Наверх
15 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2001 года: "ВТО — что надо"

О том, что стоит, а чего не стоит делать России при вступлении в ВТО, рассказывает первый заместитель министра промышленности и торговли РФ Андрей СВИНАРЕНКО.«Профиль»: Андрей Геннадиевич, политическое решение о вступлении России в ВТО уже принято. Насколько этот шаг будет выгоден с чисто экономической точки зрения?
Андрей Свинаренко: По большому счету, государственное решение о том, чтобы вступать в ВТО, было принято еще при СССР. Переговоры ведутся уже 20 лет. Вначале с ГАТТ, потом собственно с ВТО. И решение о вступлении в ВТО продиктовано прежде всего не политическим желанием быть такими же, как весь мир, а совершенно приземленной экономической логикой. У нас сегодня почти треть ВВП — это международная торговля. Пока это продукция сырьевых отраслей. Однако мы надеемся, что в скором будущем сможем предложить мировому рынку товары с более высокой добавленной стоимостью. В любом случае, мы уже интегрированы в мировой рынок. Вступление в ВТО позволит нам участвовать в разработке правил, по которым этот рынок живет.
«П.»: То есть реальную пользу от вступления в ВТО получат только экспортеры?
А.С.: Дело в том, что для экспортеров этот шаг очевидно выгоден и будет иметь видимые результаты практически сразу. Ведь мы сегодня не имеем никакой правовой защиты собственных производителей, особенно на внешних рынках. Россия занимает сейчас, наверное, первое место по количеству антидемпинговых расследований против наших экспортеров. Как только мы становимся полноправными членами организации, мы снимаем большую часть таких претензий.
Что касается внутреннего рынка, то здесь положительный эффект сразу не будет так очевиден. Но рынок неизбежно станет более прозрачным, более конкурентным. А конкуренция — в интересах потребителя. Ведь это снижение цен, повышение качества услуг и т.п.
Безусловно, есть, например, проблема допуска иностранцев на финансовые рынки. Она нуждается в особом обсуждении. Однако очевидно, что появление, например, на рынке частных вкладов иностранных банков будет выгодно потребителю (то есть собственно частному вкладчику), потому что наверняка повысится качество и снизится стоимость услуг. Но здесь необходимо найти компромисс между интересами граждан и государства.
Кроме того, практика показывает, что вступление страны в ВТО автоматически означает приток иностранных инвестиций в экономику. Нам инвестиции нужны, и это еще один аргумент за то, что нам нужно быть членами этой организации.
«П.»: Противники вступления в ВТО считают, что наш рынок еще не готов к тому, чтобы конкурировать с западным. Есть опасения, что его открытие может убить отечественного производителя.
А.С.: На самом деле негативные оценки вступления в ВТО носят, как правило, эмоциональный характер и слабо аргументированы.
Ряд комментирующих эту тему говорит о том, что как только мы вступим в организацию, тут же к нам со страшной силой хлынет импорт, который убьет нашего производителя. Давайте разберемся. Наши компании и сейчас находятся в состоянии борьбы с иностранными конкурентами не только на внешних, но и на внутреннем рынке. И ряд отраслей, не только сырьевых, вполне конкурентоспособны. Я имею в виду, например, пищевую, химическую промышленность и т.д. В ряде отраслей уровень производимой продукции, ее качество, действительно не соответствует мировым стандартам. Я имею в виду некоторые предприятия машиностроения (в основном из-за изношенности производственного оборудования), отчасти — автомобильную промышленность и так далее. Поэтому с ростом доходов населения растет и потребление импортной продукции. И, по большому счету, ВТО тут ни при чем. Для того чтобы нормально развиваться, необходимо производить качественную продукцию.
«П.»: То есть в этих отраслях открытие рынка будет означать, что большая часть предприятий просто не выдержит конкуренции?
А.С.: Не совсем так. Мы имеем возможность договориться о защите этих отраслей, например, импортными пошлинами. Между прочим, по абсолютному большинству товарных позиций мы и сейчас вполне готовы работать на открытом рынке. И уже на нем работаем.
«П.»: А какие отрасли все-таки нуждаются в защите пошлинами?
А.С.: Их не так много. Прежде всего — продукция сельского хозяйства. Есть вопросы по автомобильной промышленности. Снижение импортных пошлин на автомобили может привести к росту импорта и сокращению объемов отечественного производства. А экспорт наших автомобилей будет сдерживаться техническими барьерами. Отрасль нуждается в обновлении основных фондов, внедрении новых технологий и т.п.
По каждому из тарифов в процессе переговоров с ВТО фигурируют четыре цифры — нынешний уровень пошлины, показатель на момент вступления в организацию, уровень на переходный период, который займет в разных отраслях от 3 до 6 лет. И, наконец, конечный уровень пошлины, который будет действовать после адаптации.
В процессе переговоров мы, судя по предварительным консультациям, сможем добиться ситуации, когда уровень пошлин по названным товарным позициям может быть даже увеличен на период адаптации. Хотя, честно говоря, это вряд ли будет действительно необходимо.
«П.»: То есть вы считаете, что мы уже сейчас готовы к открытию рынков?
А.С.: К сожалению, не готовы. И проблема даже не в уровне таможенных пошлин и тарифов. Дело в том, что в процессе вступления в ВТО нам необходимо будет существенно поменять законодательство. То есть перейти на международные стандарты финансовой отчетности, принять ряд законов о защите интеллектуальной собственности, жесткие нормы по субсидированию производства и т.п. Понятно, что уровень государственных субсидий на федеральном уровне у нас и так очень низок, существенно ниже того, который считается приемлемым для членов ВТО. Но на региональном уровне субсидирование существует. Это создает тепличные условия для ряда производителей.
Короче говоря, общие экономические условия меняются. Зарубежные компании умеют работать в таких условиях. Наши — нет. Нужно будет учиться.
«П.»: Чему учиться и кто будет выступать в роле учителя?
А.С.: Недавно одной из социологических служб было проведено исследование, которое показало, что лишь около 6% руководителей крупных и средних предприятий достаточно хорошо представляют себе правила деятельности ВТО. Около 50% руководителей имеют об этой организации самые общие представления. То есть, условно говоря, знают, как расшифровывается аббревиатура. Только в 15% организаций есть специалисты, которые владеют тематикой ВТО. Более 80% предприятий таких специалистов не имеют.
Лишь 30% предприятий готовы обучать специалистов и понимают, что работать придется в новых условиях, более жестко конкурировать, овладевать новыми навыками и технологиями.
Это означает, что большая часть российских предприятий автоматически оказываются в менее выгодных условиях, чем западные компании. Поэтому главная задача государства сейчас — убедить их в том, что нужно готовить специалистов, перестраивать производство.
«П.»: Каким образом государство будет участвовать в подготовке таких специалистов?
А.С.: Прежде всего, мы ведем переговоры с Министерством образования, советуем и рекомендуем им создавать такие образовательные продукты, которые необходимы предприятиям. А промышленности, соответственно, указываем, где и каких специалистов можно подготовить. Кроме того, мы активно работаем и с консалтинговыми компаниями. Их роль в переподготовке кадров тоже достаточно велика. А в рамках президентской программы по переподготовке кадров мы готовим ежегодно около 5 тысяч специалистов в области финансов, маркетинга, управления. Есть планы несколько переориентировать эту программу и увеличить количество специалистов, которые будут востребованы после открытия рынков.
«П.»: О каких именно специалистах идет речь?
А.С.: Даже наши экспортеры, когда сталкиваются с антидемпинговыми процедурами, вынуждены нанимать иностранные компании для защиты своих интересов. Они признают, что своими силами справиться с особенностями работы на внешних рынках не в состоянии. Поэтому очевидно, что будет потребность в квалифицированных юристах, финансистах. Ну и, конечно, большой проблемой является качество менеджмента. Очевидно, что потребуются специалисты-управленцы. Серьезный дефицит и в области специалистов по стандартизации. Ведь после вступления в ВТО нашим предприятиям придется переходить к международным стандартам, сертифицировать свою продукцию. Самый очевидный пример — автомобильная промышленность. К сожалению, наши автомобили не соответствуют европейским экологическим стандартам. Что и дает западным производителям конкурентные преимущества.
«П.»: А кто будет решать этот вопрос и кто будет финансировать решение?
А.С.: В бюджете на эти программы денег нет. Да и неправильно платить за обучение предпринимателей всей страны из госбюджета. Понятно, что расходы по переобучению персонала должны нести предприятия.
«П.»: Насколько они готовы к таким расходам?
А.С.: На самом деле, в последние год-два большая часть руководителей и собственников начинают понимать, что повышение квалификации персонала жизненно необходимо. Возрождается система курсов повышения квалификации. Предприятия уже платят за обучение. Кроме того, ряд специалистов готовы платить за свое образование сами. Наша задача — обеспечить связку между спросом и предложением.

ВЛАДИМИР ЗМЕЮЩЕНКО

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK