Наверх
14 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "ВОКРУГ «РАСПАДСКОЙ»"

События в Кузбассе показали, что шахтеры видят в государстве защитника, который сможет одернуть хозяев, поэтому и не выдвигают политических требований.    Шахтерский протест после трагедии на «Распадской» стали сравнивать с забастовками 1989 года, потрясшими советский строй. Напрасно! На самом деле речь идет о совершенно разных явлениях с противоположными результатами.
   Вначале о том, что между ними есть нечто общее. Это отчаяние людей, которые в 89-м устали от тотального дефицита, а сейчас унижены мизерной — особенно если учесть повседневный риск их работы — зарплатой. Притом, что в условиях, когда необходимо расплачиваться по кредитам, взятым в годы иллюзорного экономического благополучия. В обоих случаях неустойчивая стабильность сменяется «тощими годами» (оговоримся, что в 89-м падение было более драматичным), что способствует росту протестных настроений. Однако далее начинаются принципиальные различия.
   Начнем с того, что в 89-м году шахтеры воспринимали государство как единую, противостоящую им силу — от директора шахты до министра, от секретаря горкома до Горбачева. Сейчас противник — это собственник шахт, который еще дальше от народа, чем советская партхозноменклатура. Заявления о том, что время кризисное и всем надо затянуть пояса, на горняков не действуют: они видят, что собственники даже в период кризиса не слишком «ужались» в расходах. Государство же — по крайней мере, сегодня — шахтеры воспринимают как защитника, который сможет одернуть хозяев, хотя бы немного (больших иллюзий здесь нет). Поэтому шахтеры и не выдвигают политических требований и внимают срочно приехавшему в город Тулееву. Во многом именно поэтому власти удалось быстро справиться с шахтерским протестом. Несмотря на то, что многие ее действия — от опоздания с принятием мер в отношении директора шахты до вызывающих мало доверия заявлений о том, что к шахтерскому протесту причастен криминал, — никак нельзя назвать оптимальными.
   Немаловажна и символическая составляющая, связанная с образом шахтеров в общественном мнении. В СССР они были «передовым отрядом рабочего класса», «гордостью страны» — поэтому их бунт против системы стал особенно значимым. Сейчас же горняки — это обычные наемные работники, причем трудящиеся не в самой перспективной отрасли. О них обычно вспоминают лишь после трагических сообщений об очередных катастрофах. Да и то нынешняя драма не привела к общественному шоку. Психология россиян выстраивает защиту от стресса в условиях, когда участились сообщения о различных ЧП (вспомним взрывы в московском метро, аварию на Саяно-Шушенской ГЭС, пожар в «Хромой лошади»). Люди стараются побыстрее забыть случившееся — если они, разумеется, не потеряли в очередной трагедии родных или знакомых. Поэтому требования коммунистов объявить всенародный траур в связи с гибелью шахтеров не встретили особого интереса в обществе.
   В 89-м году было много романтики, представлений о том, что стоит отменить «шестую статью» или дать возможность шахтерам распоряжаться прибылями своих предприятий, как завтра (в крайнем случае послезавтра) мы будем жить как в социалистической Швеции. Сейчас место романтики заняли разочарование и усталость. Два десятилетия назад люди делили мир на черное и белое (достаточно вспомнить противостояние «Лигачев-Ельцин»), сейчас большинство из них пришли к выводу, что российская действительность состоит из различных оттенков серого. Неслучайно, что майор Дымовский стал лишь бледным подобием следователя Гдляна, за которого в 89-м в едином порыве проголосовал весь Зеленоград.
   Сейчас людей по-настоя-щему волнует то, что серьезно задевает их лично,- для москвичей, например, это «мигалки на колесницах», вызывающие бурное раздражение водителей, изнывающих в пробках. Как и тогда, россияне готовы активно протестовать, используя либо традиционные (от митингов до перекрытия магистралей), либо новые (флешмобы) способы выражения своих негативных эмоций. Все остальное воспринимается с той или иной степенью отстраненности, не создавая мобилизующего эффекта. Новости живут недолго и сменяются новыми сенсациями. Завтра будет что-то другое, что прикует общественное внимание — и, скорее всего, опять ненадолго.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK