Наверх
22 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2011 года: "Золотые сны"

Почему не стоит верить правительственным прогнозам экономического развития?   В начале было слово. И цифры. Они сложились в среднесрочный прогноз экономического развития. Потом опять было слово. И опять были цифры. Они сложились в критику прогноза правительства.
   
НЕ ВЕРИМ!  
Наиболее полную и обстоятельную критику правительственного прогноза произвели специалисты Высшей школы экономики (ВШЭ) под руководством СергеяАлексашенко. «Основная проблема в том, что даже при достаточно оптимистичных внешних предпосылках (стабилизация цен на нефть на текущем уровне) мы не видим источников для достойного роста российской экономики — тех самых четырех и более процентов, на которые настраивает среднесрочный прогноз Минэкономразвития», — пишут эксперты ВШЭ. Дело даже не в недооценке пресловутой «второй волны» мирового кризиса, сама российская экономика не дает оснований для оптимизма Минэкономразвития (МЭР).
   Главное в прогнозе ВШЭ — темпы роста российской экономики в 2012-2014 годах и без «второй волны» кризиса не будут выше 1,5-2%. А в официальном прогнозе, на котором построен бюджет-2012, рост составляет 3,7%.
   В чем же, по версии ВШЭ, ошиблись официальные прогнозисты? Во-первых, они переоценили возможности роста спроса на продукцию внутреннего производства. Спрос уже в течение трех лет падает. К тому же МЭР исходит из укрепления рубля, что стимулирует импорт, а он давит внутреннее производство. Во-вторых, в базовом сценарии МЭР заложен «ежегодный рост инвестиций, который ожидается на уровне 7,2-7,8%, при этом он в значительной степени связан с повышением доли инвестиций несырьевых секторов при сокращении государственных капитальных вложений». Этот тезис ВШЭ считает спорным. Пока доля частных инвестиций снижается, а в том, что госкапвложения могут быть источником «достойного роста», в ВШЭ сомневаются. Третья причина — весьма вероятный выход инфляции за отведенные ей правительством 4-5%.
   В результате «темпы роста экономики будут иметь тенденцию к замедлению до 1,5-2,0% к 2014 году при стабильных ценах на нефть. Если же цены на нефть упадут, упадет и российская экономика. Темпы роста инвестиций в отсутствие частной инициативы составят не более 5%, что явно недостаточно, чтобы повышать качество продукции и оказывать серьезное сопротивление импорту. Стагнация (не говоря уже о падении) нефтяных цен сделает неизбежной девальвацию рубля, что еще больше подорвет долгосрочные темпы роста».
   Картина принципиально отличается от официальной. При реализации сценария, который ВШЭ называет «оптимистичным» (100 долл./барр.), к 2014 году доллар будет стоить 34,9 рубля, при сценарии «второй волны» (затяжной кризис, 60 долл./барр., рост оттока капитала) доллар поднимется до 46,6 рубля. И есть еще так называемый «план Б» (сценарий «второй волны», но с работой правительства над ошибками), в этом случае доллар успокоится на уровне 44,7 рубля.
   Во всех сценариях ВШЭ предсказывается околонулевой рост экономики. «План Б» предусматривает падение ВВП и инвестиций в 2012 году и рост инфляции до 9,9% в 2013 году, но с выходом на положительную динамику в 2014 году. Научный руководитель ВШЭ Евгений Ясин назвал прогноз, вышедший из ее стен, слишком пессимистичным, но не слишком утешил: главные риски, считает Ясин, ждут российскую экономику после 2014 года.
   
ПАРАЛЛЕЛЬНЫЙ БЮДЖЕТ  
Критики Минэкономразвития есть не только в академической среде. Счетная палата тоже полагает, что правительство зря щеголяет в розовых очках. Замруководителя контрольного ведомства Валерий Горегляд призывает к созданию «параллельного бюджета».
   Он напоминает: «В 2008-2010 годах ситуация в топливно-энергетическом комплексе, который недополучил денежных средств от продажи нефти, напрямую отразилась на обрабатывающих производствах и отраслях. Именно они больше всего провалились в кризис, строительный сектор до сих пор еще восстанавливается».
   Подсчитано, что снижение мировых цен на нефть на 1 доллар за баррель приводит к потерям в бюджете в 55-58 миллиардов рублей. Отсюда главный вывод Горегляда — необходимость параллельного бюджета, чтобы в случае кризиса у правительства был запасной план действий. Он призывает правительство извлечь уроки из прошлого кризиса, когда Дума принимала оптимистичный бюджет на 2009 год в момент, когда сомнений в том, что этот год будет кризисным, уже не было. Бюджет пришлось пересматривать с колес, и время, стоящее особенно дорого во время кризиса, было упущено. Но, по признанию главы Счетной палаты Сергея Степашина, идея параллельного бюджета «есть только в головах и больше нигде», его реальной подготовки не ведется.
   Из официальных лиц критикам ответил только помощник президента Аркадий Дворкович, да и то лишь по поводу 46,6 рубля за доллар: «Я считаю, это неправильный прогноз, просто нет оснований ждать существенных потрясений на мировых рынках, а при отсутствии таких потрясений нет оснований считать, что рубль может существенно ослабиться». Но характерно, что собственный прогноз Дворкович не озвучил и официальный прогноз своим не назвал.
   Можно по-прежнему ставить перед страной труднодостижимые одновременно цели: 6-7-процентный рост, социальная стабильность, модернизация, снижение инфляции и наращивание военных расходов. Можно не соглашаться с Кудриным и Гореглядом в том, что гособоронзаказ — самая непрозрачная зона экономики, а значит, обещанные до 2020 года 23 трлн рублей военных расходов могут выстрелить совсем не по поставленным перед ними мишеням. Или, например, не замечать, что из 250-270 млрд рублей грантов, выделяемых в 2011 году в рамках различных государственных целевых программ в сфере инноваций, включая развитие иннограда «Сколково», около 60% расходуется фактически впустую (данные президента Национальной ассоциации инноваций и развития информационных технологий Ольги Усковой).
   Стоит наложить эти оценки на отмеченные риски (если не откровенные ошибки) официального прогноза, чтобы прийти к выводу: экономическая, в том числе антикризисная, стратегия строится на негодных основаниях.
   И дело не в одном рубле. Правительство изменило правилу, которому следовало последние десять лет, — закладывать в бюджет скорее пессимистичные, чем оптимистичные оценки, что создавало резервные «бюджетные карманы». Причина сверхоптимизма явно политическая — выборы и тандемная рокировка. Но политика может дорого обойтись экономике, и этот бумеранг, конечно, вернется в политику.
   

   Экономическая, в том числе антикризисная, стратегия строится на негодных основаниях. Прави-тельство изменило правилу, которому следовало последние десять лет, — закладывать в бюджет скорее пессимистичные, чем оптимистичные оценки, что создавало резервные «бюджетные карманы». Причина сверхоптимизма явно политическая — выборы и тандемная рокировка. Но политика может дорого обойтись экономике, и этот бумеранг, конечно, вернется в политику. Основная проблема в том, что даже при достаточно оптимистичных внешних предпосылках (стабилизация цен на нефть на текущем уровне) не видно источников для достойного роста российской экономики — тех самых четырех и более процентов, на которые настраивает среднесрочный прогноз Минэкономразвития.
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK