Наверх
17 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2002 года: "В России — время зачистки"

Кремль начинает крупнейшее наступление на коррупцию.Маттиас Уэстман (Mattias Westman) никогда не забудет встречу с российским президентом Владимиром Путиным. Уэстман, швед по происхождению, директор инвестиционного фонда Prosperity Capital Management, в июле встречался с Путиным в Кремле, чтобы донести до него свои возражения против реструктуризации российской энергетической монополии РАО «ЕЭС России». Уэстман опасался, что глава РАО «ЕЭС России» Анатолий Чубайс может воспользоваться своим планом реструктуризации для продажи активов по дешевке своим политическим единомышленникам, что повредило бы интересам миноритарных акционеров вроде Prosperity.
«Не стоит волноваться», — ответил на это Путин. Чтобы предотвратить такое развитие событий, Кремль решил изменить план реструктуризации. А на вопрос помощника Уэстмана о том, что менеджеры Чубайса получили взамен, Путин ответил с напускной серьезностью: «Я согласился с тем, чтобы они сохранили свои места». При этом, как вспоминает Уэстман, российский президент едва не упал со стула от смеха.
Но шутки в сторону. Путин вполне серьезно намерен провести в России «зачистку». Сенсацией становятся громкие расследования в отношении высокопоставленных чиновников. Характерный пример — выдвижение обвинений против министра путей сообщения Николая Аксененко в незаконном расходовании средств из бюджета министерства. (В начале января 2002 года Николай Аксененко ушел в отставку. — «Профиль».) Но суть этой кампании — в другом. Она не так бросается в глаза и состоит в том, чтобы ограничить широкий круг возможностей для взяточничества и мелкого воровства, поразивших бизнес и правительство.
Изменения, внесенные Путиным в план реструктуризации РАО «ЕЭС России», лишь один пример так называемого структурного подхода. Другой подобный пример — пакет законов о судебной реформе, вступивших в силу с 17 декабря и направленных на сокращение взяточничества в судах. Для этого жалкие зарплаты судей повысили в пять раз. Новый закон также запрещает прокуратуре вмешиваться в частные судебные споры между предпринимателями.
По требованию Путина резко ограничены льготные тарифы при перевозке товаров по железной дороге. Часто их получают клиенты, раскошелившиеся на самую большую взятку. Еще один закон предусматривает сокращение количества видов деятельности, подлежащих обязательному лицензированию, с 2000 до 100. А чем меньше лицензий, тем меньше у чиновника возможностей для взяток. «Такие меры помогут», — уверен 27-летний Алексей Мамаков, владелец фирмы Neon Art, занимающейся уличной рекламой в Казани (центральная часть России). Злоупотребление служебным положением, по утверждению Мамакова, распространяется в России «на все и вся».
И это дорого обходится государству. За Россией закрепилась репутация страны, в которой нарушение прав миноритарных акционеров стало для руководителей бизнеса обычным делом. В результате, по оценке московской брокерской фирмы «Тройка Диалог», стоимость акций на российской фондовой бирже уменьшается и потери составляют 45 миллиардов долларов. Наведение порядка могло бы привлечь дополнительно 10 миллиардов долларов в год в виде прямых иностранных инвестиций, полагают в PricewaterhouseCoopers. В настоящее время речь идет всего о 5 миллиардах долларов ежегодно.
В своей антикоррупционной кампании Путин нашел себе самых разных союзников и предоставил каждой такой группировке возможность связываться с ним напрямую. В коалицию входят защитники прав западных акционеров вроде Уэстмана, команда либерально ориентированных советников, включая министра экономического развития и торговли Германа Грефа и советника президента России по экономическим вопросам Андрея Илларионова, а также руководители контрольных и правоохранительных органов, в числе которых экс-премьер Сергей Степашин, ныне возглавляющий Счетную палату, — сторожевой пес Госдумы. «Стиль Путина: пусть другие воюют и пачкаются в крови, — говорит Уильям Броудер (William Browder), директор Hermitage Capital Management в Москве. — И это умно».
Для миноритарных акционеров борьба с коррупцией выгодна тем, что их акции могут подняться в цене. Именно поэтому в 2001 году Броудер помогал Кремлю раскрыть теневые финансовые схемы в «Газпроме», который на 38% принадлежит государству. Акционеры критиковали политику менеджмента «Газпрома», и Путин в мае уволил Рема Вяхирева, возглавлявшего «Газпром» еще с советских времен. 17 декабря новый менеджмент принял решение вернуть «Газпрому» контроль над своей бывшей «дочкой» — ЗАО «Пургаз», ранее переданным приближенным Вяхирева. После отставки Вяхирева акции «Газпрома» поднялись на 44%.
Либерально ориентированным представителям политической элиты борьба с коррупцией должна обеспечить рост их влияния. Возьмем, к примеру, 43-летнего юриста из Санкт-Петербурга Дмитрия Козака. При поддержке Путина он заставил Думу принять закон, запрещающий вмешательство прокуратуры в юридические споры частного бизнеса и ограничивающий иммунитет судей против обвинений в коррупции. «Мы пытаемся создать прозрачную юридическую систему», — говорит он.
Для правоохранительных и контрольных органов, кадровую основу которых составляют бывшие сотрудники КГБ, антикоррупционная компания — способ восстановить власть и силу государства и его роль в обеспечении законности. По их мнению, все это было утрачено при президенте Борисе Ельцине во времена перехода России к рыночной экономике. Поэтому Николай Ковалев, бывший глава ФСБ, непоколебимо поддерживает председателя Счетной палаты Сергея Степашина в расследовании предполагаемых махинаций с бюджетными средствами в правительстве нынешнего российского премьер-министра Михаила Касьянова. Сам Касьянов от комментариев воздерживается, но, по словам одного из его помощников, расследование мешает работе правительства.
С антикоррупционной кампанией связан и некоторый риск. Излишне ретивые следователи способны попирать гражданские свободы. Кроме того, общество, которое сейчас поддерживает Путина безусловно, постепенно может с недоверием отнестись к борьбе с коррупцией, если увидит, что она ведется избирательно. Скажем, Путин пока не отреагировал на обвинения швейцарских прокуроров в адрес Павла Бородина, бывшего в свое время начальником Путина в Управлении делами президента РФ. Бородина обвиняют в отмывании денег и получении взяток на сумму в 25 миллионов долларов, а российская прокуратура отказывается сотрудничать со швейцарцами в расследовании этого дела. С другой стороны, даже источники в Кремле признают, что в расследовании дел о коррупции все же присутствует элемент политики. Таким способом люди из нынешней власти, знавшие Путина еще в годы его работы в Санкт-Петербурге, борются с чиновниками эпохи Ельцина.
Осторожные иностранные инвесторы хотели бы также знать, насколько строго новые законы будут выполняться. Менеджеры Sawyer Research Products Inc. (Истлэйк, штат Огайо), производителя кварца для электронной промышленности, до сих пор не могут прийти в себя от захвата завода их фирмы во Владимирской области. Две российские компании в июле захватили завод, предварительно заручившись поддержкой местной прокуратуры и судей. Sawyer пытается оспорить это в судебном порядке, но при этом не испытывает оптимизма. «План Козака, направленный на то, чтобы сделать судей более подотчетными, — это шаг в верном направлении, — говорит глава Sawyer Гэри Джонсон (Gary R. Johnson). — Но вопрос в том, насколько быстро это можно осуществить».
Как бы ни были обширны планы Путина, в них не хватает очень существенного элемента: российский Центробанк сохраняет и свои полномочия государственного регулирования, и возможности получения дохода через крупнейший российский коммерческий банк — Сбербанк, акционером которого он является. «Этот конфликт интересов создает огромные возможности для коррупции», — считает Дмитрий Васильев (бывший глава Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг. — «Профиль»). Центральный банк отказывается предоставить данные о своих доходах от коммерческой деятельности, включая операции с векселями и валютные операции. Опасаясь политического влияния Центробанка, Дума может не настаивать на его реформировании до сентября 2002 года, когда истекают полномочия его влиятельного председателя Виктора Геращенко. «Центральный банк может стать самой трудной проблемой для Путина», — говорит Васильев.
Несмотря на все сложности, рынки надеются на положительные перемены. После избрания Путина президентом в марте 2000 года резко повысились котировки государственных облигаций. Сказались и высокие цены на нефть, но, по мнению Кристофера Уифера (Christopher Weafer) из «Тройки Диалог», в основном облигации подорожали из-за убежденности инвесторов в том, что «Путин намерен очистить Россию». 19 декабря Standard & Poor’s повысила долгосрочный кредитный рейтинг России с B до B+, объясняя это решение реформой Козака. Эта зачистка займет годы. Но, по крайней мере, она началась.

Пол Старобин (Paul Starobin) и Кэтрин Белтон (Catherine Belton) из Москвы. — Business Week.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK