Сложноустроенная лента, состоящая из двух параллельных сюжетных и временных линий и крутящаяся вокруг «Божественной комедии» Данте Алигьери, длится два часа тридцать три минуты. В таком виде фильм показывали в Венеции и в таком же он доступен на мировом Netflix. Однако в России картина вышла в продюсерской – коммерческой – версии, хронометраж которой составляет 103 минуты. Кстати, в ленте поучаствовал и целый ряд российских продюсеров. Очевидно, желая продать авторское кино как зрительский боевик, для российского проката сделали еще и сбивающий с толку постер, превращающий фильм о Данте в картину о ком-то вроде Джеймса Бонда. Какой фильм мы в итоге получили?
Джулиан Шнабель экранизировал роман-бестселлер писателя Ника Тошеса, который изобразил себя в качестве одного из героев книги. Книжное альтер эго писателя (Оскар Айзек) встречает 2000-е в бедности и творческом кризисе. При этом не теряет веру в себя и собственный талант. По мнению писателя, для наиболее плодотворной работы ему необходим редактор, который предоставит полную свободу и не будет вносить правки в его работу. Параллельно Ник уже много лет работает над переводом «Божественной комедии» Данте Алигьери, в которой он даже усматривает некоторые несовершенства.
"Марк глазами Софии": дружеский портрет известного дизайнера
Именно из-за его экспертности в теме Данте серьезный нью-йоркский гангстер (Джон Малкович) обращается к Нику за помощью. Где-то в Италии якобы обнаружилась рукопись «Божественной комедии», написанная рукой самого великого итальянца. Ник, сопровождаемый бандитом по имени Луи (яркая полукомедийная роль Джерарда Батлера) отправляется на Сицилию, чтобы оценить ее подлинность. К ужасу Ника, после того как он посчитает рукопись похожей на настоящую, Луи начнет устранять всех, кто увидел ее хоть краем глаза. Кроме, конечно, самого Ника, которому предстоит мотаться по свету, чтобы получить научные доказательства своего предположения (этим путешествиям посвящена довольно значительная часть хронометража).
В какой-то момент в повествование врывается Джульетта, героиня Галь Гадот, в которую мгновенно влюбляется персонаж Оскара Айзека. Те же Айзек и Гадот изображают в параллельной сюжетной линии Данте Алигьери и его жену Джемму. Изгнанный из родной Флоренции за политическую деятельность поэт рефлексирует о творчестве, любви, боге и пытается дописать будущую «Божественную комедию». Ищет ответ на вопрос, почему умершей в юности Беатриче он посвятил столько строк, а Джемме – ни одной. Беседует со старцем Исайей (Мартин Скорсезе), который делится с ним накопленной за жизнь мудростью.
Кадр из фильма "Кодекс Данте"
©"Наше кино"Стоит сказать, что в оригинальной, режиссерской, версии современные эпизоды сняты в черно-белой палитре, а эпизоды XIV века – в цвете. В продюсерской цветом залиты обе временные шкалы. Смотрелась бы картина иначе в своем первоначальном виде? Наверняка да: отсылки к нуар-фильмам 40-х, увиденные в фильме первыми зрителями как минимум были отчего-то важны для режиссера. Поскольку изменилось не только авторское цветовое решение, но и хронометраж, анализировать, для чего именно они понадобились Шнабелю, довольно сложно.
Но как минимум убедительней выглядела бы любовная линия в современности: поверить в мгновенную глубокую любовь, вспыхнувшую между Ником и Джульеттой, в нынешнем варианте совершенно невозможно. В жанровых картинах прошлого века все-таки была другая степень условности. Досадно, что и чисто визуально зрители получают менее эффектную картину. Кстати, оператором «Кодекса Данте» выступил Роман Васьянов, в творческой биографии которого как «Отряд самоубийц» и «Ярость» Дэвида Эйра, так и сериал «Охота на пиранью», «Стиляги» Валерия Тодоровского и «Лимонов. Баллада» Кирилла Серебренникова.
Пострадала, очевидно, и смысловая составляющая картины. Запутанностью отличалась и длинная версия «Кодекса Данте», но короткая выглядит просто-напросто невнятной. История самого Данте сокращена до минимума, вычленить в ней какой-то сюжет не так просто. Так, например, в дошедшей до нас версии мы не увидим Джерарда Батлера в образе Бонифация VIII, сыгравшего значительную роль в судьбе поэта. А еще так окончательно и не поймем, любил ли Данте свою жену Джемму (судя по сохранившимся источникам, на самом деле он провел годы в изгнании без нее).
До конца непонятен и персонаж Ника, ставшего этакой инкарнацией Данте в современности. Кажется, с итальянским поэтом их не связывает ничего, кроме поглощенности «Божественной комедией». Впрочем, может быть, в этом и смысл? Великие произведения проходят сквозь века, становясь порой даже совершеннее (например, благодаря новым переводам). В остальном же перерождающийся раз за разом творец – обыкновенный человек, совершающий те или иные ошибки. И имеющий шанс их исправить в следующей жизни: как Данте-Ник спустя столетия наконец одарил заслуженной любовью Джемму-Джульетту.
