыба, обитающая в глубинах океана. Он гораздо лучше чувствует себя, когда на него оказывают давление».
Но потом — и особенно после августовского обвала прошлого года — все пошло наперекосяк. Камдессю продолжал приветливо улыбаться, произносил обтекаемые фразы, которые сразу трактовались чиновниками кабинета Евгения Примакова как обещание дать кредит, если не сегодня, то в крайнем случае послезавтра.
Тем не менее за восемь месяцев премьерства Примакова ни единого цента от МВФ в Россию не поступило.
«Приступ скупости всегда овладевает французом, когда речь заходит о коммунальных услугах. Манера русских жен мыть посуду, пустив струей горячую воду, не затыкая раковины, приводит их в отчаяние. Любые поползновения со стороны иностранной жены на увеличение бюджета по этой статье встречаются в штыки. То же самое относится к телефонным переговорам. Это постоянное яблоко раздора между мужьями-французами и русскими женами независимо от уровня дохода семьи».
Преемник Примакова Сергей Степашин попытался было исправить положение и летом 1999-го белую ночь напролет катал Камдессю по своему родному Петербургу на теплоходе, переоборудованном в ночной клуб New Island. Тогда казалось, что Камдессю опять оттаял. Он всю ночь читал наизусть «Онегина» по-французски, не упуская, впрочем, случая дать хозяевам наставление: видите, Онегин понимал, что золота не надо, если есть собственное производство. Вспоминал Екатерину Великую и ее кумира Вольтера, цитировал Дени Дидро — в общем, все шло к очередному тосту за здравие российско-французско-эмвээфовской дружбы.
Но бах — и нет кабана. Простите, Степашина. Вопрос о кредитах опять подвис.
И почти сразу разразился скандал вокруг Bank of New York, замазавший всех российских премьеров, которым давал деньги МВФ (чистеньким остался только Примаков). А Камдессю прямо обвинили в потворстве коррупции в России. Причем никого не интересовало, было ли, не было ли, нагрел Камдессю на этом руки или нет,— когда идет большая драка, тут не до мелочей. Камдессю оправдывался, объяснял, что расхищение займов и кредитов МВФ невозможно, но его не слушали. После всего этого у кого хочешь возникнут «личные проблемы».
«Французы едят и борщ, и пиццу, и карри, обожают икру, охотно пробуют незнакомые блюда, но без бифштекса с соусом рокфор они долго не живут. Вернувшись из путешествия, француз первым делом бежит в ресторан, чтобы на вкус убедиться, что он уже дома».
Сегодня, по словам Камдессю, его единственное желание — вернуться на родину, на юг Франции, и жить жизнью рядового французского пенсионера в родном Байоне. Пенсию за 13 лет работы в МВФ он выслужил неплохую — около $100 тысяч в год. Роман с Россией закончен, и теперь финансист может вернуться в семью. Как и подобает истинно верующему католику, Мишель Камдессю был и остается хорошим семьянином. У них с женой Бриджит Д’Арси шестеро детей (католики не признают идею ограничения рождаемости, а искусственное прерывание беременности считают смертным грехом).
Что будет дальше

Кто возглавит МВФ? Называют кандидатуры министров финансов и глав национальных банков практически всех ведущих стран Западной Европы. Кстати, американец возглавить МВФ не может: по традиции это место зарезервировано за европейцем. А значит, первый зам Камдессю Стенли Фишер вряд ли возглавит МВФ, хотя сам Камдессю косвенно высказался в его поддержку. Президенту Франции Жаку Шираку, конечно, очень бы хотелось взять реванш у Миттерана и посадить своего человека — нынешнего управляющего Банка Франции Жана Клода Трише. Поговаривают даже, что именно Ширак стоит за отставкой Камдессю. Впрочем, очень сомнительно, что замысел Ширака осуществится в эпоху, когда владычество социалистов в Европе еще не сломлено окончательно. К тому же у вечных соперников Франции на европейской арене — Германии и Великобритании — тоже есть свои кандидаты: госсекретарь министерства финансов Германии Кайо Кох-Везер и бывший исполнительный директор Банка Англии Эндрю Крокетт. Кто победит, мы узнаем до конца года.
«Русской жене не нужно рассчитывать на какое-то особое отношение к ней французской свекрови. Любые изменения в семейном положении отпрыска родители встречают доброжелательно. Поэтому не стоит обольщаться на свой счет, установив хороший контакт с родителями мужа: точно так же они встретят и его бывшую жену, и жену следующую».
Взаимоотношения России и МВФ, конечно, зависят не только от личных качеств директора-распорядителя и степени знания им русской поэзии. По большому счету, здесь действуют иные факторы. Очень показательна реакция на уход Камдессю различных чиновников и политиков, в разное время имевших с ним дело. Закономерность такая: чем ближе человек к политическому центру с его идеями госрегулирования и чиновничьего произвола, тем сильнее его сожаления об уходе Камдессю.
Виктор Черномырдин: «С Камдессю меня связывают дружеские отношения. Его отсутствие будет очень заметно в финансовой жизни России».
Сергей Степашин: «Камдессю безумно влюблен в Россию, хотя во многом ее идеализирует. Он искренне пытался нам помочь».
Александр Починок: «Господин Камдессю хорошо знает Россию, разбирается в нашей экономике, выступает за проведение реформ и вообще искренне желает нам добра. Я действительно боюсь, что эта отставка может усложнить переговоры о выделении нам очередных траншей кредита».
Михаил Задорнов: «Это плохая новость».
Александр Шохин: «Вряд ли появится человек в МВФ, который сможет с таким же рвением включиться в нашу проблематику».
А вот политики и экономисты, придерживающиеся более-менее либеральных взглядов, вовсе не склонны драматизировать отставку пусть влиятельного, но все-таки чиновника.
Александр Лившиц: «Отставка Камдессю вряд ли приведет к осложнению отношений между Россией и фондом».
Петр Авен: «МВФ несет ответственность за финансовые кризисы, происшедшие в разных странах. А за наш прошлогодний кризис большая ответственность лежит не только на МВФ, но и лично на Камдессю».
Борис Федоров: «Я надеюсь, что с его уходом у России появится шанс, так как МВФ наконец-то займется своими непосредственными обязанностями».
Личность директора-распорядителя МВФ влияет на стиль переговоров, но вряд ли сказывается на их содержании, выражающемся в конкретных цифрах: решения о предоставлении займов, в общем-то, принимаются хоть и в Вашингтоне, но, по большому счету, не в штаб-квартире МВФ, и уж во всяком случае не единолично директором-распорядителем. И кто бы ни стал преемником Камдессю, в отношениях с ним российскому премьеру не обойтись охотой и поэзией.
Впрочем, Путин — охотник серьезный и на мелочь вроде кабанов и лосей не разменивается.

ФЕДОР ГУЛЯЕВ, АЛЕКСАНДР ЯНКОВСКИЙ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK