Русская мода медленно, но верно из доморощенной превращается в более профессиональную, все внимательнее посматривая на Запад в надежде быть им принятой. Иностранцы же пока проявляют к нашим Неделям моды лишь теоретический интерес.Что такое Недели моды в России, каждый понимает по-своему. Большинство дизайнеров считают участие в них обязательным — под девизом «Чтобы помнили». Некоторые их игнорируют, предпочитая раскручиваться и продаваться на Западе, справедливо полагая, что успех там автоматически обеспечит успех и здесь. Другие стараются убить двух зайцев сразу, участвуя в отечественных Неделях моды и занимаясь поиском западных партнеров.
Посмотреть московские Модные недели приезжают все больше иностранцев. Это считается хорошим признаком, несмотря на то, что еще ни один российский дизайнер не заключил ни одного контракта с западными закупщиками во время Недель моды. «Иностранные наблюдатели» могут прояснить, действительно ли уровень наших Недель уже соответствует международному, как
часто утверждают организаторы, и насколько интересны наши дизайнеры мировому рынку.
Кто больше?
В этом сезоне обе отечественные Недели — Неделя моды в Москве (ННМ, проводится в Гостином Дворе) и Russian Fashion Week (RFW, проводилась в павильоне на Васильевском спуске и в «Форум-холле» на Павелецкой) — сделали еще по шагу вперед на пути к собственному росту.
RFW расширилась до трех площадок и 72 показов. На вопрос, не много ли это для одной недели, генеральный продюсер RFW Александр Шумский ответил: «Нам всем нравится цифра 50, но заявок на участие гораздо больше. Некоторым мы просто не можем отказать, потому что уверены — они станут открытием Недели». Шумский пригласил президента Национальной палаты моды Италии Марио Бозелли и договорился с ним о «культурном обмене»: в следующем сезоне на RFW планируется «итальянский» день, в ответ группа российских дизайнеров примет участие в миланской Неделе моды.
Неделя моды в Москве, организованная Ассоциацией высокой моды и pret-a-porter во главе с Александром Достманом, пошла по пути поиска именитых спонсоров (например, Jaguar) и государственной поддержки. Организаторы заявили о достигнутых деловых соглашениях с Торгово-промышленной палатой России и Министерством экономики, развития и торговли РФ, а также о переговорах с Французской федерацией pret-a-porter и Итальянской палатой моды. В довершение Неделю посетила Сюзи Менкес, самый влиятельный критик модного мира, но организаторы практически не воспользовались этой «козырной картой»: о приезде г-жи Менкес было известно немногим.
Альтернативные выборы
Несмотря на уже традиционный для организаторов двух Недель моды предварительный «обмен любезностями», на прямой вопрос о наличии конфликта между ними Александр Шумский заявил, что такового нет, а в какой Неделе участвовать — выбор самих дизайнеров.
Директор марки alenaakhmadullina Аркадий Волк вообще считает, что «в моде и так слишком много интриг и зависти, поэтому нужно обращать внимание в первую очередь на достижения в дизайне, а не на то, где модельер участвует и с кем он дружит». Хотя переход Алены Ахмадуллиной с RFW на НММ Волк не отказался объяснить: «Я вижу большой потенциал достмановской недели. Очень хорошо, что организаторы понимают, что поддержка моды — государственная задача. Мода — это не только дизайн, это и текстильная, и легкая промышленность, и культура, и нужно идти по пути создания национальных институтов. Если отрасль будет развиваться, то за первыми линиями коллекций последуют вторые, более доступные, мода будет интересной, и люди станут носить отечественное. В этом смысле неделя Достмана более дальновидна».
| Марио Бозелли, президент Национальной палаты моды Италии: — Похожа ли RFW, на которую вы приехали, на миланскую Неделю моды? — Схожесть — в креативности дизайнеров и профессиональности манекенщиц. Разница — в атмосфере. В Милане показы начинаются с 9 утра и продолжаются до 9 вечера. Это работа, и только работа: на Milano Moda Donna показывается 230—240 женских коллекций, 100 из них — на подиуме, а остальные представлены в шоурумах. Здесь же — атмосфера праздника, и шоу похожи на спектакли. — А как должно быть? — Я считаю, что каждая страна должна иметь свои особенности. Но мое пожелание: RFW должна быть интернациональной. На Неделю моды в Милан приезжают 2000 журналистов из 40 стран, а здесь практически никого нет. Нужно приглашать больше иностранной прессы и байеров. — Полагаете, российские коллекции готовы к продажам на мировом рынке? — Вчера я видел два шоу — Елены Супрун и Vassa. Vassa уже завтра без проблем может выйти на любой рынок, она коммерческая, как MaxMara. Супрун больше подходит для России. Но экспорт вовсе не обязательно должен быть стратегией каждой фирмы. — Какие преференции имеют русские дизайнеры в рамках запланированных показов в Италии? — Сегодня показать шоу у нас стоит минимум 100 тыс. евро. Мы можем предоставить возможность русским дизайнерам заплатить десятую часть — 6—12 тыс. евро в зависимости от дефиле. Остальное берем на себя. Государство никоим образом в проведении Недели моды не участвует. Единственное, в чем оно помогает, — это в продвижении Италии на другие рынки. — Должно ли вообще государство помогать модном бизнесу? — Должно бы, но не помогает, несмотря на то, что мода считается «нефтью Италии». — А вот Неделя моды в Москве пытается сотрудничать с государством. Почему вы приехали не к ним, а на RFW? — Организаторы, которые проводят Неделю в Гостином Дворе, нам предложили просто купить там площади. Это больше похоже на выставку. А RFW по организации близка к Milano Moda Donna. |
Теоретический интерес
Выход Алены Ахмадуллиной на международный уровень (уже четыре сезона ее вещи закупает французский шоурум МС2, где продаются такие марки, как Clements Ribeiro) состоялся благодаря собственным усилиям, а не показам на Неделях моды. «Вначале в одежде Алены было очень много деталей, — говорит представитель МС2 Кристин Мазза. — Но с каждым сезоном ее вещи становятся элегантнее и современнее. Нас вообще интересует сочетание русской культуры с европейским стилем. Но пока что МС2 не может представлять больше одного русского дизайнера».
Хотя Ахмадуллина уже продается на Западе, Волк считает показы в России необходимыми для марки: «Здесь мы создаем некий образ, делаем презентацию. Будь мы просто представлены в Лондоне или Париже, Сюзи Менкес, Годфри Дини (главный редактор информагентства Fashion Wire Daily.— «Профиль») или Анна Орсини (директор London Fashion Week. — «Профиль») даже не заглянули бы к нам. А здесь мы получаем хорошую основу для западного PR. Потом марка продается в Москве, мы хотим и дальше здесь продаваться».
Есть и другие примеры проявления внимания Запада к российскому дизайну. Например, представителей французского шоурума Romeo заинтересовала коллекция Андрея Шарова. Сегодня вещи Шарова проходят тестирование в нескольких западных шоурумах, и дизайнер ведет переговоры с Французской ассоциацией pret-a-porter об участии в парижском салоне pret-a-porter. Но в целом интерес Запада к нашим Неделям моды пока носит больше теоретический характер.
Хотя Годфри Дини отметил на RFW Макса Черницова, Дмитрия Логанова, Vassa, Султану Французову иМашу Цигаль, он говорит: «Посещая 5—6 шоу, я отмечаю для себя 1—2 — это нормальная ситуация в развивающихся городах. А в Париже и Милане она другая: из 12 отсмотренных шоу вам понравится 8—10». Дини радует растущее число участников Недель моды: он считает, что это говорит о желании работать и об амбициозности. «Но русские дизайнеры слишком быстро пытаются всему научиться, — замечает он. — Для того чтобы стать великим, надо много работать. А у российских дизайнеров часто нет профессионального понимания, как шьется одежда и какой должна быть окончательная отделка. Они используют хорошие итальянские ткани, но не умеют с ними обращаться. Новая вещь должна быть «с иголочки», а создается впечатление, будто ее уже носили. Слишком много украшательства и несколько неумелый микс западной и восточной традиций. Нужно больше анализировать западный опыт». Существование двух Недель моды в России Дини считает напрасной тратой ресурсов.
Сюзи Менкес по возвращении в Лондон написала в International Herald Tribune: «При всей энергии и энтузиазме русская мода пока только ищет свою индивидуальность в мире, который так резко перешел от «Правды» к «Праде». И она еще не получила такого международного признания, как белокожие красавицы вроде Натальи Водяновой, возглавляющие мировые топы супермоделей... Сейчас российские дизайнеры сталкиваются с двумя проблемами, которые предстоит преодолеть: научиться уверенно продвигать свою культуру в мире, где правят глобальные бренды, а индустрия моды должна обучить их и помочь выйти за рамки местных ателье». В конце Менкес отпустила шпильку в адрес российских женщин, которые «щеголяют в безвкусных мехах, ярко-розовых ботинках, увешанные стразами в сочетании с огромным количеством косметики» и по-прежнему любят Валентина Юдашкина.
| Эрве Хюше, директор по маркетингу Французской федерации женского pret-a-porter: — Вы побывали на обеих российских Неделях моды. Соответствуют ли они международному уровню? — Пока нет. Я бы посоветовал российским дизайнерам больше бывать на международном рынке, смотреть, что происходит в мире, и не зацикливаться только на русском опыте. У вас уже есть дизайнеры, которые вышли на международный уровень, — Алена Ахмадуллина, Nina Donis или Юдашкин. И есть те, кто готов это сделать. — А вы знаете людей, которые в Париже покупают Юдашкина? — Я знаю в Париже шоурум, который продает Алену Ахмадуллину. Не могу сказать, что из всех ваших модельеров Юдашкина особенно любят во Франции, но он сумел создать образ своей коллекции, и он успешен в мире. — С какой целью вы и президент Французской федерации pret-a-porter Жан-Пьер Мошо приехали в Россию? — Во-первых, мы хотим создать большой салон в Париже и привлекать молодых дизайнеров со всего мира. Во-вторых, нам нужно понять, как лучше представить французских дизайнеров нового поколения в России. — Вы считаете, французские дизайнеры недостаточно здесь представлены? — Да, их практически нет. Вы знаете только de luxe, но не современных дизайнеров. Я здесь работал именно для того, что-бы опередить итальянцев. Помимо «Подиума» и ЦУМа есть много интересных бутиков, где может продаваться такая одежда: «Марки», «Траффик», garderob, Aizel. — Считаете ли вы, что Недели моды не должны представлять только российских дизайнеров? — Да. Если соотношение будет 50 на 50, причем вторая половина — дизайнеры из разных стран, это будет очень интересно. Проблема заключается в том, что в Москве существуют две Недели моды. Пусть будет меньше дизайнеров, но лучше одна сильная Неделя, чем две посредственные. — Правильно ли организованы российские шоурумы? — По отзывам дизайнеров, в Гостином Дворе было больше частных клиентов, не бутиков. Если же шоурумы проходят отдельно, как на RFW, туда идет целевая аудитория. Во Франции, например, 4 дня в январе отводится салону (выставке) pret-aporter. Одновременно начинается шоурум, который длится 15 дней. В марте проходит Неделя моды — и это только дефиле, а шоурумы находятся в других местах и работают 3 недели. |
