Наверх
23 января 2020
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2007 года: "«Влиять на все, что происходит в мире»"

Глава португальского правительства и действующий председатель Совета ЕС Жозе Сократиш о Лиссабонском договоре, проблемах между европейцами и Россией и действиях Брюсселя в Африке.«Шпигель»: Господин премьер-министр, после октябрьского саммита ЕС вы говорили, что достигнута «большая победа», имея в виду договор, который будет подписан 13 декабря в Лиссабоне вместо отвергнутой европейской конституции. В чем, собственно, победа?

Сократиш:
Европе нужно было преодолеть свой институциональный кризис. И самый лучший сигнал, который мы можем подать гражданам Европы, европейской экономике и всему миру, состоит в том, что нам удалось договориться, на какой основе мы сумеем более эффективно принимать решения. Только при этом условии Европа сможет влиять на все, что происходит в мире.

«Шпигель»: А как простому европейцу это заметить? Новый договор еще более непонятный, чем прежний.

Сократиш:
Он будет чувствовать это повсюду. Ведь решения мы станем принимать главным образом квалифицированным большинством, а не в результате консенсуса всех 27 государств. Теперь граждане могут ожидать от Европы более быстрых решений.

«Шпигель»: На пути к этому договору больше всего трудностей доставила Варшава. Как вам удалось вовлечь Польшу в единую структуру? Может быть, Португалия знает секрет взаимопонимания с восточноевропейскими странами?

Сократиш:
Нужен был высокий профессионализм дипломатов. Мы не просто объединение или собрание государств, мы — союз. И изолировать Польшу было нельзя, нужно было ее вовлечь, не нарушая договоренностей, достигнутых прежде. Творческий компонент в решении состоял в том, чтобы сделать для Польши исключение, которое будет де-юре признаваться, но не являться частью текста договора.

«Шпигель»: Это означает, что по меньшей мере до 2014 года у Польши в Совете министров влияния будет больше, нежели ей полагалось бы по числу ее жителей. Ожидаете ли вы, что новое правительство в Варшаве улучшит климат в отношениях внутри Союза?

Сократиш:
Климат улучшился уже благодаря тому, что мы пришли к соглашению. В противном случае у нас в руках не было бы вовсе никакого документа. Договоренность же стала возможной, когда мы некоторым странам предложили индивидуальные регламентации. Однако я надеюсь, что Великобритания и Польша вскоре будут участвовать в нашей работе в полном объеме. Отрадно, что новый польский премьер уже заявил, что он готов принять Хартию фундаментальных прав, от чего Польша до сих пор отказывалась.

«Шпигель»: Но ведь в действительности Лиссабонский договор станет лишь новым препятствием в развитии. То есть пока не будет прогресса в создании европейской сверхдержавы, о чем многие так мечтали. Налоги, социальные вопросы и внешняя политика останутся в руках национальных государств, и не будет ни единого флага, ни гимна. Значит, Европа отказывается от претензий на то, чтобы выступать как единое политическое целое?

Сократиш:
Исходный проект конституции мне тоже нравился больше. Я тоже считаю, что символы имеют свое значение. Однако Европа всегда двигалась вперед лишь мелкими шагами, идя на компромиссы. Я рожден вместе с единой Европой — в 1957 году. Год спустя после вступления Португалии в ЕС меня избрали депутатом парламента. Для меня и моего поколения проект единой Европы представляет собой одну из самых грандиозных идей, подаренных миру. Наш континент пережил больше ужасов войны, чем любой другой. Это наложило отпечаток на нас, поэтому за прошедшие 50 лет мы сделали все, что могли, ради укрепления доверия между европейскими странами. Мы создали гражданское общество, в рамках которого можно передвигаться, не обращая внимания на национальные границы.

«Шпигель»: Дееспособность ЕС особенно жестко проверяется на примере отношений с Россией. Здесь разные темы — энергетика, права перелета, импорт мяса, безопасность. Москве легко удается расколоть государства ЕС. Вы действительно верите, что еще удастся подписать новый совместный договор с Россией о партнерстве?

Сократиш:
Да, я считаю это возможным. Обе стороны заинтересованы, чтобы был надежный политический каркас. После падения Берлинской стены в 1989 году мы внесли свой вклад в стабилизацию тогдашней зоны влияния Советского Союза в Восточной Европе. Но меня тревожат разногласия, вновь возникшие между нами и Россией, например по вопросам вооружения. Европе остается только искать компромиссы в этой сфере.

«Шпигель»: Относительно России в ЕС нет ведь единой позиции.

Сократиш:
Потребуется еще много времени, прежде чем во всех вопросах внешней политики у нас сложится единая позиция.

«Шпигель»: Как будет продолжаться процесс расширения Евросоюза? После приема в ЕС Румынии и Болгарии общая позиция сводилась к тому, что нужно было бы сделать перерыв и осмыслить происшедшее. Если так, то Хорватия может стать на время последней страной, которая будет принята в ЕС?

Сократиш:
За последние годы Европа поняла, что иногда лучше не спешить. Нужно зарезервировать время на то, чтобы накопить некоторый опыт в работе только что созданных учреждений. С другой стороны, мы не можем просто забыть об обязательствах, взятых нами на себя по отношению к другим странам, с которыми мы вели переговоры о вступлении в ЕС.

«Шпигель»: Вы имеете в виду Турцию?

Сократиш:
На кону стоит как раз слово, данное Европой. Если страна соответствует нашим критериям, мы должны принять ее. Если нет, она останется вне ЕС.

«Шпигель»: Еще до Рождества должен быть ликвидирован паспортный контроль на границах с восемью восточноевропейскими государствами и Мальтой. Есть опасения, что время для этого еще не пришло.

Сократиш:
Мы дали обещание странам, вступившим в ЕС, что наше пространство свободы будет распространено и на них. Технически казалось невозможным связать их банки данных с шенгенской системой. Тогда португальский министр внутренних дел нашел одну местную фирму, которая разработала соответствующее программное обеспечение, и совмещение удалось. Теперь мы можем с некоторым опережением отпраздновать ликвидацию рубежей с Восточной Европой: 21 декабря вместе с канцлером Ангелой Меркель я буду на немецко-польской границе, чтобы официально снять там посты паспортного контроля. Вот так мы, португальцы, смогли способствовать тому, что в единой Европе практически не осталось внутренних границ.

«Шпигель»: Свое председательство вы начали встречей между Бразилией и Европой. На ближайшие недели намечены встречи в верхах с Китаем, Индией, а также с Африканским союзом. Значит ли это, что ЕС и в других регионах намерен выступать как активный игрок?

Сократиш:
Наше председательство проходит под лозунгом «Более сильная Европа в более совершенном мире». Имея в руках Лиссабонский договор, мы сможем выступать гораздо более сплоченно. С Бразилией мы договорились о стратегическом партнерстве. Это давно пора было сделать. Потому что Бразилия чрезвычайно важна для нас — не только в области торговли, но и в вопросах окружающей среды. Без Бразилии невозможно влиять на решение вопросов климата. Мы, португальцы, привнесли особую ноту в отношения с нашей бывшей колонией.

«Шпигель»: На 8 декабря Португалия как председатель Евросоюза наметила встречу в верхах ЕС—Африка. Будет это только рекламное мероприятие или нечто большее?

Сократиш:
Уже семь лет, как мы не проводили встреч с соседним континентом. Но как тогда решать проблему иммигрантов из Африки? Как поддерживать африканцев в борьбе против изменения климата или вообще помогать им развиваться, если не вести с ними политический диалог? Зря мы вообще упустили так много времени.

«Шпигель»: ЕС — крупнейший торговый партнер Африки. Но европейская помощь, оказываемая ради развития африканских стран, кажется, совершенно никакого эффекта не дала. С африканского континента все больше и больше лодок с беженцами отправляется на север.

Сократиш:
Европа и Африка должны разработать общую стратегию, то есть общаться друг с другом на равных. Европа не может что-либо предписывать Африке. Африканские иммигранты способствуют повышению нашего благосостояния. Мы должны их интегрировать. Однако нелегальную иммиграцию, организуемую преступными группами, надо пресечь. И чтобы лишить эту мафию ее власти, мы должны позаботиться об улучшении условий жизни и труда в тех странах, где эти люди родились и живут.

«Шпигель»: Британский премьер Гордон Браун пригрозил, что ни он, ни кто-либо из его министров не примут участия в саммите ЕС—Африка, если в Лиссабон приедет Роберт Мугабе из Зимбабве, к которому у международной общественности немало претензий. Не случится ли скандала?

Сократиш:
Надо научиться отделять вопросы прав человека от помощи, оказываемой в целях развития. Конечно, мы поддерживаем санкции против Мугабе. Но прогресса мы сможем достичь, только если начнем с Зимбабве диалог. Я понимаю Гордона Брауна в том, что по соображениям, касающимся обеих стран, он лично не сможет принять участия. Однако я признателен ему за то, что его правительство помогало в организации встречи.

«Шпигель»: Когда вы в 2005 году стали премьер-министром, Португалия находилась в глубоком кризисе: бюджетный дефицит был в два раза выше, чем разрешали нормы ЕС, экономический рост приостановился, безработица росла. Преодолела ли Португалия последствия расширения ЕС на восток, где заработная плата ниже, в результате чего обострилась конкуренция?

Сократиш:
Когда я вступил в должность, мы были на пороге второй рецессии за три года. А сейчас наш бюджет сбалансирован. В этом году рост экономики у нас составит 2%, несмотря на то, что Индия и Китай внедрились на наши традиционные рынки, особенно в текстильный сектор, и на то, что растут цены на нефть.

«Шпигель»: Вы намереваетесь сократить разбухший чиновничий аппарат и повысить конкурентоспособность экспортного сектора за счет повышения уровня образования и развития технологий?

Сократиш:
68% граждан в этом году представили свои налоговые декларации через Интернет. Мы начали реформы в области юстиции, администрации и социального обеспечения. Уже второй год подряд мы отмечаем рост числа учеников в тех классах, которые составляют среднюю школу. У 300 тыс. португальцев появилась возможность получать профессиональное образование, не оставляя работы. В бюджете на 2008 год впервые предусмотрено инвестировать 1% ВВП в науку и исследования.

«Шпигель»: Тем не менее Португалия остается самой бедной страной в старом ЕС. Заработная плата и пенсии заметно отстают от среднего европейского уровня.

Сократиш:
Я хочу увидеть Португалию, которая, сохранив порядок и строгость в затратах на общественные нужды, сможет обеспечить дальнейший рост. Нужно, чтобы гораздо больше семей смогли позволить себе иметь детей. И поэтому мы даем пособия беременным уже с третьего месяца и увеличиваем количество детских яслей. И все люди пожилого возраста, имеющие пенсии менее 380 евро в месяц, получают от государства доплаты.

«Шпигель»: Ради этого вам пришлось повысить налоги и сократить средства, выделяемые на медицинское страхование. Поэтому протестовали профсоюзы и были даже забастовки военных, полицейских и судей. Может быть, у ваших соотечественников иссякло терпение, им надоело приносить жертвы ради подъема экономики?

Сократиш:
Португальцы очень хорошо понимают, что пришло время перемен. Наша система социального страхования была на грани банкротства. Мы ее радикально перестроили, не пойдя по пути приватизации. Наши люди и дальше будут платить пенсии своим родителям, чтобы когда-то их дети смогли финансировать их пенсионное обеспечение. Но для этого нужно было вовлечь в систему и чиновников, которые только теперь будут выходить на пенсию с 65 лет, как все мы. Нам пришлось выдержать забастовки и остаться непреклонными.

«Шпигель»: Господин премьер-министр, мы благодарим вас за эту беседу.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK