Тяжелый металл
Надо сказать, что варианты возвращения мелочи в оборот регулятор вынашивал достаточно давно. Пытались привлечь кредитные организации. Однако призывы, носившие характер мягких рекомендаций, коммерческие банки предпочли проигнорировать. Причины понятны. Для них участие экономически нецелесообразно. Ведь издержки, связанные с приемом, пересчетом и последующей транспортировкой центнеров, если не тонн монет в расчетно-кассовые центры Банка России себя не оправдывают. Сами кредитные учреждения по цепочке финансовых корреляций транслируют производственные затраты, связанные наличными деньгами, с учетом собственной маржи, на клиентов. В результате условия инкассации монет, вводимые банками, принимают фактически заградительный характер.
Эффект достигается противоположный – металлические деньги накапливаются в кассах предприятий и организаций. При действующих на рынке тарифах за сдачу «металла» – от 1,5% до 3% – юридическим лицам нет никакого смысла нести дополнительные расходы, которые неизбежно в большей или меньшей отразятся на финансовой устойчивости компаний.
То же самое, причем даже в большей степени, происходит и с населением. Банковские сборы для физических лиц за прием монет в больших количествах могут достигать фантастических размеров. Конечно, «металл» обязаны принимать в обычных магазинах, но можно понять недовольство кассира, перед которым покупатель высыпает из мешка 200–300 или даже 1 тыс. рублей, и негодование людей в очереди, обреченных стоять 10–15 минут, пока идет пересчет и сортировка монет по номиналу.
Окончательно в тупик ситуация с контролируемым оборотом металлической наличности зашла в 2020 году. Возврат монет в оборот через систему отделений Банка России снизился до 46% против 63% в 2019 году. Столь резкое падение показателя, конечно, отчасти результат снижения скорости движения средств в рамках реально осуществляемых операций купли-продажи. Ограничения в экономике, введенные из-за пандемии COVID-19, обернулись увеличением объема «зависания» монетарных символов стоимости в кассах предприятий и в кошельках граждан.
Ничего кроме правды
Надо понимать, что классические расчеты необходимого для нормального функционирования экономики количества денег имеют сложный и многофакторный характер. Они учитывают в том числе покупюрное строение денежной массы, находящейся в обращении. Такая информация нужна, поскольку разные виды дензнаков обладают неодинаковой скоростью обращения. Для сопоставления денежного оборота с товарным важны и объем, и структура находящихся в пользовании денег.
Недостаток статистических данных, вызванный замедлением прохождения части ликвидности через кассы Банка России, может исказить реальную картину потребности национальной экономики в купюрах и монетах различного номинала. Это деформирует процесс регулярной денежной эмиссии и может снизить эффективность политики ЦБ.
Ползучий переход наличности: что стоит за сменой дизайна российских банкнот
Конечно, даже для плановой экономики полное соответствие денежной массы производимым товарам и услугам невозможно. Хозяйственная же организация общества, строящаяся на преимущественно рыночных механизмах, по определению предполагает постоянный дисбаланс в этой сфере. Это требует от финансового регулятора контроля и оперативного реагирования. Дефицит платежных средств определенных номиналов ЦБ ликвидирует, насыщая денежную систему купюрами или монетами нужного достоинства в соответствии со спросом в экономике.
К сожалению, в настоящий момент сложилась ситуация, при которой нет возможности адекватно оценить реальную потребность хозяйствующих субъектов в монетах достоинством от 1 до 10 рублей. Официальная статистика Банка России свидетельствует, что на начало марта текущего года доля наличных денег на руках россиян и в кассах организаций (исключая банковский сектор) в структуре главного индикатора денежной массы (М2) занимает 21,55%. В абсолютных цифрах это составляют примерно 12,5 трлн рублей из более чем 58,1 трлн рублей всей денежной массы. В то же время монет различного достоинства сейчас находится в обращении на сумму около 113 млрд рублей, то есть менее 1% от всей налички.
Увы, сегодня нет точной оценки, сколько металлических денег скопилось на руках у населения. По прогнозам, речь может идти примерно о 22–23 млрд рублей, то есть об одной пятой общей суммы «металла» в экономике. Причем какая-то часть монет не осела в копилках, а элементарно потеряна. Получается, что Банк России ставит задачу вернуть в оборот не более 0,18% от всего объема наличных – купюр и монет. Сумма представляет собой бесконечно малую величину относительно величины денежной массы, обращающейся в российской экономике. Невольно возникают сомнения в целесообразности реализации достаточно затратной программы, задуманной регулятором.
Копейка рубль бережет
Однако кажущаяся скромная цена вопроса на поверку обманчива. Уместно вспомнить о высоких издержках, с которыми традиционно сопряжено производство металлических денег. Только в прошлом году Банк России потратил 3,8 млрд рублей на чеканку и ввод в обращение дополнительных монет. Затраты немалые, особенно учитывая, что национальная валюта за год способна девальвироваться чуть ли не на треть. Вот почему многие годы эмиссия металлических денег балансирует на грани рентабельности. В связи с этим с 2018 года прекращено изготовление ставших абсолютно убыточными копеек. Впрочем, среди находящихся в обращении монет лишь себестоимость 5- и 10-рублевых металлических дензнаков пока сохраняется ниже номинала, а чеканка монет достоинством 1 и 2 рубля сегодня уже нецелесообразна. Для сравнения: выпуск банкнот государству обходится всего от 60 копеек до 2 рублей за одну купюру.
Таким образом, возвращение в оборот монет, лежащих мертвым грузом у населения, сулит существенную экономию. Причем дело не ограничится только сокращением затрат на чеканку новых металлических денег. Те монеты, которые пришли в негодность, подлежат переплавке, а это еще одна статья экономии для регулятора – на сырье.
И все же возникает закономерный вопрос: не проще ли полностью отказаться от металлического денежного обращения? На фоне растущей популярности безналичных расчетов, планов введения цифрового рубля использование монет выглядит абсолютным анахронизмом – неким пережитком прошлого.
Ответ отрицательный. Нахождение в обороте денег из металла оправдано их длительным сроком службы в отличие от бумажных символов стоимости. Износ купюр наиболее популярных номиналов – сейчас это 50 и 100 рублей – очень высок. Несколько лет назад по этой причине отказались от печатания 10-рублевок, заменив их монетой соответствующего достоинства. В итоге на сегодняшний день «червонцы» практически полностью исчезли из употребления. Произошло это естественным путем – ведь срок службы купюры не превышал одного года. К слову сказать, приблизительно столько же «живут» и банкноты достоинством 50 рублей. Век купюр номиналом от 500 рублей и выше составляет в среднем около 4–5 лет.
Ну а металлические деньги – настоящие «долгожители». Монета находится в обращении в среднем от 25 до 30 лет. Срок службы зависит от качества сплава. Так, в Швейцарии в обороте можно до сих пор встретить раритеты – франки 100-летней давности! При таком раскладе использование «звонкого металла» экономически оправданно. Потребность определяется скоростью оборота (популярностью при расчетах) денежных единиц конкретных номиналов. Так, отказ от 10-рублевых банкнот в пользу монет обеспечил казне экономию в размере 15–18 млрд рублей.
Каждому – по потребности
Парадоксальное явление – при перманентном сужении сферы наличных расчетов наблюдается устойчивый рост популярности денежных знаков невысокого номинала, а следовательно, и их монетарной формы. Действительно, ряд государств, наиболее продвинутых в сфере безналичных платежей, демонстрирует удивительную приверженность к презренному металлу. Тогда как крупные купюры все больше теряют значимость в расчетах наличными.
Например, в Еврозоне средний чек в магазине не превышает €25. Если целесообразность продолжения чеканки 1- и 2-центовых монет вызывает в ЕЦБ сомнение, то на 5 евроцентов регулятор не посягает. А в США и Канаде не теряет популярность 25-центовик. Касательно нашей страны, ритейл на уровне централизованного руководства торговыми сетями объективно заинтересован в сохранении наличного оборота металлических денег. В монетах продавцы видят инструмент, обеспечивающий снижение стоимости среднего чека на фоне падения покупательной способности населения, а также средство для тактических ценовых маневров при усилении административного давления на сферу торговли.
Собственно говоря, большинство стран (и Россия не исключение) придерживаются единого разумного принципа: когда себестоимость чеканки денежного знака выходит за пределы ее номинала, рассматривается вопрос обо отказе от конкретной монеты в пользу следующего, более высокого номинала.
Таким образом, целесообразность сохранения или ликвидации в обороте металлической формы денежных знаков определяется тактическими задачами в рамках оптимизации денежного обращения. Стратегия же остается неизменной. Учитывая, что наличные в расчетах остаются значимой составляющей денежного оборота, монеты остаются в ходу.
Определив одним из приоритетом повышение эффективности денежно-кредитной политики, Банк России готов использовать все возможности для решения этой задачи. Не считая целесообразным в приказном порядке обязать банки принимать монеты у населения, регулятор подтвердил принципиальную готовность решать задачу самостоятельно. Не исключено, что коммерческие банки исключили из программы намеренно. Были просчитаны риски, что они попытаются перенести свои накладные расходы при сборе и транспортировке больших объемов монет на другие банковские продукты. Это могло не самым лучшим образом сказаться на темпах роста ВВП.
С учетом этого эксперимент ЦБ выглядит обоснованным, однако успех его все же не столь очевиден. Например, вызывает недоумение заявление представителей регулятора о возможности введения комиссии за обмен монет через приемные терминалы. Это выглядит своеобразной формой дискриминации нашей национальной валюты. Ведь в экономике все деньги, в том числе и металлические, по закону полноценные средства платежа. Таким образом, монеты где бы то ни было должны принимать по номиналу, без каких-либо комиссий.
Автор – преподаватель кафедры финансовых дисциплин Высшей школы управления финансами
