Наверх
24 января 2020
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2004 года: "Жилец как нежилец"

Жилищно-коммунальное хозяйство в России традиционно считается мертвым грузом экономики и головной болью властей. Решить накопившиеся в ЖКХ проблемы в одиночку государство не в состоянии. Единственный выход — реформировать отрасль и стимулировать в нее приток частных инвестиций.На одном из последних заседаний правительство одобрило предложения Минпромэнерго о разработке законопроектов, направленных на повышение привлекательности ЖКХ для частного бизнеса. Однако похоже, что перевод отрасли на «рыночные рельсы» превратится в трудоемкий процесс.

Заметим, что за прошедшие 15 лет экономических реформ ЖКХ постоянно использовалось государством в роли своеобразного социального демпфера, частично компенсируя для населения отрицательные стороны периода первоначального накопления капитала: безработицу, снижение уровня жизни и т.д. Ведь рост коммунальных тарифов, регулируемый государством, незначителен по сравнению с темпами инфляции и увеличением цен на продукцию естественных монополий. К тому же определение размера тарифов для конечных потребителей связано с позицией региональных властей и органов местного самоуправления. А губернаторы, мэры и депутаты местных собраний, понимая социальную значимость вопроса, идут на повышение тарифов крайне неохотно. Прикрываясь популистскими лозунгами, они обрекают отрасль на медленное умирание: сейчас около 60% предприятий коммунального хозяйства фактически находится в состоянии банкротства.

Приказано умереть

По словам заместителя директора Федерального агентства по строительству и ЖКХ (Госстрой РФ) Юрия Тыртышова, на начало этого года задолженность коммунальных предприятий перед поставщиками и подрядчиками превысила 150 млрд. рублей. В сентябре она перевалила за 200 млрд. рублей. Помимо кредиторской задолженности предприятия отягощены «дебиторкой»: некоторые потребители услуг ЖКХ порой считают за честь уклоняться от оплаты. По данным того же Госстроя, сегодня совокупная дебиторская задолженность предприятий отрасли превышает 300 млрд. рублей.

Огромные долги коммунальщиков перед смежниками, как и сравнимые с ними задолженности потребителей перед ЖКХ, парализуют отрасль. У муниципальных унитарных предприятий (МУП) ЖКХ нет средств не только на расширенное воспроизводство, но и на текущую эксплуатацию основных фондов. Между тем с января 2005 года, после запуска новой модели разделения ответственности между уровнями власти — федеральной, региональной и местной, два последних бюджета будут отягчены переданными им многочисленными расходными полномочиями, в том числе и по предоставлению всевозможных льгот населению. Как известно, в России более 42% граждан (60 млн. человек) обладают льготами на получение лекарств, проезд на транспорте, оплату коммунальных услуг и т.п. По статистике, в 2002 году по оплате услуг ЖКХ в стране пользовались льготами 34,2% населения России.

А на поддержание и модернизацию инфраструктуры ЖКХ нужны средства, и немалые. По подсчетам Минэкономразвития, до 2010 года отрасли необходимы 2 трлн. руб. В противном случае износ коммуникаций достигнет критического уровня и системы жизнеобеспечения городов и населенных пунктов просто перестанут существовать. «Региональные и местные бюджеты не имеют источников для финансирования вывода из кризиса коммунального хозяйства, не говоря уже о его развитии. Собственных средств у МУПов на модернизацию коммуникаций также нет, поскольку тарифы властями принимаются на уровне, который ниже экономически необходимого для существования предприятий, — говорит Сергей Сиваев, директор направления «Городское хозяйство» фонда «Институт экономики города».

Государство и ЖКХ — близнецы-братья

Основанная на нерациональной эксплуатации созданных еще при СССР основных фондов, нынешняя модель экономики коммунального хозяйства не претерпела за годы реформ значительных трансформаций. Собственность на имущество коммунальной инфраструктуры в большинстве случаев принадлежит муниципальному образованию. Администрация муниципалитета передает имущество в управление государственным муниципальным предприятиям (именно такая форма собственности преобладает сегодня в отрасли) на правах хозяйственного ведения или оперативного управления. МУПы, как самостоятельные хозяйствующие субъекты, за свои действия (или бездействие) не несут имущественной ответственности и не слишком заинтересованы в прибыльности и повышении качества предоставляемых услуг.

«Устаревшая форма управления государственным и муниципальным имуществом коммунального хозяйства, предусматривающая его передачу в хозяйственное ведение или оперативное управление унитарными государственными и муниципальными предприятиями, является препятствием для перехода предприятий коммунального сектора к работе в рыночных условиях», — комментирует ситуацию директор департамента строительства и ЖКХ Минпромэнерго Сергей Круглик.

Государство, со своей стороны, пытается помочь социально незащищенным категориям населения в оплате коммунальных услуг. Для этого гражданину необходимо предоставить в госорган социальной защиты документы, подтверждающие его низкий уровень жизни. В расчетно-кассовом центре учитывается предоставление субсидии, и оплата услуг ЖКХ собирается за ее вычетом. Субсидии перечисляются напрямую из бюджета производителям коммунальных услуг. Однако случаи, когда выплаты задерживались бюджетами разных уровней, привели к необходимости создания адресных социальных счетов, на которые перечисляются субсидии и с которых производитель услуг списывает потребленную стоимость. Если государство или местное самоуправление не перечислили деньги, то производитель будет вынужден ограничить поставку услуг потребителю. Как пояснили «Профилю» в МЭРТе, мера эта вынужденная. Но она позволит повысить дисциплину финансовых расчетов у бюджетов разных уровней, а также культуру их верстки: зачастую депутаты местных собраний принимают бюджеты с несбалансированными доходами и расходами, что в конце концов приводит к банкротствам коммунальных предприятий.

Частный интерес

Однако в последние год-два в ЖКХ все же стали происходить позитивные изменения. С одной стороны, увеличилась платежеспособность населения, что позволяет переломить ситуацию с накопленной дебиторской задолженностью. По данным EAP Task Force OECD, на конец 2003 года в России после выставления счетов на оплату средства полностью собирались через пять с половиной месяцев (в Литве — через три месяца, в США — через месяц). С другой — пришло понимание того, что без активизации реформы ЖКХ и модернизации отраслевой инфраструктуры можно получить режим чрезвычайной ситуации в коммуналке на территории всей страны. «По сути дела, правила сформулированы таким образом, что отрасль работать нормально — ресурсосберегающе, эффективно — просто экономически не должна. Не изменив эти правила, бесполезно говорить о привлечении сюда бизнеса, которому нужна мотивация к эффективности», — говорит Сергей Круглик. Поэтому стал прорабатываться вопрос о создании благоприятного правового поля для прихода частных инвестиций в ЖКХ, создаваться предпосылки для нормализации бюджетных платежей коммунальным предприятиям за услуги, которые те предоставляли льготным категориям граждан и бюджетозависимым потребителям-организациям.

Меры по улучшению платежной дисциплины и выполнению обязательств создали предпосылки для прихода частных операторов в управление коммунальной инфраструктурой российских городов. Одной из первых пришла в отрасль дочерняя структура группы «Ренова» — компания «Комплексные энергосистемы». Она не только управляет энергетическими активами материнской компании, но и обслуживает в качестве частного оператора потребителей. В основном это мелкие муниципальные образования в Свердловской и Пермской областях, а также в Нижнем Новгороде.

В начале 2003 года начал работать крупнейший частный коммунальный оператор — ОАО «Российские коммунальные системы». За год РКС подписало соглашения о сотрудничестве более чем с 40 регионами страны. По словам заместителя председателя правления РКС Николая Степанова, компания обслуживает сегодня более 4 млн. человек и по результатам работы за 2004 год рассчитывает достичь оборота в 14 млрд. рублей. В каждом из регионов, где работает РКС, дочерние структуры компании берут в аренду муниципальные коммунальные объекты и сети, проводят их текущую эксплуатацию и подготовку к зимнему отопительному сезону, осуществляют функции сбыта услуг и сбора оплаты с потребителей и т.д. Результаты работы частного оператора уже заметны. Например, в Воронеже сбытовики «Воронежских коммунальных систем» к сентябрю 2004 года повысили уровень собираемости платежей с 54% до 113% (с учетом погашения ранее накопленной задолженности пользователей), выявили множество несанкционированных потребителей. Компания в качестве арендатора заплатила в бюджет Воронежа свыше 39 млн. рублей (МУП Горэлектросети платил в 40 раз меньше). А принятый долг упомянутого МУПа (615 млн. рублей) перед поставщиком электричества ОАО «Воронежэнерго» был уменьшен на 20%. Мэр Воронежа Борис Скрынников отмечает, что без частного оператора поставить коммуналку города на ноги невозможно.

На рынке предоставления коммунальных услуг начали свою деятельность дочерние коммунальные структуры таких холдингов, как «Базовый элемент» («Региональные коммунальные инвестиции»), «Альфа» («Альфа-эко»), «Интеррос» («Новогор»), «Газпром» («Межрегионгаз») и др.

Такие деньги здесь не ходят

Практика показывает, что сегодня частник готов осуществлять только текущую эксплуатацию инфраструктуры ЖКХ. А вот серьезные инвестиции в отрасль не идут. Опрошенные «Профилем» эксперты называют несколько причин. Во-первых, региональные власти не всегда понимают, что инвестиции — это деньги взаймы на определенный срок и под определенный процент. Мысль о том, что средства придется возвращать инвестору, оставляя себе при этом произведенные улучшения и новые объекты, не усваивается руководителями старого пошиба. А их в муниципальном управлении большинство.

Во-вторых, инвестиции должны обеспечиваться гарантией возврата. Таким гарантом может служить либо залог коммунального имущества, либо финансовые обязательства муниципалитета как собственника коммуникаций, либо финансовые потоки будущих платежей потребителей. Здесь и начинаются проблемы. Залог имущества практически невозможен, поскольку ни в одном муниципальном образовании в России не проводилась его регистрация. Без этого имущество ограничено в хозяйственном обороте на срок в 363 дня. Предложить в качестве гарантии свои финансовые обязательства муниципалитеты также не могут из-за дефицитности местных бюджетов. Что же касается финансовых потоков будущих платежей, то использованию этого механизма в качестве гарантии мешает возможность разрыва договора с инвестором со стороны муниципалитета в любой момент.

Высокие риски не устраивают инвесторов, а потому до масштабных инвестиций в ЖКХ дело не доходит. Капитал может в короткие сроки влить значительные средства в коммуналку, но ждет создания правового поля, которое обяжет местные власти исполнять взятые на себя обязательства и снизит риски для бизнеса.

Игорь Ищенко, заместитель председателя правления ОАО «Российские коммунальные системы»:
«Применяемый сегодня в отношении коммунальных предприятий принцип тарифного регулирования не способствует улучшению экономического положения отрасли. Утверждение предельных уровней тарифа в регионах осуществляется на основе так называемого метода индексации затрат базового периода, когда прошлогодние показатели просто индексируются на уровень инфляции. Недостаток этой методики в том, что базовый период для ЖКХ экономически не сбалансирован и его индексация ведет к дальнейшему ухудшению финансово-экономического положения на предприятиях, а коммунальная сфера в целом остается планово-убыточной.

Дальнейшее продвижение реформы ЖКХ в части создания частно-государственных партнерств в области управления и развития коммунальной инфраструктуры возможно только при создании эффективной системы тарифообразования. Рынок коммунальных услуг должен быть освобожден от политической составляющей при его регулировании со стороны властей разных уровней и от доминирования отдельных участников. Инвестиции могут прийти только в том случае, если риски, особенно политические, сведены к минимуму, обеспечивая тем самым возврат инвестиций. Одним из способов снижения рисков и гарантирования возвратности инвестиций может стать учет инвестиционной составляющей в тарифе на коммунальные услуги, как в тарифах естественных монополий».

Сергей Чикуров, генеральный директор ЗАО «КЭС-Мультиэнергетика» (дочерняя компания «Комплексных энергетических систем»):
«Государство является важным игроком на рынке ЖКХ. Без прозрачного регулирования тарифов и определения прав собственности с его стороны серьезных частных инвестиций в отрасль не будет. Поэтому сегодня наша стратегическая задача в малой энергетике связана с нашими («Ренова». — «Профиль») активами в большой энергетике.

Мы продаем электроэнергию по сетям низкого напряжения, а также осуществляем тепло- и газоснабжение в Перми и Свердловской области, заходим в Коми. Наиболее сложными проблемами для вхождения в регион являются огромные долги коммунальщиков перед большой энергетикой, а также отсутствие гарантий того, что с нами на следующий год опять заключат договор.

Но в целом в ЖКХ выгодно работать, если правильно выстроить отношения с местной властью, систему участия и подобрать квалифицированный менеджмент. Только применение передовых управленческих технологий позволяет получить порядка 15% экономии».

ГУЖАвая тяга

Памятник петербургскому жилкомхозу — дом в историческом центре, на набережной Фонтанки. Сквозная трещина в нем появилась в конце 80-х и с тех пор увеличилась с 7 мм до 30 см. Сейчас здесь живет больше 100 семей. Проваливаются полы в комнатах, трещат перекрытия, вода давно уже не поступает выше 3 этажа.

По официальным данным, из состоящих на балансе города 80 млн. кв. м жилья в полном расселении нуждаются 15 млн. кв. м, а более 70% строений требуют ремонта. В губернаторском офисе постановили: чтобы решить проблему, ЖКХ необходимо коммерциализировать.

Первым делом повысили тарифы — квартплата выросла на 25-30%. Следующие шаги уже анонсировали, а претворять в жизнь собираются с 2005 года. Пожалуй, самый долго вынашиваемый замысел — переход к системе персонифицированных счетов горожан. Предполагается, что каждый житель станет перечислять на них свои жилищные платежи. Расходовать эти деньги планируется адресно — на обслуживание именно того дома, где живет конкретный плательщик. Фактически каждый дом будет иметь собственный бюджет. По логике властей, дальше у жильцов должно возникнуть желание самостоятельно распоряжаться этими средствами, что возможно только при создании товариществ собственников жилья (ТСЖ), которые смогут выбирать обслуживающие организации. Но выбирать будет не из кого: по решению местного правительства, с 2005 года функции заказчика и подрядчика на предоставление услуг, которые сейчас выполняют госучреждения «Жилищные Агентства» (ГУЖА), будут разделены между самими ГУЖА и новообразованными ОАО со 100-процентным участием государства. В каждом районе будет создана система из одного заказчика услуг (ГУЖА) и 2-3 подрядчиков (ОАО). И та, и другая организации — государственные, а значит, на новом «рынке» все механизмы, включая регулирование тарифов, будут, как и раньше, устанавливаться в административно-волевом порядке. Смольный, впрочем, обещает продавать акции этих самых ОАО, но лишь в отдаленной перспективе.

Губернатор Санкт-Петербурга Валентина Матвиенко заявила «Профилю»: «Курс правительства на перевод ЖКХ на рыночную систему тверд. Все пройдет в соответствии с графиком, и пока я губернатор, отката назад не будет. В январе должны пройти конкурсы на обслуживание жилого фонда управляющими компаниями. Сейчас готовится постановление городского правительства по переходу к рыночной системе в сфере предоставления услуг ЖКХ в Василеостровском районе, где компания «ЛенспецСМУ» заявила о готовности взять целый квартал на полное техническое обслуживание. Отмечу, что ключ к жилищно-коммунальной реформе — создание ТСЖ. Это означает, что в каждом доме появится хозяин, который будет отвечать за порядок».

По мнению председателя комиссии Законодательного собрания Петербурга по городскому хозяйству Михаила Амосова, монополизм в сфере ЖКХ останется неизменным: «Совершенно не важно, кто будет этим монополистом: учреждения, принадлежащие городу, или ОАО, принадлежащие ему же». Между тем эта система устраивает не всех коммунальщиков. «Это не очень умная идея. Ну, создадите вы это ОАО, так ведь без производственной базы, без техники и кадров оно через месяц обанкротится, — сказал «Профилю» руководитель одного из петербургских ГУЖА. — Провели бы для начала эксперимент в нескольких районах. Получится — приступайте к общегородской реформе, нет — придумывайте заново».

АРТЕМИЙ СМИРНОВ, САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

Латвийская лотерея

Кардинальные перемены на рынке ЖКХ Латвии начались в 1991 году. Именно тогда в стране вступил в силу закон о реституции, разделивший граждан на обладателей собственного приватизированного жилья и арендаторов своих квартир.

Основная проблема большинства латышей, живущих в приватизированных квартирах, — как заплатить за жилплощадь. С одной стороны, проблем с предоставлением услуг ЖКХ не наблюдается. С другой — их стоимость зачастую оказывается равна зарплате или пенсии. Например, если пенсионер живет в двухкомнатной квартире (площадью 42 кв. м), ежемесячно он должен выкладывать около 10 латов (примерно 500 рублей). При включенном отоплении стоимость вырастает до 40 латов. Плюс плата за электричество, газ, воду и телефон — еще около 15 латов. Итого зимой приходится раскошеливаться латов на 65 (3250 рублей) — такую сумму и получает большинство латвийских пенсионеров. Минимальная зарплата в стране — около 80 латов (4000 рублей), средняя — 120-150 латов (6000-7500 рублей). Так что в латвийских семьях со скромным достатком уже забыли, как можно целый час принимать душ или висеть на телефоне.

Гражданам, перешедшим в категорию арендаторов, повезло меньше. После принятия закона о реституции бывшие владельцы зданий (или их наследники) начали заявлять свои права на недвижимость. Это было похоже на лотерею: найдется хозяин вашего дома или нет? Если да — то вы переходите в статус арендатора и фактически лишаетесь жилплощади: не можете ее приватизировать, а значит, продать или обменять. От полного диктата вернувшихся хозяев арендаторов ограждала статья закона, регулировавшая размеры квартплаты: хозяин не мог назначать ее выше установленной планки — чуть меньше доллара за квадратный метр. Но с 2008 года «потолок» на расценки отменяется. В перспективе это, конечно, чревато социальным взрывом. Что будет дальше — пока не совсем понятно. Будет ли латвийский сейм в будущем защищать арендаторов от хозяев домов? Ведь лобби владельцев недвижимости довольно влиятельно. Кстати, у последних свои аргументы: они жалуются, что дома полуразрушены, а квартплаты жильцов не хватает на ремонт. Конфликты арендаторов и хозяев — постоянная тема в местной прессе. Стандартная ситуация обычно такова: владелец хочет избавиться от жильцов и старается сделать их жизнь невыносимой. Скажем, в доме отключаются телефон и электричество, а с наступлением зимы отрубается отопление. Можно под разными предлогами не принимать квартплату, а по истечении трех месяцев — подать в суд и выселить жильца как злостного неплательщика.

ВИТА МАЧ

Пермский опыт

Впервые частные компании заявили о своем намерении работать в пермском коммунальном бизнесе примерно год назад. Власти Прикамья приходу на рынок ЖКХ «частников» были только рады, поскольку не имеют ни денег, ни грамотных менеджеров для работы в жилищно-коммунальном хозяйстве.

Сегодня в Пермской области работают три крупных частных оператора: ООО «Новогор-Прикамье» («дочка» компании «Интеррос»), ООО «Пермгазэнергосервис», созданное «Пермрегионгазом», и ОАО «КЭС-Прикамье», учрежденное «Комплексными энергетическими системами» совместно с обладминистрацией и 9 муниципалитетами.

«Пермгазэнергосервис» начинал с аренды всего лишь одной котельной, а в марте 2004 года заключил договор длительной аренды уже на 22 котельные на территории области и 19 котельных в Перми. Власти оценили усилия компании, которой удалось вывести ту самую первую котельную из кризисного состояния. А уже через год компания планирует получить первую прибыль.

«КЭС-Прикамье» на прибыль пока не рассчитывает. Предприятие только в апреле нынешнего года заключило договоры аренды электросетевого имущества с МУПами девяти городов Пермской области сроком на один год. «КЭС-Прикамье» намерена вложить в электросетевое хозяйство более $3 млн. (около $300 тыс. из них — в строительство и замену воздушно-кабельных линий). «Компании придется доказывать свою состоятельность делом, — считает генеральный директор КЭС Сергей Чикуров, — повышением надежности в энергообеспечении муниципалитетов, снижением потерь в сетевом хозяйстве, улучшением собираемости платежей за потребленную электроэнергию, конкретными инвестициями в муниципальное имущество».

Третий частник в пермском ЖКХ — ООО «Новогор-Прикамье» — объединил под своим управлением почти всю систему водоснабжения и водоотведения города — а это более 300 км. Компания арендовала на один год имущество МУП «Пермводоканал». Правда, для того, чтобы завершить все юридические процедуры, связанные с арендой муниципального имущества, определить приоритеты инвестиций, разработать тарифное соглашение, компании понадобился почти год.

Рынок ЖКХ привлек внимание и мелких компаний. Однако в их управление, как правило, попадают активы МУПов, прошедших процедуру банкротства.

Участники рынка считают, что работа частных операторов в ЖКХ сама по себе несет положительный опыт, независимо от того, удачна она или нет. Самым же проблемным вопросом для операторов и властей остается тарифное регулирование. «Рост тарифов неизбежен, — убежден гендиректор «Новогора» Михаил Никольский, — но одновременно улучшится и качество сервиса».

ИННА СУХОМЕСОВА, ПЕРМЬ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK