Наверх
6 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2008 года: "Вор вне зоны доступа"

Эпидемия краж мобильных телефонов, охватившая Россию, излечима, но лекарство, которое совместно готовят силовики и законодатели, может оказаться опаснее болезни. В 2009 году должен вступить в силу закон, который позволит отключать все краденые телефоны от обслуживания в мобильных сетях, отправлять за решетку тех, кто ими пользуется, а заодно предоставит правоохранительным органам широкие полномочия по контролю над переговорами граждан.Лишь однажды я положил мобильный в боковой карман куртки и мгновенно был наказан: из метро вышел без телефона. Столь примитивным способом, по данным МВД, незаконно меняют своих владельцев 27% сотовых телефонов. Еще 12—13% аппаратов попадает в чужие руки в результате грабежа, который обычно практикуют подростки. Но большая часть охотников за чужими средствами связи — около 60% — предпочитают более изощренные виды мошенничества.
   «На улице к вам подходит длинноногая красавица и просит позвонить с вашего сотового, — рисует первую ситуацию начальник УБЭП ГУВД Москвы Александр Тюканько. — Если вы произведете на нее впечатление «продвинутого пользователя», она скажет, что у нее сел аккумулятор, и предложит вставить свою SIM-карту в ваш телефон. Если вы покажетесь ей простаком, девушка сэкономит на объяснениях и пустит в ход свои чары. Главное — подольше отвлекать «клиента», а потом убежать с трубкой». Как вариант — у нее из рук аппарат выхватывает ее же сообщник и пускается прочь.
   Есть еще десятки способов хищения трубок. Например, на кассе супермаркета, когда покупатель кладет деньги на телефон, он следит за бумажником, но ослабляет контроль за трубкой. Часто тут же у кассы она и «теряется». На АЗС или при выезде из торгового центра водителя отвлекают вопросом: «Как проехать?» В это время вместе с другими вещами из машины пропадает телефон. По данным МВД, до 49% преступлений, связанных с хищением имущества, составляют кражи мобильных телефонов. В 2007 году МВД зарегистрировало около 350 тыс. случаев кражи мобильников, за 9 месяцев 2008-го — более 340 тыс. При этом, как полагают эксперты НИИ МВД РФ, с учетом незарегистрированных преступлений количество похищенных аппаратов сотовой связи достигает 1—1,2 млн.
   Карманник нового типа
   Дерзость воров не имеет границ: они не только с легкостью перепродают краденые аппараты, но еще и успевают использовать их в мошеннических комбинациях. Самый распространенный вариант аферы с использованием краденого мобильного телефона — звонки из «компетентных органов». Преступник звонит на номера в записной книжке аппарата и, представившись сотрудником милиции, сообщает, что владелец телефона задержан за участие в драке, хранение наркотиков и т.п. Он предлагает помочь с закрытием дела за определенную сумму, которую надо оставить в тайнике. В 2007 году 339 москвичей, лишившихся денег в результате подобных афер, обратились в милицию с жалобами. Эффект — нулевой, все они были вынуждены отозвать заявления, поскольку им самим грозило уголовное преследование за попытку дачи взятки. Телефоны, конечно же, так и не нашли, точнее, их никто не стал искать.
   «Мобильный» вор оказался гибче закона. Он проанализировал психологию общества, слабые места законодательства, поставил себе на службу Интернет и другие технологии связи. Преступники становятся все умнее и моложе: по данным НИИ МВД РФ, в 2002 году мобильные телефоны воровали в основном лица от 27 и до 45 лет (до 65% краж), сегодня на долю преступников в возрасте от 14 до
   27 лет приходится более 55% краж.
   Вор нового типа предпочитает мошенничество, не выделяется из толпы, легко располагает к себе, артистичен и даже внушает доверие. Тенденцию к омоложению и интеллектуализации «мобильного» воровства милиционеры объясняют тем, что законодательство, направленное против него, не соответствует требованиям времени.
   «Черная метка» IMEI-кода
   Весь мир, переживающий эпидемию краж сотовых, оказался не готов к защите от новых форм мошенничества. Отдельными исключениями могут считаться, пожалуй, только Англия и Австралия. Они первыми в мире ввели отдельную уголовную статью за кражу мобильных телефонов и выделили такие дела в отдельное производство. С 2003 года за подобное преступление там можно провести за решеткой от года и до семи лет.
   До изменения уголовного законодательства эти страны обходились подзаконными актами и частными инициативами. Местные операторы сотовой связи составили списки IMEI-кодов (International Mobile Equipment Identifier) похищенных мобильников и блокировали для них доступ в сеть. Первой эту схему опробовала австралийская телекоммуникационная компания Telstra. Экспериментальная мера позволила в 2002 году сократить количество заявлений о хищениях аппаратов сотовой связи на 27%. Постепенно опыт австралийцев был перенят Англией и Германией, затем остальными странами ЕС, многие из которых ввели уголовную ответственность за хищение средств сотовой связи.
   Эксперты НИИ МВД РФ сравнивают идентификационные номера телефонов по степени неповторимости с отпечатками пальцев. Для простоты российские опера часто называют IMEI-код «телефонным пальчиком». Украденный телефон, даже если он пытается подключиться к сети с новой SIM-картой, будет немедленно идентифицирован по IMEI-коду. Эксперты МВД РФ утверждают: операторам достаточно блокировать подключение телефонов, IMEI-номер которых числится в розыске, и сначала торговля краденым сойдет на нет, а потом и кражи заметно снизятся. Однако еще с 2004 года МВД, прокуратура и операторы сотовой связи не могут между собой сторговаться, кто и в каких пропорциях будет оплачивать дорогостоящую услугу составления и ведения черных списков IMEI-кодов.
   Джеки-потрошители
   Узнать его может любой желающий. Достаточно заглянуть под батарею аппарата: там находится наклейка с IMEI-кодом. Другой способ — ввести в телефоне комбинацию *#06#, и 15-значный код высветится на экране. Он обязательно зафиксирован в договоре на покупку телефона. Даже если телефон приобретается на рынке, продавец указывает его в чеке. В гарантийном талоне он тоже есть.
   При звонке с такого сотового телефона IMEI автоматически высвечивается у оператора связи. Тот может заблокировать SIM-карту, и телефон превратится в бесполезную игрушку. Замена «симки» не поможет, засечь ворованную трубку удастся при следующей попытке подключения. В некоторых странах ЕС, Англии и Австралии после кражи мобильного его бывший владелец немедленно обращается в полицию с документами на аппарат, после чего IMEI-код вносится в черные списки национальными операторами связи, и пользоваться украденным мобильником в этой стране больше невозможно.
   Тем временем преступный мир учится взламывать IMEI-коды. Сейчас оборудование для перепрошивки мобильных телефонов можно приобрести в России на «сером» рынке за 5—8 тыс. рублей, сама услуга стоит, по данным ГУВД Москвы, примерно 3—5 тыс. рублей, но спросом не пользуется: черные списки краденых телефонов операторами пока не ведутся. В Австралии, где IMEI-код гарантирует защиту телефонов от кражи, за его изменение можно сесть в тюрьму на срок до 7 лет, в Англии — до 5 лет, в Германии и Франции — до 4. Телефоны последних поколений содержат по два IMEI-кода — программный и аппаратный. Программный изменить можно, но, если он не совпадет с аппаратным, который криминальные программисты пока не научились расшифровывать, телефон работать не будет.
   Большой брат слушает тебя
   Но российским ворам лень «потрошить» краденое — идентификаторы краденых телефонов почти не отслеживаются. Точнее, отдельный опыт есть, но он работает со сбоями. Опера находят воров и даже убийц по IMEI-коду разве что в телевизионных сериалах. В реальном мире все попытки приспособить отечественное законодательство и практику работы правоохранительных органов к изобретательности мобильных мошенников тонут в корпоративной неразберихе. Минюст и МВД РФ с 2004 года прорабатывают положения закона, по которому дела по хищениям мобильных телефонов и подделыванию IMEI-кодов должны быть выделены в отдельное уголовное производство. Санкции за это планируются очень жесткие: преступникам грозит лишение свободы на срок от 3 до 7 лет. Вступление закона в силу ожидается весной—летом 2009 года, а пока в состав его творцов помимо депутатов Госдумы и представителей региональных законодательных собраний вошли представители МВД, Федеральной таможенной службы, Минкомсвязи, МЭРТа и крупнейших операторов связи — МТС, «МегаФона» и «ВымпелКома».
   «Работа предстоит нелегкая, — говорит Владимир Горбачев, заместитель главы комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи. — В комитете уже находились целых шесть проектов из регионов по этой проблеме. Все они предполагают создание черного списка на основе IMEI-кодов. Мы их отклонили, поскольку идентификационный номер можно изменить, есть вероятность появления нескольких аппаратов с одинаковыми номерами. И еще, рынок мобильных телефонов в России перенасыщен «серыми» трубками с одинаковыми идентификационными номерами. Откуда они берутся, не знают ни в МВД, ни операторы связи. Пока нет ясности, как решать эту проблему. В итоге получается, что человеку, который приобрел телефон на законных основаниях, откажут в его использовании, если аппарат с таким же номером был когда-то украден и внесен в реестр». Доля «серых» телефонов в России, по данным МВД РФ, составляет около 50%.
   Со своей инициативой в Госдуме выступило ГУВД Москвы. «Мы предложили фиксировать все сделки купли-продажи подержанных телефонов с указанием паспортных данных продавца и покупателя, — рассказывает Александр Иванов, первый заместитель начальника ГУВД Москвы. — Планировалось запретить операторам подключать телефон без согласия его собственника. Проще говоря, по факту прекратить обслуживание краденых телефонов и сообщать в милицию обо всех заявках на подключение аппаратов, внесенных в базу данных как украденных».
   Но Госдума не поддержала ни инициативу столичных милиционеров, ни предложения пермских и татарстанских законодателей — наделить оперативников и следователей полномочиями требовать от операторов связи предоставления информации об IMEI-кодах и абонентах, а также обязать операторов связи приостанавливать оказание услуг связи. Депутаты уверены, это нарушит права потребителя, который честно и в рамках закона купил украденный телефон.
   Кто «танцует» девушку
   Возникает вопрос: почему черные списки IMEI-кодов, которые эффективно работают на Западе, российскими законодателями отклоняются как «неработающие»? «Для создания и ведения реестра похищенных сотовых телефонов потребовались бы дополнительные финансовые средства, которые ни в государственном бюджете, ни в бюджетах операторов связи не предусмотрены», — признается Владимир Горбачев.
   Однако он отрицает, что инициативу Москвы, Казани и Перми Госдума отвергла из-за дороговизны составления списков IMEI-кодов. Как утверждают члены рабочей группы при Госдуме, финансовые затраты на ведение черных списков вполне приемлемы: примерно $200—300 тыс. в год для оператора. При этом они признают, что помимо этого, скорее всего, по проекту нового закона именно операторам придется проводить идентификацию абонентов и устанавливать, откуда был сделан звонок. И делать это им придется тоже за свой счет.
   «Насколько я знаю, дополнительных средств на эти меры нам отчислено не будет, и такая мера даже не предусматривается проектом закона, — говорит Андрей Теребин, вице-президент МТС, — доходов от этих мер мы тоже не получим, а вот новых забот и дополнительных затрат наверняка будет достаточно. Надеюсь, решаться этот вопрос будет с учетом опыта цивилизованных стран, а не путем перекладывания всех проблем на плечи операторов».
   При этом и в МТС, и в «ВымпелКоме» категорически отвергли версию «Профиля» о том, что предстоящие издержки операторы, вероятно, попытаются компенсировать не раз опробованным путем: через повышение цен на услуги сотовой связи. Участники рабочей группы Госдумы утверждают, что такой вариант развития событий отвергать нельзя. Именно поэтому депутаты не торопятся с принятием законопроекта о черных списках, прорабатывая разные его варианты. В частности, продолжается скрытая дискуссия между операторами связи и силовыми структурами (ФСБ, МВД, ФПС) по поводу полномочий каждой из структур в новом законе. Несмотря на то, что Госдума отвергла инициативу депутатов Татарстана, предлагавших обязать операторов открывать перед силовыми ведомствами информацию о своих клиентах, ее сторонники — силовые структуры — продолжают настаивать на том, что именно эта норма сделает кражу мобильников бессмысленной. Их оппоненты — операторы связи и некоторые депутаты Госдумы — утверждают, что дополнительные полномочия в сфере связи для правоохранительных органов и спецслужб серьезно ударят по правам человека: база данных IMEI-кодов позволит силовикам контролировать переговоры граждан.
   Как признают источники «Профиля» в рабочей группе по разработке закона, стороны продолжают искать компромисс. Возможно, он будет состоять в сохранении нынешнего status quo: сегодня операторы и так негласно сотрудничают со спецслужбами, предоставляя им данные и избирательно блокируя разговоры определенного абонента. Но пока оператор имеет право отказать компетентным органам, и тем придется оспаривать его решение через суд. Вот именно на такой юридической норме, внесенной в готовящийся закон, и настаивают операторы и часть депутатов. Если эта норма будет зафиксирована в новом законе, «овцы останутся целы, и волки будут сыты» — власть и бизнес договорятся о долях финансирования и ответственности за контроль черных списков IMEI-кодов.
   В любом случае торжество закона оплатит законопослушный потребитель. Причем дважды: сначала через налоговые отчисления в бюджет, а потом — пополняя счет на мобильном телефоне. Но эти деньги будут потрачены не напрасно — вор все же окажется вне зоны доступа.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK