logo
13.07.2009 |

«Сегодня отвага в дефиците»

Менеджер НАСА Эско фон Путткамер об уроках полетов по программе «Аполлон», новых экспедициях на Луну и исследовании пустынной планеты Марс.

    В штаб-квартире НАСА в Вашингтоне 75-летний Путткамер работает менеджером по программам Международной космической станции и будущим космическим полетам с астронавтами на борту. Закончив Технический университет в Ахене (Германия), молодой инженер в 1962 принял приглашение Вернера фон Брауна участвовать в создании ракеты-носителя «Сатурн-5» для полета на Луну.
   «Шпигель»: Господин Путткамер, ровно сорок лет назад первый человек ступил на поверхность Луны. В чем для НАСА смысл возвращения на это пустынное и безжизненное небесное тело?
   Путткамер: Астронавты с «Аполлона» смогли провести на Луне только несколько дней — посещения были уж очень коротки. Когда с 2019—2020 года мы снова начнем туда летать, задержаться там можно будет подольше. Команды в составе четырех человек должны накапливать опыт, нужный для главной цели: полета к Марсу. В рамках подготовки этого крупного проекта мы хотим создать на Луне станцию, на которой люди смогут находиться в течение недель или даже месяцев.
   «Шпигель»: В планы НАСА не входит случайно заселение спутника Земли?
   Путткамер: Нет, лунная станция, вероятно, не будет эксплуатироваться в постоянном режиме 365 дней в году, ведь нам придется ее постоянно снабжать с Земли воздухом, водой и провиантом, а это было бы безумно дорого. Вот условия существования на Марсе совершенно иные, там многие из видов сырья есть прямо на месте: только недавно мы с помощью наших космических зондов обнаружили следы, которые могла оставить жидкая вода. А то, что вода в твердой форме, то есть лед, там в больших количествах имеется, давно доказано.
   «Шпигель»: Американцы опять полетят к Луне на свой страх и риск?
   Путткамер: Наверняка нет. Тем более если ставить перед собой далеко идущие задачи. Время одиночных экспериментов прошло. Проект «Аполлон» родился в эпоху холодной войны, мы вели острое соревнование с Советами. Но с тех пор многое изменилось, мышление в категориях соперничества преодолено, к участию в будущих полетах приглашаются все, как это уже делается и прекрасно себя оправдывает на МКС. Там образцово сотрудничают друг с другом представители 16 стран. Мы создали некий космический вариант объединенных наций.
   «Шпигель»: Но новую ракету для полета на Луну американцы будут создавать опять в одиночку.
   Путткамер: По-другому, к сожалению, не получается. После того как НАСА с будущего года запланировала прекратить полеты шаттлов, нам необходимо как можно скорее запустить собственный космический транспортный корабль. Для этой цели пришлось в срочном порядке дать промышленности заказ разработать новую ракету-носитель «Арес» и под нее космический корабль «Орион». Кроме них понадобится капсула «Альтаир» для высадки на Луне. Во всяком случае Европейское космическое агентство ЕСА очень заинтересовано в том, чтобы потом участвовать в создании инфраструктуры на Луне. Наверняка и наши российские партнеры внесут свой вклад. Лично я был бы очень рад, если бы и немцы оказались в числе участников.
   «Шпигель»: Не приходится ли вам опасаться, что восторг по поводу освоения Луны столь же быстро пойдет на убыль, как это произошло в свое время с полетами «Аполлона»?
   Путткамер: Игнорировать такую опасность нельзя. Тогда мы стали жертвой нашего собственного успеха. Полеты «Аполлона» проходили с такой умопомрачительной безупречностью, что публика очень скоро заскучала. Мы запустили в общей сложности тринадцать ракет «Сатурн-5», и почти каждый раз все шло как по нотам. Из-за этого быстро улетучилось очарование приключения. Потому перед нами, конечно, стоит задача возродить у людей интерес к полетам на Луну. Скептикам мы должны объяснить, что Луна — это важнейшая промежуточная станция на пути к Марсу. Если все пойдет по плану, мы уже через 25 лет сможем отправиться на красную планету. Будущие участники полета на эту пустынную планету уже родились и сейчас живут среди нас — но пока они от горшка два вершка.
   «Шпигель»: Почему вы придаете такое значение полету человека на Марс?
   Путткамер: Марс — это мир нашей судьбы. Существует обоснованная надежда, что мы там впервые обнаружим следы внеземной жизни — даже если это окажутся окаменелые микробы. А для такого поиска живой исследователь, способный на месте взять и проанализировать пробы грунта, подходит намного лучше, чем самый совершенный робот. А главное, что человек однажды сможет обосноваться и поселиться на той планете. Если собственной жизни там не осталось, красную планету можно будет с помощью терраформинга — активного преобразования — когда-нибудь превратить в зеленую. Решив эту проблему, человечество обеспечит себе вторую родину на тот случай, если удар астероида или другая мегакатастрофа сделает невозможным существование на Земле. Только освоив Марс как резервную планету, род человеческий станет воистину бессмертным. Это настоящий проект тысячелетия!
   «Шпигель»: Полет к планете, до которой много миллионов километров, может оказаться путешествием в один конец. Вы на самом деле верите, что космические нации пойдут на такой риск?
   Путткамер: Нет сомнений: к сожалению, сегодня в дефиците та отвага, без которой не был бы возможен и проект «Аполлон». Когда в 1961 году Вернер фон Браун сумел вызвать у тогдашнего президента США Джона Ф. Кеннеди бурный интерес к полетам на Луну, никто не был уверен, что эксперимент будет непременно удачным, что мы сможем доставить астронавтов на Луну и потом вернуть их назад целыми и невредимыми. К годовщине первой высадки на Луне вышел новый документальный телефильм, очень хорошо показывающий, какое настроение тогда царило — мы чувствовали себя первооткрывателями. А сегодня и политики, и менеджеры, и инженеры риска избегают, опасаясь, что их распнут, если что-то получится не так, как хотелось. Но если мы хотим проникнуть дальше во Вселенную, нужно переступить через мышление, ставящее безопасность выше всего. Если бы я мог взять с собой теплый пуловер, я бы сей же час поднялся на борт космического корабля, направляющегося к Марсу.