logo
09.02.1998 |

Артем Тарасов. От "Истока" до развода

После многолетнего молчания Елена согласилась дать "Профилю" первое в своей жизни интервью.
Анна Пригожина: Елена, вы прожили с Артемом Михайловичем, по крайней мере на данный момент, дольше всех его "жен". Можно сказать, что вы знаете о нем практически все? Елена Дмитрук: Я знаю, что он непредсказуемый человек... Разве непредсказуемого человека можно узнать до конца? А.П.: Он не посвящал вас в свои дела? Е.Д.: Как потенциального помощника -- нет. Все делал сам. Деловую документацию составлял сам и печатал двумя пальцами со скоростью профессиональной машинистки. Я ничего не понимала в том, что тогда происходило. Иногда Артем говорил мне о встречах с Гавриилом Поповым, Юрием Лужковым, Галиной Старовойтовой, Ильей Заславским. Он общался с Ельциным и Хасбулатовым. Друг его детства Сумбат Казаров рассказывал, что Коржакову, например, Артем подарил газовый пистолет, когда тот служил в охране президента. Но этот случай был до меня. О многом я могла догадываться, ведь телефонные разговоры проходили при мне. А.П.: Какой-нибудь разговор запомнился? Е.Д.: Мы собирались поехать на дачу в Жаворонки. Так вот, раздается телефонный звонок. Звонит Гавриил Попов. Артем кладет трубку: "Мы никуда не едем". Я, конечно же, обиделась: "Как всегда, планы летят". Артем уехал на встречу с Поповым и по возвращении рассказал: "Попов предложил мне как президенту Ассоциации частного предпринимательства повышение -- пост министра внешнеэкономических связей московского правительства (сейчас этот пост занимает Иосиф Орджоникидзе.-- А.П.). Я отказался, так как хочу заниматься бизнесом. Но порекомендовал ему классного мужика, великолепного хозяйственника -- Юру Лужкова. У него огромное будущее". Так Лужков начал работать с Поповым. А.П.: А давно Артем Михайлович знал Юрия Лужкова? Е.Д.: В свое время они вместе работали. Лужков возглавлял КБ "Союзхимавтоматика" и был главным инженером, а Артем -- его помощником. Потом их пути не раз пересекались. Например, до августа 1988 года, когда еще не был принят закон о кооперации, Юрий Михайлович возглавлял комиссию по деятельности кооперативов. И любой контракт между кооперативом и госпредприятием должен был визировать Лужков. Секретарем этой комиссии был г-н Панин (супруг Елены Паниной, возглавляющей Русское земельное собрание в Госдуме). Артем был тогда коммерческим директором кооператива "Мосинтер", созданного при Мосгорисполкоме для того, чтобы зарабатывать валюту для Москвы. И у него это неплохо получалось. Так что у Лужкова и Тарасова были очень плотные отношения в то время. Как они развивались дальше, я не знаю. Сумбат Казаров рассказал мне недавно, что, когда в 1994 году Артем приехал из Лондона в Москву, Юрий Михайлович не принял его. Артем хотел попросить мэра выделить здание под музей своего деда, Николая Тарасова. В свое время тот был известным меценатом Московского Художественного театра. В Москве, на Спиридоновке, стоит шестиэтажное здание. Оно принадлежало дедушке Артема, а потом тот подарил его своей любовнице. Пережив несчастную любовь, он застрелился из-за женщины. Став депутатом Госдумы по центральному округу, Артем не раз обращался к Лужкову с просьбой сделать из этого здания музей. Ведь имя Николая Тарасова связано с многими выдающимися деятелями культуры начала века, в Армении ему даже поставили памятник. Безрезультатно. К слову, брат дедушки, Лев Тарасов (литературный псевдоним Анри Труайя),-- известный французский писатель, возглавляющий Гонкуровский комитет. Артем гостил у него во Франции, в Ницце. А.П.: Меценатство по наследству передается? Артем Михайлович, разбогатев, помогал кому-нибудь? Е.Д.: У Артема очень часто просили деньги. Он всегда говорил: "Что толку, что я тебе их дам. Мне не жалко. Давай я лучше научу тебя работать". В этом, мне кажется, была его принципиальная позиция. Когда было землетрясение в Спитаке в 1987 году, кооператив "Техника" не в лучшее для себя время (тогда Проминфин проводил проверку "Техники") перечислил полмиллиона рублей в фонд помощи Армении. А.П.: А каков он, миллионер Артем Тарасов, в быту? Е.Д.: Сейчас -- не знаю. А лет десять назад он был очень неприхотлив. Когда я впервые пришла к нему домой, я была буквально поражена условиями, в которых он жил. Маленькая двухкомнатная квартирка на первом этаже в доме неподалеку от метро "Выхино". Полуразвалившаяся мебель. Артем жил со своей старенькой бабушкой, Марией Георгиевной Тарасовой. Это была удивительная женщина, образованная, интеллигентная. Рассказывала, как на выпускном вечере в пансионе благородных девиц танцевала с самим бароном Врангелем. Артем был постоянно занят, так что мне приходилось ухаживать за Марией Георгиевной. С квартиры на "Выхино", в которой мы прожили два года, переехали в небольшую трехкомнатную на Нагорной. Но обстановка мало чем отличалась от предыдущей. Помню, как туда приехала группа французского телевидения "Антенн-2" снимать программу о первом русском миллионере Тарасове. У подъезда -- яма с кучей песка. В квартире в полу щель, из которой выполз таракан. Оператор гонялся за этим тараканом как за самой главной изюминкой жизни Тарасова. Еще помню, пришел к нам в гости Володя Яковлев, возглавляющий ныне "Коммерсантъ". В то время он руководил первой платной информационной службой "Факт", входившей в состав кооператива "Техника". (Потом в силу возникших противоречий, связанных с разделом прибыли, "Факт" отделился.) Мы сели пить кофе на кухне площадью 5,5 кв.м. -- О, занавесочки наконец появились,-- заметил Володя. Отношение к вещам у Артема было нерациональное, несерьезное какое-то. Ему сказали, что есть лисий полушубок хороший -- он мне его и купил. Как-то к нам приехал знакомый, у которого не было телевизора. Артем отдал ему наш, потом даже не попросил обратно. А.П.: К деньгам он относился так же легко? Е.Д.: Он расставался с ними с легкостью. Потому, наверное, так легко приобретал. Уже после его отъезда я узнала от друзей, что в нашей спальне в большой хозяйственной сумке лежали все его деньги. Дверь же в нашу квартиру можно было запросто выбить ногой. "Если украдут или конфискуют,-- говорил он мне, -- не страшно. Мы еще заработаем". Его интересовал сам процесс зарабатывания денег. Для него это как игра. Он никогда не относился к деньгам как к чему-то такому, без чего невозможно жить. А.П.: В еде, как я понимаю, он был так же неприхотлив? Е.Д.: Он всегда так аппетитно ел, что мне казалось, будто я прекрасно готовлю. Хотя я ничего особенного не делала. Он очень любил жареные пельмени, купленные в магазине, выпечку. Часто просил меня: "Испеки или зажарь мне просто кусок теста". Вот стирать приходилось куда чаще, чем готовить. Артем в те годы носил исключительно двубортные костюмы. И каждый день требовал чистую рубашку. Так что одно из сильных воспоминаний моей с ним жизни -- я и нескончаемая стирка-глажка рубашек. А.П.: При том, что он всегда был одет с иголочки, случались какие-нибудь проколы с одеждой? Е.Д.: Было и такое. Артем -- член семи элитарных английских клубов. В 1989 году он получил приглашение посетить в Австралии заседание одного из них -- "Яппи-клуба", объединяющего молодых миллионеров мира. В приглашении в графе "форма одежды" было указано: black tie. Он это перевел дословно и повез с собой черный костюм, белую рубашку и черный галстук. Когда понял, что в таком виде будет выглядеть белой вороной, взял смокинг напрокат. А.П.: Как я поняла, домработницы у вас не было? Е.Д.: Все делала сама. Я окончила Плехановский институт, факультет торгового оборудования, но не работала. Занималась домом. Через полтора года родился Филипп. Стала заниматься ребенком. А.П.: А как Артем Михайлович относился к сыну? Это была его инициатива -- назвать мальчика Филиппом? Е.Д.: Артем очень закрытый человек, никогда не выставляющий свои чувства напоказ. Он может быть необыкновенно чутким и в то же время холодным как лед. Он очень дорожил и гордился Филиппом. Но никогда не сюсюкал с ним. Здоровался с ним за руку, как со взрослым. Хотя, может быть, в душе и хотел его подбросить, потормошить, как это делают многие папы. А назвала сына я. В течение двух недель мы не могли подобрать подходящее имя. И вот однажды Артем позвонил мне с работы и заявил, что ребенка нужно назвать "неизбитым, редким именем Савелий". Я тут же предложила -- Филипп. Он не стал настаивать. А.П.: Как сейчас складываются их отношения? Они общаются? Е.Д.: Филипп очень любит папу и гордится им. Уехав в начале 1991 года в Швейцарию после разгрома "Истока", Артем продолжал звонить нам раз в месяц. Или кто-то звонил от него. Он продолжал нам помогать. Одевал Филиппа. Оставил на его имя квартиру в Москве. Правда, вот уже год как мы потеряли с Артемом контакт. А.П.: Я очень много слышала об артистизме Артема Михайловича. И о том, что в артистизме якобы кроется один из секретов его успеха. Е.Д.: Думаю, так оно и есть. Артистизм его -- в его творческой натуре. Он очень увлекался театром, кино и даже написал больше двадцати сценариев. Сценарий Артема Тарасова "Осколки" был опубликован под псевдонимом Нечаев. Одну его песню исполняла Алла Пугачева. В детстве он учился играть на фортепиано. Взяв первый раз в руки аккордеон, тут же начал играть и не сфальшивил. А однажды в гостях заиграл на дудочке. "Что же ты мне раньше не говорил, что умеешь играть?" -- спрашиваю. "Дай мне скрипку, я тебе и на скрипке сыграю",-- ответил он. У него все получалось. Просто феномен какой-то. Он был членом команды КВН горного института. Великолепно владел жанром конферанса, проводил какие-то творческие вечера в Госплане. Мог, например, позвонить директору цирка и сказать: "С вами говорит начальник Моссовета такой-то. На сегодня нужны два билета". И вопрос посещения цирка был решен. Помню, я собиралась сделать операцию на глазах в центре Федорова. Тогда, в конце 80-х, пробиться туда было невозможно. Он снял телефонную трубку, представился человеком из Моссовета и с уверенностью в голосе сказал: "Сегодня к вам приедет такая-то девушка. Ее нужно принять без очереди". Сработало. А.П.: Чтобы добиться цели, Джеймс Бонд часто пользовался наивностью женщин, влюблял их в себя, а потом бросал. Артем Тарасов мог использовать женщин для достижения своих целей? Е.Д.: Лично я такого не знаю. Знаю только, что многие его друзья признают: в отношениях с женщинами он непостоянен. И это факт. Он ведь очень яркий мужчина. А.П.: Друг детства Артема Тарасова, Сумбат Казаров, рассказал "Профилю": "В молодости Артем Михайлович ухаживал за Нателлой Кастандовой -- дочерью вице-премьера советского правительства, бывшего министра химической промышленности, возглавившего потом Госагропром. А с ней он познакомился через дочь Виктора Гришина, секретаря Московского горкома партии. Кроме Нателлы, Гришина познакомила его и с директором ВНИИхимпроекта Виктором Коросториным, который взял Артема к себе на работу. Тарасов был вхож в круг политической элиты, был знаком с дочерью Брежнева, Галиной. Однако "продержался" там недолго. Наверняка многие карьерные вопросы в молодости, до открытия своего дела, Артем Михайлович пытался решить через женщин". Е.Д.: Вообще, у него свой взгляд на отношения между мужчиной и женщиной. Независимость, неподотчетность, вообще полная демократия. Я думаю, с первой женой Артем развелся только потому, что та жестко контролировала его буквально во всем. А я как-то сразу поняла, что на него никто никогда не сможет влиять. Его надо принимать таким, какой он есть. Он, например, мог на праздник ничего не подарить. И принести в дом огромный букет роз в будничный день. А.П.: А как он за вами ухаживал? Е.Д.: Он начал ухаживать только после того, как мы стали жить вместе. А.П.: Артем Михайлович много разъезжал по миру. Он брал вас с собой? Е.Д.: Я сидела с маленьким ребенком. В Москве он всегда приглашал меня на деловые ужины в кафе, рестораны. Мы вместе ездили на рыбалку. Он очень любил ловить рыбу. Ему был важен сам процесс, независимо от того что попадется на крючок. Ходили в кино. Как только появилось видео, смотрели фильмы дома. А.П.: А чем вы сейчас занимаетесь? Е.Д.: Я хочу начать работать и ищу дело, в котором могла бы состояться. Встречаюсь со знакомыми, смотрю, чем они занимаются, выбираю. А.П.: Вы жили гражданским браком. Если бы ваши отношения были зарегистрированы, жизнь была бы иной? Е.Д.: Думаю, нет. Надо знать Артема. Влиять на него бесполезно. Печать в паспорте для него не аргумент. А.П.: Почему вы расстались? Е.Д.: В начале 1991 года, когда был разгромлен "Исток", Артем уехал в Швейцарию. Вернее, он просто исчез. А когда позвонил, выяснилось, что звонит из Швейцарии. Мы не ругались, не выясняли отношения. Просто расстались, и все. А.П.: Чем для вас были четыре года, прожитые с ним? Е.Д.: Это была очень яркая страница жизни, которая закончилась. Я многому научилась у него -- его отношению к работе, к друзьям, к деньгам. Его сегодняшнего я не знаю. Изменился ли он? Чем он живет? Как он живет? Какие у него ценности? Некоторую информацию о нем я получаю от общих друзей. Однако воспринимаю ее уже просто как обыватель. Что было, то было. А.П.: Можете ли вы представить, что когда-нибудь будете снова вместе? Е.Д.: Я к прошлому не возвращаюсь.

АННА ПРИГОЖИНА