Наверх
6 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2008 года: "Владимир АВЕТИСЯН: «Страна не должна заметить, что РАО ЕЭС реорганизовано»"

Менее полутора месяцев осталось до окончания работы РАО «ЕЭС России». К 1 июля практически все активы холдинга будут распределены между различными игроками рынка, и с этого момента начнется отсчет нового, либерального этапа в системе управления отраслью.   О том, как проходят последние продажи активов, и о будущем отрасли после ликвидации монополиста в интервью «Профилю» рассказал Владимир Аветисян, член Правления, Управляющий директор РАО «ЕЭС России».
   — До завершения реорганизации РАО осталось совсем немного времени. Можно ли уже подводить итоги реформы?
   — Все основные положения реформы, практически все действия, которые необходимо было предпринять и РАО «ЕЭС России», и нашим дочерним и зависимым компаниям, и государственным органам, уже совершены. Осталось поставить точку, причем не точку окончания реформы, а точку невозврата к прежнему порядку управления отраслью. Так что итоги сейчас можно подводить только промежуточные, окончательно оценить значение реформы можно будет только после полной либерализации отрасли, то есть после 2011 года. Тем не менее имеются предпосылки сделать процесс реформирования необратимым. Совершены все действия по созданию новых компаний. То есть сформированы генерирующие компании — ТГК и ОГК. Создана инфраструктура рынка — Системный оператор, Федеральная сетевая компания. Приняты на правительственном уровне законы и правила, по которым будут жить все субъекты отрасли и, собственно говоря, живут уже сейчас. Причем все действия совершаются таким образом, чтобы конечный получатель продукции да и вся страна не заметили того, что РАО ЕЭС реорганизовано. Я считаю, реформа идет успешно. Хочу еще раз оговориться, процесс реорганизации отрасли не заканчивается с прекращением существования компании.
   — Вы отметили, что полная либерализация энергетической отрасли произойдет в 2011 году. Как же тогда можно охарактеризовать ее состояние между этим сроком и концом существования РАО ЕЭС?
   — Это «между» называется переходным периодом, в течение которого будет идти поэтапная либерализация оптового рынка электроэнергии. Идти она будет темпами, установленными правительством, с постепенным расширением рыночного сектора. К 2011 году отрасль станет на 100 % конкурентной. А 1 июля этого года, после реорганизации РАО ЕЭС и прохождения той самой точки невозврата, произойдет передача ответственности за функционирование отрасли Министерству промышленности и энергетики, Федеральному агентству по энергетике (Росэнерго) и Федеральной службе по тарифам. В осуществлении контроля примут участие и Системный оператор, как непосредственный гарант надежного и бесперебойного обеспечения поставок, и Федеральная сетевая компания. Эти государственные структуры и компании будут контролировать все процессы, идущие в отрасли. Что касается рыночной составляющей, она будет представлена некоммерческим партнерством Совет рынка.
   — Чем он будет заниматься?
   — Совет рынка будет регулировать все взаимоотношения — расчеты, условия оплаты, исполнение договоров — между рыночными субъектами отрасли, такими как генерирующие, сетевые и энергосбытовые компании. В эту организацию войдут представители и государства, и производителей электрической энергии, и потребителей.
   — Получается, контроль над рынком энергетики перейдет от одного РАО ЕЭС к нескольким компаниям. Не приведет ли децентрализация управления отраслью к перебоям в поставках электроэнергии?
   — Многоуровневая система контроля, о которой я только что говорил, дает основания полагать, что никаких серьезных сбоев, никаких блэкаутов не будет. Конечно, никто ни от чего не застрахован, все-таки энергетика — это и железо, которое может ломаться, и люди, которые могут совершать ошибки. Но работа отрасли выстраивается таким образом, чтобы максимально избежать и поломок, и ошибок.
   — Все ли активы РАО ЕЭС, продажей которых занимался Проектный центр под вашим руководством, уже реализованы?
   — Не все, но у нас еще есть время продать их. На сегодня мы реализовали 34 энергосбытовых предприятия из 49 предназначенных к продаже, 55 ремонтных и сервисных компаний (всего их 91), а также 3 из 13 инжиниринговых компаний. Остальные 10 предстоит продать во второй половине мая. Также была продана недвижимость в Москве, Санкт-Петербурге и Московской области. Миноритарные пакеты акций компаний, которые находились в собственности РАО «ЕЭС России» и наших дочерних и зависимых компаний, тоже в большинстве своем реализованы.
   — Какова оценка эффективности деятельности Центра в финансовом плане? Осуществимы ли намеченные результаты продаж?
   — В целом при создании Центра перед нами ставили задачу выручить от продажи непрофильных активов $2 млрд, или 53,5 млрд рублей. На нынешний день поступления от продаж составили 34 млрд рублей с небольшим. Осталось получить еще 19,5 млрд. И я думаю, этот уровень мы превысим, так как оставшиеся для продаж компании — в первую очередь «Мосэнергосбыт», сбытовые компании Санкт-Петербурга, Тюмени, Волгограда, Пензы, Тамбова — представляют большой интерес для потенциальных покупателей. Безусловно, оценку нашей деятельности будет давать Совет директоров РАО «ЕЭС России» по завершении всех продаж, но я считаю, что Проектный центр себя оправдал, эффективность свою доказал и с задачами справился. На сегодня по итогам продаж энергосбытовых компаний плановое задание выполнено уже более чем на 80%. Их средняя стартовая цена превышена на 22%. Стартовая цена по ремонтно-сервисным, инжиниринговым и проектным компаниям — на 13%, прочих активов — на 9%. Сейчас нам осталось продать ряд крупных активов. Так, аукцион по «Башэнерго» назначен на последнюю декаду мая, тогда же будет продан и блокирующий пакет акций РКС. Готовясь к этим аукционам, мы наблюдаем довольно высокую конкуренцию среди инвесторов.
   Мы всегда говорили, что инвестиции — это основная цель реформы. Более того, для нас крайне важен тезис «приватизация энергопроизводящих мощностей в обмен на строительство новой энергетики». И я считаю, мы этот тезис полностью подтвердили.
   — Вы говорите о привлекательности активов РАО «ЕЭС России» для потенциальных покупателей. А кто является покупателем собственности компании? Ходят слухи, будто все основные активы распределят между двумя-тремя крупными компаниями, которые сообща станут диктовать рынку свои условия. Насколько эти слухи соответствуют действительности?
   — В сфере производства и реализации электроэнергии монополии или ценового сговора возникнуть не может, поскольку активы этой сферы распределяются между множеством игроков рынка. Я могу по памяти назвать с десяток крупнейших наших покупателей — это прежде всего «Газпром», «Норникель», «Комплексные энергосистемы» и т.д. Пришли на наш рынок и крупнейшие европейские энергетические компании — E.On, Enel, Fortum, которым принадлежат генерирующие компании. Как в дальнейшем будут распределяться эти активы, сложно сказать, но объединение рынка в руках двух-трех игроков почти невероятно, ведь у каждой из компаний своя стратегия, и ни у одной из них она не предполагает объединения в картели. Более того, Совет рынка и государственные органы будут на законодательном уровне блокировать возникающие доминанты любых компаний. Действующее законодательство разрешает применение очень серьезных мер, вплоть до отлучения от рынка.
   — Кто будет определять тарифную политику энергетических компаний — их новые владельцы, насколько это позволяет закон, или федеральные органы?
    — В отрасли есть сектора, которые являются монопольными, — прежде всего это передача электроэнергии. В этих секторах тариф всегда будет устанавливаться государством. Вместе с тем продажа электроэнергии уже сейчас идет по двум схемам: там, где есть рыночный спрос на нее, цена определяется объемами этого спроса и предложения. Во всех остальных случаях цена пока определяется госорганами. Но в ходе либерализации отрасли этот сектор будет сужаться, а рыночный — расширяться, все более увеличиваясь. Отмечу также, региональные власти всегда будут устанавливать тариф на передачу и продажу тепловой энергии.
   — То есть в ходе либерализации государственные органы будут иметь все меньшее влияние на рынок энергоносителей. Значит ли это, что в будущем электроэнергия будет поставляться по рыночным ценам не только промышленным объектам, но и в жилой сектор?
   — Федеральная служба по тарифам всегда будет определять цену на энергоносители для жилого сектора, только если позже правительство не примет другое решение, во что лично я не верю.
   — Следите ли вы за деятельностью компаний, вышедших из состава РАО «ЕЭС России»? И если да, то как вы оцениваете их деятельность после перехода к новому собственнику?
   — Следим. И могу сказать, что мы практически поменялись с новыми владельцами компаний местами. Ведь прежде все те, кто сегодня купил контроль над генерирующими компаниями, присутствовали в них как миноритарные акционеры, обладающие блокирующим пакетом. И они очень активно участвовали в деятельности компаний, будучи представлены в советах директоров и различных комитетах. Теперь же в миноритариях оказались мы — РАО ЕЭС владеет пакетами большинства проданных компаний, где-то чуть меньше, где-то чуть больше блокпакета, что дает нам право на участие в корпоративном управлении этими компаниями. И мы видим удивительную перемену позиций нынешних мажоритарных акционеров, стремящихся упразднить решения, которые были приняты по их же просьбам в те времена, когда мажоритариями были мы. Мы это контролируем, руку на пульсе держим и легкой жизни не обещаем.
   — Помимо продажи компаний вы занимаетесь и реализацией других активов, например мебели. Вы говорили, что намерены продать даже кресло Чубайса…
   — Я, честно говоря, не ожидал, что мой экспромт о готовности продать кресло Чубайса вызовет столь широкий резонанс. Конечно, это красиво: все закончили, все продали, и вот оно — кресло. Это означает, что никто не вернется, пути назад нет. Поэтому его продажа для нас символичное действо. Сейчас мы обдумываем форму его продажи, поэтому пока не могу сказать, будет ли оно продано отдельным лотом или вместе с остальной обстановкой кабинета Председателя. При этом не хотелось бы, чтобы оно попало в нехорошие руки. Ведь кресло Чубайса — вещь оккультная.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK