Наверх
14 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2003 года: "Вымогательные приспособления"

Дефицит жилья на вторичном рынке привел к тому, что продавцы недвижимости устраивают настоящие аукционы среди покупателей. В результате стартовая цена квартиры может всего за пару дней таких торгов вырасти на $3-5 тыс. Злоключения нашего автора, который решил обзавестись собственной квартирой на пике цен, являются типичными для ситуации, сложившейся сейчас на московской «вторичке». Продавцов и риэлтеров, которые выставляют квартиры на торг и постукивают молоточком, с каждым месяцем становится все больше. Для подобных граждан появилось специальное сленговое обозначение — «аукционеры».

Самое печальное, что лекарства от торга не существует — как говорится, что не запрещено, то разрешено. Единственное, что можно сделать, — это быть готовым к подобному повороту событий и держать в запасе несколько «лишних» тысяч условных единиц — на случай, если вырастут аппетиты продавца.

А теперь расскажем, как, собственно, было дело.

Вам шашечки или ехать?

Перефразировав известный рекламный слоган, можно вывести следующую формулу успеха покупки жилья: не важно, какие параметры у квартиры, важно, какова скорость вашего риэлтера. Поскольку вариант «без посредников» практически ушел со вторичного рынка, я озаботился поисками надежного маклера. Уже на этом этапе история начала напоминать лотерею.

Выбор агентства, как мне казалось, стоит делать с учетом размеров его базы данных (при условии, что она более-менее совпадает с размерами репутации). Звоню в риэлтерские конторы (отдавая предпочтения тем из них, кто на слуху) и даю техзадание: нужна двухкомнатная, на юге Москвы, рядом с метро, стоимостью до $63 тыс.

За спрос денег не берут, поэтому мне тут же по телефону в различных агентствах выдали от 8 до 25 вариантов, подходящих под мое описание (просто по факту, что, дескать, есть на складе такой товар в таком-то количестве). Понятно, что я поехал в ту контору, где количество вариантов было максимальным.

Предложенная схема работы и оплаты меня устроила, поэтому мы тут же подписали договор. После этого база данных агентства начала таять буквально на глазах. Я далек от мысли, что она была липовой, скорее всего, риэлтеры и сами толком не знают, сколько квартир из тех, что значатся у них в закромах, реально продаются. А суровая реальность была такова: подавляющее большинство квартир «вывешивалось» на рынок с одной-единственной целью — узнать, сколько на нее найдется жаждущих покупателей и, соответственно, как высоко можно задрать цену.

Вот типичный телефонный разговор (риэлтера с риэлтером):

— Вы продаете двухкомнатную в Орехове за $56 тыс.?

— Да, продаем.

— Когда можно приехать посмотреть и, если все устраивает, внести аванс?

— Позвоните через две недели.

— А что ж так долго?

— Приедут хозяева (варианты: подготовим все документы, показываю только по выходным и пр.).

Буквально на следующий день ореховская квартира появилась на риэлтерских сайтах по цене $57 тыс. Любопытства ради я пару недель следил за ее судьбой — до тех пор, пока цена жилища не выросла до $62 тыс. Стало ясно, что хозяева не спешат с продажей, а просто экспериментируют.

Подобных квартир в базе агентства оказалось немало. То есть теоретически жилье продается, но не сегодня, а так, вообще. И то правда, куда как приятно сидеть на диване и подсчитывать, сколько на этот раз можно выручить за свою жилплощадь. Хорошее самочувствие вам обеспечено!

А был ли мальчик?

После отсева «теоретических» квартир мы занялись осмотром тех, которые действительно продавались, как говорится, здесь и сейчас. Пропустим истории с осмотром потенциального жилья и его окрестностей (каждый, кто хоть раз проходил по этому пути, знает, что он находится на грани выносимости).

То, что происходило далее, можно, конечно, назвать аукционом, а можно — откровенным вымогательством, кому как нравится.

Смотрю квартиру в старом доме близ станции метро «Коломенская»: в тихом дворике, через дорогу — парк, дом после капитального ремонта — в общем, то, что доктор прописал. Просят $60 тыс. Не скрывая откровенной радости, высказываю желание завтра же внести аванс. «Милости просим!» — говорит девушка-риэлтер, которая представляет интересы владельцев квартиры.
Мораль сей басни такова — выражение радости на челе наказуемо. Вечером того же дня эта девушка звонит мне и с прискорбием сообщает, что, дескать, ей очень приятно иметь со мной дело, но, увы, она нашла покупателя, который предложил на $1000 больше. Поэтому, если я могу ответить тем же, она будет счастлива продать квартиру именно мне.

Черт с тобой, подумал я и согласился. Нетрудно догадаться, что на следующее утро ситуация повторилась: девушка хотела еще «штуку», ссылаясь на неугомонного покупателя-конкурента.

Бросив трубку, я поехал в Коломенское, пардон за пафос, посмотреть в глаза хозяевам квартиры. Дверь открыла пожилая пара. Мой страстный монолог на тему «что ж вы делаете, граждане?» вызвал у них неподдельное удивление. «Вообще-то, мы просим за квартиру $58 тыс., — сказал старичок, — но как Мариночка (риэлтер) скажет, так и сделаем. Мы ей доверяем». Мои попытки объяснить, что в карман ушлой Мариночки поступит как минимум $4 тыс. (плюс комиссионные), успеха не возымели — как подлый клеветник я был изгнан из квартиры.

Как выяснилось позднее, подобные сюжеты — не редкость в риэлтерской практике. Да и как, скажите на милость, удержаться от соблазна, когда ведешь сделки ценой в сотни тысяч долларов, а получаешь $300-400 в месяц? Контролировать своих сотрудников, одержимых жаждой наживы, риэлтерскому агентству довольно сложно — на рынке труда это наиболее текучий и непредсказуемый сектор. Поэтому, как бы ни гордились конторы по недвижимости своей репутацией, — в семье не без урода.

Забегая вперед, скажу, что предприимчивость Мариночки наверняка увенчалась кругленькой суммой — через три дня квартира была продана. Стоимость сделки неизвестна. Только вряд ли хозяева получили больше стартовых $58 тыс.

Божественная комедия

Следующая история, здорово напоминающая аукцион, ждала меня в Орехове. Здесь продавалась двухкомнатная квартира в старом кирпичном доме, который располагался аккурат в центре чудом сохранившегося яблоневого сада. Этакий домик в деревне.

Хозяин — обладатель внушительной коллекции икон — запросил за жилье $56 тыс. и сказал, что готов хоть сейчас ударить по рукам. Мужик собирался продать свою двухкомнатную с расчетом на то, что на часть вырученных денег он купит себе «однушку», а другую часть сделает прибавкой к собственной пенсии. Изложив свои планы, хозяин размашисто перекрестился на один из образов и поклялся, что завтра подпишем все бумаги, которые необходимы при внесении аванса. Выглядело это убедительно.

Завтра, увы, не состоялось. На свежую голову мужик вспомнил, что хочет однокомнатную квартиру близ станции метро «Сухаревская» — дескать, там находится какой-то особенный храм. На мой закономерный вопрос: «Дед, где ты на Сухаревке собираешься искать квартиру, которая стоит дешевле твоей халупы?» — мужик с поистине мхатовским достоинством произнес: «На все Божья воля».

На самом деле сюжет постановки был крайне прост: стоимость квартиры в Орехове находится в прямой зависимости от стоимости того жилья, который присмотрит себе ее хозяин (плюс копеечка на пенсию). Беглый обзор сухаревских «однушек» в газете бесплатных объявлений заставил сделать неутешительный вывод: дешевле $66 тыс. там ничего не найти. Рассчитывать же на чудо мне, в отличие от продавца, как-то не хотелось.

К сожалению, подобный случай тоже не является исключением. Особенно страдают покупатели трехкомнатных «вторичных» квартир. Как правило, подобное жилье выставляется на рынок, когда хозяева собираются разъехаться (продаем трехкомнатную, затем покупаем одно- и двухкомнатные). Поэтому владельцы «трешек», невзирая на площадь квартиры, рыночную конъюнктуру, здравый смысл, назначают такую цену за свое жилье, которая равняется стоимости двух будущих квартир. Никакие возражения типа того, что разъезда без доплаты не бывает, в расчет не принимаются: хотите — берите, а нет — ваше дело. В общем, продавец всегда прав.

Деньги на бочку!

То, что покупатель, будь за его спиной хоть сотня грамотных риэлтеров, не застрахован от сюрпризов, связанных с увеличивающейся по той или иной причине ценой квартиры, показывает следующая история.

Конец моим поискам наступил, когда я посмотрел 22-ю по счету (и вполне удовлетворительную) «двушку» в трех минутах ходьбы от метро «Домодедовская». Предупредил хозяев: как только они заикнутся, что квартира стоит дороже стартовых $52 тыс., я тут же хлопну дверью. «Не заикнемся!» — заверили хозяева. И ведь правда, цена жилья стойко продержалась на заявленном уровне вплоть до начала сделки. Вот тут-то меня ждал сюрприз.

На финишной прямой, то есть буквально на столе переговоров, на котором уже были разложены все надлежащие документы, хозяева квартиры выдвигают мне новое условие.

Нет, они не повысили цену, они просто потребовали, чтобы я половину суммы передал им наличными из рук в руки, в противном случае сделка не состоится. Напомним, что по принятому порядку ведения дел деньги за квартиру хранятся в банковской ячейке в течение всего времени регистрации сделки (две недели), а потом торжественно вынимаются в обмен на свидетельство о собственности.

Несколько минут я пребывал в шоке. Риэлтеры, которые сопровождали меня на сделку, безмолвствовали, всем своим видом показывая, что выбор — за мной. Пришлось его делать.
На самом деле расчет продавцов был верным: они назначили на квартиру цену, которая была чуть ниже среднерыночной, а когда клиент (то бишь я) уже совсем расслабился, поставили ультиматум. Мне пришлось согласиться, что частью денег я все-таки рискую и отдаю их, минуя банковский сейф. Оставалось побороться, чтобы эта часть была как можно меньше.

В результате непродолжительных торгов мы сошлись на $10 тыс. налом (судя по всему, речь шла о какой-то срочной покупке хозяев, расплачиваться за которую должен был я). Далее добрые люди написали пространную расписку, красная цена которой — пять копеек, и мы расстались на полдня, договорившись встретиться у нотариуса для оформления сделки. В этот промежуток времени мои визави поехали в Подмосковье покупать квартиру там (сделка была альтернативная, что на вторичном рынке практически неизбежно).

К счастью, у нотариуса мои отданные в малознакомые руки $10 тыс. под видом еще одного аванса были внесены в договор (это была здравая идея риэлтеров) и продавцы его подписали. Вот этот документ уже имел юридическую силу, и я вздохнул свободно. Но, признаюсь честно, несколько часов, которые прошли с момента передачи денег до момента составления договора, были не самыми приятными в моей жизни.

Дальше все пошло более-менее нормально. Спустя месяц (две недели на регистрацию сделки, две — законные — на выезд хозяев) я заселился в своем новом жилище.

Немного поостыв от переживаний, я позвонил своему риэлтеру и спросил, насколько мои приключения были нормой, а насколько — отклонением от нее. На что он ответил, что, мол, это еще цветочки.

Ягодки начинаются, когда, например, во время сделки продавец требует доплату, и поди найди на него управу — мой товар, что хочу, то и ворочу.

Более того, если возвращаться к теме аукционов, то практика эта приобрела настолько массовый характер, что нередки случаи, когда более состоятельный покупатель уводит квартиру у менее состоятельного уже после внесения последним аванса. То есть дает отступного и более слабому финансово конкуренту, и владельцу приглянувшегося жилья.

Контролировать сложившуюся ситуацию практически никак невозможно. Пока на рынке на одну квартиру приходится 5-10 покупателей, продавец, как разборчивая невеста, всегда будет стараться выбрать того, кто побогаче. Единственное, что меня утешает: если я соберусь продавать эту квартиру, я поведу себя так же и отыграюсь!

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK