Наверх
21 октября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2006 года: "Язвы Родины"

Система контроля за особо опасными инфекциями, налаженная еще в советские времена, довольно надежна. Но бреши в ней, как всегда, пробивает пресловутый «человеческий фактор», контролировать который невозможно.   Замдиректора Кунцевского рынка Арсентий Иванович Смоковенко 23 февраля пришел на работу с цветами. Длинные розы с крупными розовыми бутонами успели вручить в торговом зале. «Праздник сегодня», — коротко поясняет он. Можно подумать, что это он про главный праздник всех наших мужчин. А можно и по-другому: 23 февраля его рынок открылся после дезинфекции — несколькими днями ранее здесь обнаружили зараженную сибирской язвой говядину.

   17 февраля двенадцать говяжьих туш привезли в Москву из села Русский Пимбур Беднодемьяновского района Пензенской области. При них был ветеринарный сертификат, подтверждающий качество мяса. Как предписывает инструкция, все туши были досмотрены в специально оборудованном на рынке помещении. Несмотря на наличие сертификата, специалист-ветеринар заподозрила, что одна из туш заражена сибирской язвой. Образцы тканей взяли на анализ, всю партию мяса поместили в опломбированный изолятор. В понедельник анализы подтвердили наличие в мясе спор сибирской язвы. Рынок немедленно закрыли на дезинфекцию, всю партию говядины отвезли в Люберцы, на специальный завод «Эколог 5», где и утилизировали. Специалисты территориальных отделений службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (Роспотребнадзор) и Россельхознадзора определили, кто имел контакт с зараженным мясом. Девять человек прошли курс лечения антибиотиками, еще троих — хозяина мяса и двух грузчиков — положили в больницу до истечения инкубационного периода. У них на руках обнаружили ссадины — значит, есть повышенный риск заражения.

   Вроде все обошлось: распространения зараженного мяса удалось избежать, жертв, будем надеяться, тоже. Если бы не одно «но»: говядину со спорами сибирской язвы выявили лишь на последнем этапе. Если бы ветеринар не стала осматривать мясо — а могла, в принципе, не осматривать, сертификат-то при нем был! — оно попало бы на прилавки. И тогда — здравствуй, эпидемия!

Не хуже, чем на Западе
   Стационарно неблагополучных по сибирской язве пунктов — так называются места, где хотя бы однажды были отмечены случаи заболевания людей, животных или находятся захоронения, — на территории РФ около 35 тыс. Самыми опасными считаются Северный Кавказ, Поволжье, Урал (см. таблицу). Споры сибирской язвы могут жить в почве не меньше 100 лет. По уму все строительные работы надо вести, сообразуясь со списком потенциально опасных регионов. И такой список даже есть — в ЦНИИ эпидемиологии в 2005 году был выпущен Кадастр стационарно неблагополучных по сибирской язве пунктов РФ, в нем информация за 100 лет. Правда, список не востребован. И нет гарантии, что там, где сегодня возводится, например, коттеджный поселок, в прошлом веке не хоронили больных животных.


 

Таблица 1
Распределение заболеваемости сибирской язвой людей и животных по регионам (1990—2004)





























Регион% заболеваемости людей от общего числа заболевших% заболеваемости животных от общего количества заболевших
Северо-Кавказский2634
Поволжский1918
Центрально-Черноземный2017
Уральский1310

Источник: ЦНИИ эпидемиологии Министерства здравоохранения и соцразвития РФ.


   Уровень заболеваемости сибирской язвой в России среди населения держится на уровне полутора-двух десятков людей в год. Считается, что это неплохой показатель. «Нашу заразу можно признать относительно благополучной, — говорит Беньямин Черкасский, академик РАМН, завкафедрой эпидемиологии Медицинской академии им. Сеченова и главный в России специалист по сибирской язве. — В России ситуация с язвой лучше, чем в республиках Средней Азии, на Ближнем Востоке. Но хуже, чем, например, в Центральной Европе или Северной Америке. В Европе случаи заболевания животных единичны, а люди болеют вообще раз в несколько лет».

   Причина нашей относительно благополучной ситуации — в системе контроля, разработанной еще в советские времена. Вся нефабричная продукция, поступающая на рынки и в крупные продуктовые магазины, обязательно проходит ветеринарный и фитосанитарный контроль. При каждом рынке и большом супермаркете работают несколько специалистов, числящиеся в штате ветеринарных и фитосанитарных служб, а не тех организаций, которые они проверяют: так исключается возможность давления со стороны администрации. В идеале они досматривают всю мясную продукцию, каждую тушу, берут для анализа образцы всех сельхозтоваров. В случае, если подозрения не оправдываются, специалист, «завернувший» подозрительный товар, ответственности не несет. Ответственность — причем, уголовная — предполагается только в том случае, если продукция, зараженная опасными микробами, попадет к покупателям.






   И в Америке тоже

   22 февраля 2006 года в городе Сэйр, штат Пенсильвания, США, госпитализирован с легочной формой сибирской язвы 44-летний Вадо Диаманте. Он — ремесленник, изготавливает барабаны, шкуры для которых ввозит из Африки. Возможно, на шкурах оказались споры сибирской язвы. Известно, что Диаманте недавно ездил в Западную Африку, а заболел, уже вернувшись оттуда, в Пенсильвании. Пока врачи не могут точно установить, где именно он подхватил заразу — в Африке или в Америке, работая со шкурами животных. Выявлены также еще четыре человека, которые предположительно могли вдохнуть споры язвы. Они проходят курс антибиотиков.


   Правда, эти проверки на месте продажи — все равно дополнительные, а не основные. «Главное — контроль в месте забоя! — уверяет Беньямин Черкасский. — Дальше уже можно просто смотреть бумажки. Если ветеринар выдал фальшивую бумажку, значит, он наказал всех».






   Свердловск 1979

   Особого внимания заслуживает массовая вспышка сибирской язвы весной 1979 года в Свердловске. По официальным данным, заболели в общей сложности 96 человек, 79 из них — редко встречающейся кишечной формой, 17 — кожной. 64 больных кишечной формой сибирской язвы умерли. Причины эпидемии до сих пор не установлены. Советская печать распространяла версию о том, что она была вызвана вспышкой сибирской язвы среди сельскохозяйственных животных, мясо которых употребляли в пищу. Иностранные СМИ писали об «утекшем» советском биологическом оружии. Документы по свердловской эпидемии вплоть до 4 декабря 1990 года хранились в архивах КГБ, после чего были уничтожены в соответствии с секретным постановлением Совета Министров СССР «О работах по спецтемам». Сегодня наиболее вероятной причиной называют аварию на секретном военном бактериологическом объекте Свердловска (19-й военный городок Свердловска).

   Источник: Черкасский Б.Л. «Путешествие эпидемиолога во времени и пространстве».



 

Таблица 2
Вспышки сибирской язвы на территории СССР и современной России





















































ГодРегионЧисло заболевшихЧисло умершихПричины
1974Туркменская ССР79 человекКонтакт с заболевшими животными и употребление в пищу их мяса
1975Каракалпакская АССР22 человека5 человек (летальность более 20%)Контакт с заболевшими животными и употребление в пищу их мяса
1975Чечено-Ингушская АССР14 человекКонтакт с заболевшими животными и употребление в пищу их мяса
1975Узбекская ССР20 человекКонтакт с заболевшими животными и употребление в пищу их мяса
1979Азербайджанская ССР28 человекКонтакт с заболевшими животными и употребление в пищу их мяса
1992Карачаево-Черкесская АССР21 человек1 человекКонтакт с заболевшими животными и употребление в пищу их мяса


   Ветеринарный сертификат на свою продукцию должен получить каждый, кто собирается продавать мясо: будь то государственная ферма или частник дядя Вася, решивший забить на продажу свою единственную буренку. Для этого на забой животного необходимо позвать ветеринарного специалиста, который проведет освидетельствование. Если есть какие-то подозрения, образцы тканей животного отправляются на анализ. Выданный на мясо сертификат — свидетельство абсолютной уверенности ветеринара, что оно не опасно.

   «У животных заболевание развивается очень быстро, в течение пяти дней, — рассказывает Беньямин Черкасский. — А до пяти дней животное может быть и не заразным». Академик полностью исключил возможность ситуации, когда животное уже заражено сибирской язвой, но без специальных бактериологических исследований это не определяется. «Это безобразие, это служебное преступление, что ветеринар выдал свидетельство о благополучии, не имея доказательств, что это благополучие имело место, — горячится профессор. — Если речь идет о животном, павшем от сибирской язвы, клинические признаки достаточно выразительны».

   Но самый важный элемент контроля за сибирской язвой — вакцинирование групп риска. В них входят животные и люди, которые работают с ними и с продуктами животноводства — даже, например, сотрудники меховых фабрик. Факт вакцинирования проверяется на стадии лицензирования предприятий. Если же речь идет об индивидуальных хозяйствах, наличие прививок обязательно проверяет местный ветеринар.

   «Система контроля у нас очень хорошая, — утверждает Черкасский. — Но знаете, как сказано классиками… Обилие и жестокость российских законов компенсируются необязательностью их исполнения. В данном случае система хорошая и правильная, только надо ее соблюдать».

   Про ветеринарный сертификат, выданный на зараженное мясо, Черкасский говорит просто: человеческий фактор. На вопрос, как с этим бороться, пожимает плечами и добавляет: «В Америке полиция не берет взятки. А у нас гаишники берут. То же самое и по всем другим статьям. Если бы были нормальные условия, человек держался бы за свою зарплату».

   К слову, зарплата контролеров Кунцевского рынка — 9 тыс. рублей. Это раз в семь меньше, чем стоимость коровьей туши, которую пензенские предприниматели могли бы продать на московском рынке, если бы ветеринары не приняли мер.

   Но не только из-за нелюбви к взяткам Америке и Центральной Европе удается успешнее нас бороться с распространением сибирской язвы. У них не принято есть мясо больных животных. «У нас, если животное заболело, владелец спешит перерезать ему горло, а мясо продать или съесть. А на самом деле это животное уже стало падалью. И у нас люди едят падаль, не зная об этом. А в Америке, если узнают, что человек пытался продать мясо больного животного, его посадят в тюрьму», — говорит Черкасский.

Просто праздник какой-то
   «Мы друг друга сегодня поздравляли, так все радовались, что рынок открылся. И очень переживали, когда его закрывали», — медленно, с сильным акцентом говорит 56-летняя Нона. Она торгует цветами на Кунцевском рынке больше 10 лет, с тех пор как переехала в Москву из Сухуми, когда в Абхазии началась война. Пока рынок был закрыт на дезинфекцию, ее цветы немного увяли. Но убытки, говорит Нона, не главное: «Главное, чтобы никто не умер».

   Нона, как человек, повидавший войну, к жизни и смерти относится всерьез. О большинстве посетителей рынка такого не скажешь. «Мне, конечно, страшно немного тут мясо покупать, — говорит пенсионерка Зоя Павловна, которая ходит на этот рынок уже 30 лет. — Я вообще никому не доверяю. Ну а что делать? Чему быть, того не избежать!»

   «Ну что вы, что вы тут панику нагнетаете! Видите же, все так хорошо сработали, заразу обнаружили, меры приняли, такие молодцы», — прерывает нас с Зоей Павловной Нина Анатольевна. Она — по другую сторону баррикад: на этом рынке торгует 10 лет. Говорит, что Кунцевский — замечательный рынок, и администрация замечательная, и врачи.

   Врачи — в белых халатах, почти не заметных из-за накинутых поверх теплых платков и телогреек, — ходят по торговому залу. Деловито, быстро собирают образцы товара, о чем-то спрашивают торговцев и что-то им объясняют. Но по взглядам, которыми смотрят им вслед, и перешептыванию понятно: сегодня они здесь — главные герои. Одна из них — невысокая красивая женщина, Надежда Сергеевна, сказала мне, что очень устала, потому что не спала восемь ночей. Это она заподозрила в мясе неладное и забраковала партию. А не спала потому, что очень переживала. Коллеге, которая выдала сертификат на это злополучное мясо, говорит Надежда Сергеевна, еще хуже. Потому что ей грозит тюрьма.

   «А вы знаете, я вот совсем из-за этой истории с язвой не переживала, — рассказывает мне Наталья Викторовна Филатова. — Я поначалу не поверила. Думала, конкуренты все выдумали. А вообще, даже странно, что они, оказывается, тут так все тщательно проверяют. Теперь все деньги решают, я думала, и проверок-то таких нет…»

   Уходила я с рынка с мыслями о том, как все-таки удачно, что это злополучное мясо вовремя обнаружили и ликвидировали. Но настроение мне испортила Валентина Сергеевна, с которой мы вместе мерзли на автобусной остановке. Она живет прямо напротив злополучного рынка и покупает там продукты не один десяток лет.

   «Я вот за что купила, за то и продаю, — говорила Валентина Сергеевна. — Мне об этом один мужчина рассказывал, он тоже здесь живет неподалеку. Говорит, в воскресенье, через два дня после того, как на рынок привезли эти туши, тут, прямо у нас во дворах, какой-то мужичок продавал мясо. Ну, этот мой сосед его погнал — мол, нечего во дворах мясом торговать, для этого рынок есть. А тот ему даже обещал документы на это мясо показать. Но не показал. В общем, выгнал его этот мой сосед. Куда тот торговец со своим мясом пошел, я не знаю. Может, это тоже туши были с сибирской язвой. А ведь мясо у него покупали…»
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK