Наверх
13 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2004 года: "Заносы на порогах кабинетов"

Помнится, летом, когда дело ЮКОСа только начинали раскручивать, прежний спикер Госдумы Геннадий Селезнев жаловался, что его «тошнит» от поведения лоббистов на пленарных заседаниях. Нового спикера, Бориса Грызлова, подобные позывы одолевать тоже, наверное, будут, но уже не в зале заседаний, а в собственном кабинете.Каждый третий

В прошлую пятницу во вновь избранной Госдуме завершилась раздача руководящих постов. Как и ожидалось, «Единая Россия» отказалась делиться портфелями с коллегами из прочих попавших в Думу фракций. В результате посты председателей всех 29 комитетов, а также одной мандатной комиссии достались представителям «руководящей и направляющей силы» парламента. Кроме того, 20 «единороссов» получат должности первых зампредов комитетов, еще 96 единопартийцам достанутся посты «простых» замов.

В итоге каждый третий из более чем 300 членов фракции «Единая Россия» окажется хоть и небольшим, но все-таки думским начальником. А значит, получит доступ не только к предоставляемым государством дополнительным благам (кабинет с приемной, персональное авто, «вертушка» и др.), но и к возможным источникам заработка «на стороне» — в качестве лоббистов или просто «представителей интересов».

О том, что именно кадровый вопрос станет головной болью руководства партии и ее кураторов из администрации президента, последние, похоже, догадывались с самого начала. Еще в ноябре с треском был провален вызревавший в недрах администрации проект по резкому сокращению (почти вдвое) количества думских комитетов и, соответственно, руководящих постов в них. В конце декабря поставлен жирный крест на робких планах все-таки поделиться парой-тройкой председательских постов с партиями-миноритариями. Впрочем, даже, несмотря на это, первая половина января превратились в сплошной «черный передел»: по признанию кремлевских чиновников, списки потенциальных думских начальников перекраивались как минимум трижды.

И хотя «единороссы» поспешили отрапортовать, что все это сделано исключительно для того, чтобы взять на себя ответственность за все происходящее в Думе, очевидно другое: кадровый вопрос — это только средство для решение другой, более важной проблемы — кто и куда теперь будет направлять финансовые потоки.

Кадры решили все

Дошло до того, что, как признаются сами лидеры думских «единороссов», «окончательные решения по каждой кандидатуре пришлось принимать непосредственно президенту». И главная интрига заключалась лишь в том, кому из окружения президента удавалось переговорить с шефом в последнюю очередь. При этом куратор партии Владислав Сурков, судя по всему, в число посетителей президента в тот момент либо вовсе не попал, либо попал, но его мнением решили пренебречь. По крайней мере, по наиболее спорным позициям решения приняли, исходя из запросов совершенно других людей.

Самые серьезные столкновения вызвал пост главы бюджетного комитета, ставший вакантным после того, как Александр Жуков, возглавлявший комитет с 1997 года, был избран первым вице-спикером. В «Единой России» особо и не скрывают, что своим перемещением Жуков обязан вице-премьеру, министру финансов Алексею Кудрину. Тот посчитал целесообразным посадить на этот пост Владислава Резника — «питерца», неплохо зарекомендовавшего себя на посту зампреда бюджетного комитета в прошлой Думе. Кудрин, по словам источника, получил «добро» на такую рокировочку на самом верху. Впрочем, в начале прошлой недели — на том же самом верху — решение по Резнику пересмотрели, поскольку против его кандидатуры резко высказался непосредственный начальник Кудрина — премьер Михаил Касьянов.

Глава кабинета был категорически против назначения любой креатуры своего зама, ведь это неминуемо означало бы усиление аппаратных позиций вице-премьера. Тем более не устраивала Касьянова кандидатура Резника, последний с подачи Кудрина активно продавливал в Думе прошлого созыва решения, противоречащие позиции премьера (как это было с голосованием по отмене толлинга). Да к тому же всячески позиционировал себя в качестве человека из «команды Путина», которому прочие господа-товарищи не указ. Поговаривают, будто после рокировочки Резника, которому достался банковский комитет, ему звонил лично президент с просьбой «понять сложность ситуации».

В результате бюджетный комитет — по принципу «так не доставайся же ты никому» — получил малоизвестный экс-мэр Пятигорска Юрий Васильев, среди очевидных достоинств которого значится лишь учеба в Ленинградском университете. Правда, ключевой комитет не останется без присмотра. Наталья Бурыкина, бывший руководитель аппарата комитета и совладелица компании «Юникон», обеспечит преемственность традиций, в том числе и лоббистских.

Не менее драматичным, судя по всему, было решение по кандидатуре главы комитета по конституционному законодательству и государственному строительству. В самый последний момент фамилия прежнего председателя — Валерия Гребенникова, удивлявшего Думу прошлого созыва чудесами лояльности по отношению к командам «сверху», — оказалась вычеркнута из числа соискателей. А пост получил вновь избранный депутат — бывший адвокат Анатолия Собчака Владимир Плигин: как говорят в «Единой России», один из ближайших соратников первого зама главы администрации Дмитрия Козака. Поход которого к президенту и решил исход дела.

Среди прочих неожиданных решений — кандидатуры на посты глав комитета по энергетике и комитета по природным ресурсам. Претендентом номер один на первый из этих постов до последнего времени был Владимир Катренко, на природные ресурсы претендовал другой «заединщик» — Александр Беляков. Но хотя оба успешно справлялись с руководством этими комитетами в прошлом созыве и их кандидатуры получили «добро» со стороны партийного куратора Владислава Суркова (Катренко вообще считался человеком Суркова), главами комитетов стали другие — Валерий Язев и Наталья Комарова. По сведениями из той же фракции «Единой России», оба — ставленники «Газпрома». За них, по слухам, ходил просить Алексей Миллер.

«Единство» и борьба противоположностей

Столь высокий уровень принятия решений по, казалось бы, сугубо внутридумским вопросам свидетельствует лишь о том, что пресловутое единство пропрезидентского большинства — не более чем миф. На деле в полном соответствии с законами диалектики «Единство» оказалось лишь борьбой противоположностей. И именно позиции этих «противоположностей» — властных структур, а также отдельно взятых, близких к президенту людей и, разумеется, личные интересы отдельных депутатов — и будут предопределять колебания «генеральной линии» по тем или иным вопросам. На сегодняшний день очевидно, что центров принятия решений несколько.

Во-первых, это сам президент, который в последнее время старается поставить «под личный контроль» максимальное количество вопросов. Однако в сферу его интересов будут входить только самые важные и «дорогие» из них. Очень условно можно предположить, что цена «президентских вопросов» не будет опускаться ниже нескольких процентов от госбюджета (например, от $1 млрд.).

Второй уровень — администрация президента, в которой, как известно, все больший вес приобретают выходцы с Невы. «Чекисты» они или просто «грамотные юристы» — вопрос другой. Однако наличие в администрации и тех и других — явный источник для колебания «генеральной линии»: по крайней мере, партии придется считаться с тем, что юристы в штатском и штатские юристы одинаково вхожи в самый главный кремлевский кабинет. Опять же условно предположим, что в этих кабинетах «порогом отсечения» станут вопросы ценой не менее $500 млн.

Кроме того, важным игроком остается правительство. Внутри него, как показала интрига вокруг бюджетного комитета, сосредоточены вполне серьезные источники влияния на президента, а значит, и на пропрезидентскую партию. Причем среди них, неожиданно для многих, продолжает числиться Михаил Касьянов, дни пребывания в должности которого, казалось, сочтены. Впрочем, целый ряд экспертов не склонны драматизировать ситуацию вокруг скорой отставки премьера, полагая, что после переизбрания Путина на второй срок «Михал Михалыч имеет неплохие шансы на переназначение». Как бы то ни было, правительству, видимо, и впредь придется работать в условиях жесткой конкурентной «внутривидовой» борьбы. Залогом которой вполне могут стать те же крупные корпорации, которые прекрасно осознают, что лоббировать свои интересы на уровне Думы бессмысленно (ключевые экономические решения принимают не там), а на уровне правительства — в самый раз. Именно поэтому цену вопросов правительства определить довольно сложно. Разброс слишком велик. От нескольких миллионов — и до президентского уровня.

К следующему ряду потенциальных центров силы вполне можно отнести собственно партийную верхушку «Единой России». По признанию одного из кремлевских чиновников, «партбоссы сейчас находятся в состоянии эйфории — им кажется, что еще немного, и в их жизни сбудется американская мечта». При этом, по его наблюдению, за последний год в партию пришло много «зубастых и голодных», готовых к жесткой борьбе за место под солнцем. Хотя едва ли им удастся самостоятельно решать вопросы, цена которых превышает сотню миллионов долларов.

Очевидно, что после избрания в Думу всю эту публику потянет в более высокие кабинеты, и предоставляющийся им шанс под названием «формирование нового кабинета министров» может стать серьезным испытанием на прочность для всей, на первый взгляд монолитной, конструкции.

Дополнительные соблазны ожидают партлидеров и в связи с ожидаемым уходом Владислава Суркова — по некоторым слухам, его «контракт» должен истечь сразу после мартовских выборов президента. Однако, даже если по каким-либо причинам он останется на посту зама главы администрации, по поводу его кураторства принципиальное решение уже принято. Вопрос о том, кто и как скоро заменит Суркова, — отнюдь не праздный. Ощущающейся партийцами управленческий вакуум в дальнейшем способен внести настоящую смуту в умы самых верных «заединщиков». Хотя бы потому, что число вхожих к президенту чиновников достаточно велико, а их интерпретации «монаршей воли» могут быть диаметрально противоположными.

Что же касается рядовых депутатов, даже если они представляют средние по размеру бизнес-структуры, им останутся вопросы, цена которых не превышает нескольких миллионов. И разумеется, сохраняются такие мелкие, но постоянные источники дохода, как депутатские запросы, коллективные обращения и скандалы в зале заседания по нужному поводу.

Представительный орган

Уже сейчас можно сказать, что крупный бизнес в целом сохранил, а в некоторых случаях даже усилил свое присутствие в Думе. Перед выборами «Единая Россия», которой был гарантирован успех, стала объектом особенно пристального внимания со стороны олигархов. Вследствие чего ее фракция состоит во многом из «штатных лоббистов» крупных корпораций.

Несколько ослабело только нефтяное лобби, причем не столько количественно (во фракции можно насчитать около полутора десятков человек, впрямую представляющих главную отрасль российской экономики), сколько качественно. Вскоре после ареста Михаила Ходорковского «Единая Россия» исключила из своего списка акционера ЮКОСа Владимира Дубова, который был основным координатором и неформальным лидером думских нефтяников. В новую Думу Дубов не попал, и его армия осталась без полководца.

Зато, по мнению экспертов, сильно укрепились страховщики. «В Думе прошлого созыва страховые компании смогли протолкнуть Закон об обязательном страховании автогражданской ответственности, — говорит эксперт Центра коммуникативных технологий «PRопаганда» Василий Лабуркин. — Однако они делали это через посредников, явно переплачивая (по некоторым оценкам, принятие закона обошлось страховщикам в $5 млн. — «Профиль»). Теперь у них будут свои люди, в том числе и в «Единой России» Следует учесть, что Госдуме предстоит рассмотреть еще немало «страховых» законов, например об обязательном страховании жилья, медицинском страховании. Четкой позиции по поводу этих законов у исполнительной власти пока нет, так что лоббистам открывается широкое поле для деятельности.

Нельзя также сбрасывать со счетов губернаторское лобби. В успехе «Единой России» важнейшую роль сыграл административный ресурс региональных лидеров. Губернаторы получили соответствующий откат: возможность включить в список своих ставленников, которых во фракции насчитывается порядка двадцати человек. Конечно, представители регионов, выстроенных «по вертикали», не будут позволять себе лишнего. Однако джентльменская договоренность о том, что губернаторы не лезут в федеральную политику, а центр не мешает региональной экономике, пока сохраняется.

По законам демократии

Наличие нескольких центров тяжести внутри исполнительной вертикали (а именно она и будет в конечном счете определять то, как и за что придется голосовать нижней палате, да и верхней тоже) создает прочные основания для усиления, вопреки ожиданиям, лоббистского потенциала нижней палаты.

Представитель одной из крупных нефтяных компаний на вопрос «Профиля», как ему будет работаться с новой Думой, ответил философски: «В чем-то тяжелее, в чем-то легче». Конечно, прежней прыти лоббистам проявлять не дадут. Тем же нефтяникам, например, никто уже не позволит собрать большинство голосов и за здорово живешь провалить какой-нибудь правительственный законопроект. Но, с другой стороны, в новой Думе возникла жесткая управленческая вертикаль, почти начисто исключающая какие-либо случайности. А значит, лоббистские усилия могут стать даже более эффективными.

Нынешние полномочия Бориса Грызлова кажутся колоссальными, однако, как это ни парадоксально, для лоббистов он не будет представлять особого интереса. Никто никогда не позволит Грызлову самостоятельно управлять фракцией. Он и не будет к этому стремиться, так как понимает, что безынициативность — залог его политической карьеры. Сюрпризов можно ожидать от его ближайших соратников — первых замов руководителя фракции Валерия Богомолова и Юрия Волкова, — которые наверняка попытаются захватить основные рычаги руководства фракцией. Однако и их аппетиты не выйдут за рамки, очерченные их кремлевским покровителем — замглавы администрации президента по кадрам Виктором Ивановым.

Уровень фракции для лоббистов не будет интересен также из-за ее неповоротливости. Один из депутатов ЕР, побывавший на заседании думской фракции, вынес оттуда довольно любопытное впечатление. «Я как будто прокатился на дорожном катке», — заявил он «Профилю».

Каток — машина, непригодная для решения сложных и тонких задач. Его главное качество — вес и мощность. И в этой связи ситуация в новой Думе может сложиться так, что неожиданно широкие лоббистские возможности приобретут главы комитетов, лидеры оппозиционных фракций да и просто рядовые депутаты — энергичные и речистые. И в этом контексте серьезно вырастают лоббистские возможности меньшинства, прежде всего — красноречивого и понятного (с точки зрения договоренностей) Владимира Жириновского и достаточно циничных представителей блока «Родина». Они вполне могут инициировать и провоцировать вопросы, которые нельзя провести через «ЕР», но по которым указание сверху еще не успело поступить.

По отзывам людей знающих, многие поправки, в том числе и «дорогостоящие», принимались в старой Думе «с голоса», то есть без предоставления депутатам их текста в печатном виде. Здесь все зависело от позиции главы профильного комитета, а также от ораторских способностей депутата, предлагавшего тот или иной законопроект.

Прежний спикер Геннадий Селезнев в этой кухне разбирался превосходно и умел ею управлять. Чего нельзя сказать о спикере нынешнем. Велика вероятность того, что Грызлов просто не будет успевать отслеживать вносимые лоббистами поправки, не говоря уж о том, чтобы дать нужную команду фракции.

В общем, думское большинство, способное решить любой вопрос, относящийся к компетенции нижней палаты, наверняка разобьется на группки по интересам для решения «деликатных проблем». Кстати, при этом неплохие шансы проявить себя получат и думские «меньшинства», не менее «единороссов» напичканные разного рода представителями заинтересованных структур. Собственно, по этим вопросам — можно не сомневаться — Дума способна будет проявить верх демократизма: выражая волю большинства, не забывать при этом мнение меньшинства.

Другое дело, что лоббизм станет занятием еще более интимным, чем в прежней Думе. До широкой публики, скорее всего, не дойдут даже слухи о том, какая компания добилась той или иной поправки в закон. Все решения российского парламента будут нам подаваться как воля главы государства — в полном соответствии со спецификой «нынешнего царствования».

Михаил ЗАДОРНОВ, независимый депутат Госдумы, экс-глава бюджетного комитета (1993-1997), бывший министр финансов РФ (1997-1999)

«Этапы большого пути» российского лоббизма

Функция лоббизма абсолютно органична для любого парламента, и наша Госдума — не исключение. В каждом из предыдущих созывов Госдумы присутствовали лоббисты, будут они и в этой Думе, и в последующих. Просто в каждый период возникают и существуют разные направления и формы лоббистской деятельности, что во многом обусловлено особенностями экономического развития и приоритетами экономической политики.

Собственно говоря, сила и влияние крупных бизнес-структур (в том числе и на парламент) менялись вместе с самим российским рынком. Как известно, вплоть до дефолта 1998 года большую роль играли банки: в период гиперинфляции и серьезных внутренних заимствований именно они концентрировали вокруг себя основные объемы финансовых ресурсов, вокруг них выстраивались ФПГ; именно банки играли ключевую роль в экономике. Соответствующим был и их лоббистский ресурс. После кризиса роль банков серьезно снизилась и возросла роль промышленных компаний.

Соответствующие изменения произошли и в парламенте: если до этого момента промышленность, в том числе и ВПК, не имела в нем серьезного представительства, то после выборов 1999 года влияние промышленных лоббистов стало возрастать. Сейчас же можно уверенно говорить о том, что в Думе представлены практически все отрасли. Причем речь идет не только о крупных компаниях: в последнее время мы видим, что практически в любой отрасли действуют свои саморегулирующие организации, которые работают в том числе с парламентом, правительством, СМИ. Если посмотреть на списки депутатов, причем вне зависимости от фракционной принадлежности, то можно увидеть и представителей нефтяной отрасли, и представителей розничной торговли, металлургов, работников ВПК, нефтехимии, АПК и т.д.

Кроме того, существует расхожее заблуждение, что думский лоббизм — удел сугубо частных компаний. Однако на протяжении всей эпохи российского парламентаризма именно государственные компании — в лице «Газпрома», ряда государственных банков, МПС (ныне РЖД), РАО «ЕЭС России» — имели и имеют порой гораздо более сильные лоббистские позиции в Думе, нежели частные корпорации.

ВЛАДИМИР РУДАКОВ, НИКОЛАЙ СИЛАЕВ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK