Наверх
20 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2003 года: "За полтора процента"

Мустафа Батдыев выиграл президентские выборы в Карачаево-Черкесии с перевесом чуть больше полутора процентов голосов. Кто-то считает Батдыева последней надеждой катящейся к экономической катастрофе республики. Кто-то — выскочкой, марионеткой в руках олигархов. А кто-то и вообще отказывается признавать его победу на выборах. Тем не менее понятно: в президенты Батдыев пришел надолго.Карачаево-Черкесия — республика очень бедная. Крупным корпорациям делить там, в общем-то, нечего. Однако, несмотря на это, уже второй раз подряд выборы президента республики привлекают самое пристальное внимание всех федеральных СМИ.
В прошлый раз, в 1999 году, дело едва не кончилось гражданской войной. На этот раз все прошло спокойнее. Но тоже не без сюрпризов.
По итогам выборов в России стало одним генерал-губернатором меньше. Бывший главком Сухопутных войск и теперь уже бывший президент Карачаево-Черкесии Владимир Семенов совсем не в духе времени проиграл банкиру Мустафе Батдыеву. Новый президент — личность малоизвестная и вместе с тем весьма колоритная. Достаточно сказать, что Батдыева называют гибридом Чубайса и Глазьева.
Сходство действительно имеется. С Глазьевым — в меньшей степени: и он, и Батдыев закончили аспирантуру одного и того же отделения экономической кибернетики экономфака МГУ. А вот общность с Чубайсом не просто очевидна, а прямо-таки бросается в глаза: Чубайс прославился приватизацией в России, а Батдыев — в Карачаево-Черкесии. Кстати, глава РАО ЕЭС был в числе почетных гостей на инаугурации Мустафы Батдыева.
Президент стройотряда

Мустафа Батдыев родился 24 декабря 1950 года в Казахстане в семье карачаевцев, депортированных с Кавказа в годы войны. После реабилитации карачаевского народа в 1957 году семья Батдыевых вернулась на родину.
Первые строки биографии будущего президента были довольно заурядными: работал в совхозе, служил в армии. Армия дала ему шанс на льготных условиях поступить в любой столичный вуз. И здесь Батдыев поступил весьма и весьма разумно. Он поступил на рабфак МГУ, после которого успешно сдал вступительные экзамены на экономический факультет.
Его бывший однокурсник, председатель комитета Госдумы по бюджету и налогам Александр Жуков вспоминает: «В отличие от нас, ребят после школы, Мустафа пришел в университет уже вполне сформировавшейся личностью. Он всегда был очень серьезен и исключительно ответственно относился абсолютно ко всему. Но и занудой при этом не был. Наоборот, он очень интеллигентен и добродушен, легко находил контакт с людьми».
Между прочим, Батдыев тогда профессионально занимался вольной борьбой, был этаким факультетским силачом. И достойно опровергал широко распространенное мнение, что спорт и наука — вещи несовместные. Он хорошо учился, одновременно, так сказать, постигая азы менеджмента на должности старосты курса и командира стройотряда.
Александр Жуков рассказывает о случае, происшедшем с Батдыевым во время одного стройотрядовского сезона: «Мы тогда строили где-то в Подмосковье очистные котлованы для химического завода, специальный кран подавал нам цемент. И вот однажды крановщик напился и заснул, а у нас работа застопорилась. Один из ребят решил его подменить, влез в кабину и предложил самому храброму повисеть на крюке крана, пока он его будет поднимать. Смелый Мустафа согласился, уцепился за крюк, наш горе-крановщик поднял его метров на тридцать над землей, а опустить не смог. Мало того, он, видимо от ужаса, стал давить на все рычаги подряд, отчего стрела крана начала бешено раскачиваться в разные стороны. Представляете: залитый цементом котлован, а над ним на крюке подъемного крана раскачивается бедняга Мустафа. Так и болтался минут десять, пока ребята крановщика будили».
Главный экономист «Родины»

Батдыев еще во время учебы был настроен на практическую деятельность после окончания университета. Поэтому, закончив в 1981 году аспирантуру модного по тем временам отделения экономической кибернетики, он не остался в столице, а вернулся домой. И несколько лет проработал главным экономистом колхоза «Родина» Прикубанского района Карачаево-Черкесии. Колхоз был крупнейшим в республике, так что возможностей применить знания на практике вполне хватало.
Впрочем, не исключено, что в своем выборе Батдыев руководствовался и несколько иными мотивами. У него было больше шансов сделать успешную карьеру в родной республике, где высоко ценились молодые национальные кадры, получившие престижное столичное образование.
Он не поторопился в Москву, даже когда еще один известный однокурсник, Егор Гайдар, пригласил его в свое правительство. И опять не прогадал. Уж очень неблагодарное и хлопотное это было дело — шоковая терапия российской экономики. Возможно, Батдыев понимал, что она кончится не иначе как рубкой голов реформаторов. Подумал — и решил остаться дома.
«Маленький республиканский Чубайс»

Тем более дома все складывалось совсем неплохо. К началу 90-х Батдыев уже успел побывать не только главным экономистом крупнейшего колхоза республики, но также инструктором и заместителем заведующего экономическим сектором карачаево-черкесского обкома. Должности, сами по себе предполагающие тесное общение со всеми большими руководителями маленькой республики. Одним из них был Владимир Хубиев, назначенный в 1991 году указом президента Ельцина главой республики. Придя к власти, он не позабыл о Батдыеве, который ко всему прочему оказался еще и однокурсником и приятелем нового российского премьера Гайдара.
И Мустафе Батдыеву была поручена историческая задача приватизации республиканской госсобственности. В 1992 году он был назначен председателем регионального отделения Госкомимущества в ранге вице-премьера. И сразу же весьма энергично принялся историческую задачу решать. Недоброжелатели утверждают, что Батдыев приватизировал все подряд. За ним даже закрепилось прозвище «карачаевский Чубайс», в России 90-х не слишком лестное.
Злые языки говорят, что в результате приватизации по-батдыевски в госсобственности осталось менее десятой части предприятий республики, что, однако, не помешало ей остаться одной из самых бедных в России. Кстати, в ряду прочих приватизированных объектов советской госсобственности оказался и один из крупнейших в республике цементных заводов. Тот самый, которым владеет сейчас сам Мустафа Батдыев и который является одним из источников его внушительной финансовой мощи.
«В Карачаево-Черкесии было не больше десятка человек, получивших экономические преференции от приватизации, — говорит бывший соперник Батдыева на президентских выборах, депутат Госдумы Магомет Текеев. — Батдыев — один из них. Знаете, такой маленький республиканский Чубайс. Не зря ведь Чубайс настоящий к нему даже на инаугурацию прилетел».
Однако руководство республики, в отличие от политических оппонентов, судя по всему, относилось к бурной деятельности Батдыева вполне положительно. В 1994 году он стал вице-премьером по экономике, а еще через три года возглавил местное управление Центробанка РФ — Национальный банк Карачаево-Черкесии. И получил таким образом контроль над всей кредитной политикой республиканских властей. Тут надо отметить, что Карачаево-Черкесия — почти полностью дотационная республика. То есть такой регион, где государственные кредиты являются едва ли не единственными инъекциями, позволяющими отраслям хозяйства если не развиваться, то хотя бы худо-бедно держаться на плаву. Излишне пояснять, каким запасом прочности и влияния обладал Батдыев, занимая должность председателя республиканского нацбанка.
Почти и.о.

На самом деле Мустафа Батдыев еще четыре года назад получил реальный шанс стать если не президентом республики, то по крайней мере исполняющим обязанности. Дело в том, что в Карачаево-Черкесии уже несколько лет продолжается выяснение отношений между двумя национальными общинами — карачаевцами и черкесами. Карачаевцев в республике большинство, в связи с чем черкесы чувствуют себя обиженными.
Долгое время, пока республикой руководил бывший глава облисполкома карачаевец Владимир Хубиев, обида не выходила на поверхность. Однако в 1999 году, в первом же туре первых президентских выборов, Хубиев проиграл. И началось.
Во второй тур выборов вышли экс-главком Сухопутных войск России карачаевец Владимир Семенов и мэр города Черкесска, водочный магнат черкес Станислав Дерев. Последний тут же обвинил своего конкурента в подтасовке результатов. Сторонники кандидатов вышли на центральную площадь Черкесска — столицы республики, причем многие были вооружены. Стояли две недели: с одной стороны площади — возмущенные карачаевцы, с другой — столь же возмущенные черкесы, а между ними — всерьез обеспокоенный ОМОН.
Во втором туре победил Семенов. Черкесы в ответ на это объявили о создании собственной Черкесской автономной республики. «Новая кавказская война!» — в ужасе восклицала пресса. Кремль решил вмешаться и отправил мирить карачаевцев и черкесов вездесущего Бориса Абрамовича Березовского.
Мустафа Батдыев непосредственно не участвовал в этом противостоянии. Однако, по слухам, занимал сторону Станислава Дерева. «За Батдыевым стоит целый экономический клан, представляющий главным образом еще старую, хубиевскую, элиту, стремящуюся вернуться к власти, — говорит Магомет Текеев, — Первую ставку этот клан сделал на Дерева. Но тот был связан только с незначительным по численности черкесским электоратом, и в 1999 году он победить не смог. Лампасы генерала Семенова остановили».
Говорят, что между Батдыевым и Деревым существовала договоренность, по которой в случае победы Дерева Батдыев должен был стать премьером республиканского правительства. Однако было очевидно, что Дереву не суждено стать президентом. Против него были не только результаты выборов, но и высокие московские чиновники.
Ходили также слухи, что Кремль тогда был готов назначить самого Батдыева на пост и.о. президента республики, пока Владимир Семенов и Станислав Дерев не выяснят отношения. Однако такое заманчивое, на первый взгляд, предложение, скорее всего, обернулось бы для Батдыева почетной отставкой после утверждения итогов выборов. Как бы то ни было, назначение так и не состоялось: то ли Батдыев сам отказался, то ли успех «миссии Березовского» избавил Москву от необходимости принимать столь чрезвычайную меру.
В итоге манифестанты разошлись по домам, генерал Семенов стал президентом, Дерев отправился представлять республику в Совет Федерации, миротворец Березовский — в Госдуму, получив за свои бесценные услуги депутатский мандат от избирательного округа Карачаево-Черкесии. А Мустафа Батдыев сохранил свои прежние, и без того совсем неплохие позиции.
Дотационный президент

Возглавлять нацбанк при президенте Семенове было еще лучше, чем при Хубиеве. В финансах генерал не слишком разбирался, и Батдыев становился влиятельнее день ото дня. Поговаривают, что даже бюджетом республики главный банкир распоряжался самостоятельно, а президент время от времени робко стучался в его кабинет и просил выделить деньги на те или иные расходы.
При этом неоднозначная роль Батдыева в событиях 1999 года не помешала ему установить весьма доверительные отношения с кремлевской администрацией. Собственно говоря, эти отношения были вполне неплохими уже давно. Еще в 1996 году Борис Ельцин выразил ему благодарность за активное участие в организации и проведении выборов президента РФ на территории Карачаево-Черкесии. А четыре года спустя той же чести Батдыев удостоился уже от Владимира Путина, чьим избирательным штабом в республике он успешно руководил.
Любопытно, что, став президентом, Мустафа Батдыев предложил вице-премьерский пост ректору Карачаево-Черкесского технологического института Юрию Кривобокову, по совместительству являющемуся председателем регионального отделения «Единой России». И это несмотря на то, что на выборах Кривобоков баллотировался на пост вице-президента в паре не с кем-нибудь, а с генералом Семеновым.
Примечательно, что даже слухи о связях Батдыева с Березовским главе нацбанка нисколько не повредили. В свое время в оппозиционной Батдыеву прессе эти слухи охотно смаковались. Что, впрочем, отнюдь не способствовало прояснению вопроса. Контакты с Березовским вроде как были (а у кого из представителей российской политэлиты их не было?), но чем закончились и закончились ли — точно неизвестно. Ясно только, что на политической карьере Батдыева (в плане доверия ему со стороны действующего российского президента) они пока что никак не сказались.
Между тем у президента Семенова отношения с Кремлем неуклонно портились. Причем виноват в этом, скорее всего, был сам Семенов. Взять хоть одну деталь: уже став президентом, он вдруг занялся критикой контртеррористической операции в Чечне и даже позвал на территорию своей республики чеченских беженцев. А председателем республиканского Совбеза при Семенове был Борис Батчаев, который когда-то прославился тем, что лично пригласил Джохара Дудаева на съезд репрессированных народов.
На выборах спохватился было Владимир Семенов. Его пресс-служба подготовила материал о якобы состоявшейся в Кремле встрече карачаево-черкесского президента с Владимиром Путиным. Затем ролик был показан по республиканскому телевидению и даже по одному из федеральных телеканалов. Вскоре, правда, выяснилось, что эта встреча была плодом фантазии сотрудников предвыборного штаба генерала и что Путин вообще в тот день в Кремле не появлялся.
А вот Мустафа Батдыев действительно бывал в Кремле в ходе предвыборной кампании. С президентом он, конечно, не встречался. Зато имел продолжительную и, по-видимому, конструктивную беседу с главой президентской администрации Александром Волошиным. По официальным сообщениям кремлевской пресс-службы, обсуждали они «перспективы социально-экономического развития республики».
При таких условиях исход выборов можно было предсказать. Семенов, конечно, отозвался на победу Батдыева обвинениями в фальсификациях и массовом подкупе избирателей. Как и четыре года назад, на центральной площади Черкесска начался стихийный митинг протеста — только на этот раз уже сторонников потерпевшего поражение генерала.
Однако Центризбирком признал победу Батдыева, иск его оппонента суд не удовлетворил, а федеральные каналы дружно перестали показывать все происходящее в республике. Одним словом, Кремль сделал свой выбор. В пользу Батдыева. 10 сентября он был приведен к присяге на верность народу Карачаево-Черкесии. С чем его и поздравили президент России Владимир Путин (заочно) и глава РАО ЕЭС Анатолий Чубайс (лично).
Свое выступление на инаугурации Батдыева Анатолий Борисович начал словами: «Я тот самый Чубайс, которого все боятся». Если глава РАО ЕЭС так шутит в республике, которую возглавляет его «уменьшенная копия», закрадывается подозрение, что страх в действительности не так уж силен. По крайней мере, все понимают, что энергетического кризиса в Карачаево-Черкесии точно не будет.

ИРИНА ВЬЮНОВА

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK