Часть тринадцатая
Регресс в головах
Но даже при верной оценке глобальных трендов пророчества обречены на фундаментальную ошибку. Сам метод линейного продолжения в будущее знакомой автору реальности предполагает концентрацию на количественных «апгрейдах», угадать же качественные сдвиги, происходящие при накоплении критической массы перемен, у него нет шансов. Наглядный образ – ретрофутуристические рисунки вековой давности, где рядом с невиданными машинами и аппаратами изображены современники художников: мужчины во фраках и с бакенбардами, дамы в кружевных платьях.

Сегодняшние прогнозы воспроизводят ту же логику.
Рисуя будущее как усовершенствованное настоящее, прогнозисты не учитывают обратное влияние технологий на общество, возникновение у человека принципиально иных возможностей. Сейчас мы живем в мире, который никто не смог предвидеть, и наши потомки скажут то же самое.
Евгений Кузнецов, футуролог, амбассадор Singularity University
Примеры сказанного «рассыпаны» повсюду в нашей жизни. Появление новых каналов связи меняет разговорный язык, этикет, представления о любви и дружбе. Скоростные виды транспорта подстегивают миграционные волны, создавая новые экономические связи и смешение культур.

По словам Кузнецова, главное из подобных изменений – продление человеческой жизни в результате развития медицины.
Сегодня каждый может прожить несколько эпизодов, раньше занимавших целую жизнь. Люди в возрасте, который раньше считался пожилым, осваивают новую профессию и еще 20-30 лет реализуют другую сторону своей личности. Деформируются жизненные стратегии: когда заводить семью, сколько иметь детей. Это постепенно осознается как проблема лонгевики – психологической адаптации к долгой жизни. Здесь, как ни странно, образцом могут послужить эльфы Толкиена, демонстрирующие, что долгожитель не должен быть обуреваем страстями, хотеть всего и сразу, – тогда он слишком быстро пресытится.
Евгений Кузнецов, футуролог, амбассадор Singularity University
Любовь Кихней, в свою очередь, полагает, что самый глубокий отпечаток на общество накладывает изменение информационной среды.
Всегда люди ориентировались на систему авторитетов, но сегодня это потеряно – знания растворены в Сети, и каждый мнит себя специалистом. Студенты не верят преподавателю, пациенты – врачу. Это то, чего фантасты никак не предполагали. Герои Оруэлла и Замятина по крупицам пытались найти правду – сегодня же мы тонем в потоках информации, а понятие истины стерлось.
Любовь Кихней, доктор филологических наук, профессор
Кроме того, для фантастов середины XX века исходной посылкой служила убежденность в разумном поведении человека. В частности, поэтому многие не верили в распространение ПК: вычислительная машина нужна на заводе или в лаборатории, но зачем она дома? Как бы они удивились, узнав масштабы сегодняшней эпидемии компьютерных игр!

Да и вообще современный человек не оправдал ожидания великих умов прошлого, вместо предсказанного духовного труда (Никола Тесла: «Борьба за существование будет отнимать меньше сил, и развитие должно двинуться в сторону высоких материй») куда чаще демонстрируя инфантильную тягу к развлечениям. Альтруизм и способность к кооперации (Томас Эдисон: «Не индивидуализм, а общественный труд будет главенствовать в будущем»; Айзек Азимов: «Будет расти сотрудничество между нациями») также были переоценены: многолетние попытки договориться о совместной борьбе с глобальным потеплением в ООН яркий тому пример.
То, как мы сегодня с жиру бесимся, стало бы шоком для наших предков. Философы позитивистского склада верили, что как только человека накормят, он тут же станет счастлив. Но оказалось, что общество изобилия недостижимо. Едва вас накормили, как вы снова недовольны, ведь теперь не хватает чего-то другого. Сегодня мы учимся жить в реальности, где за еду больше не надо драться. И счастье – это навык, который предстоит выработать, ведь такой ситуации еще не было в истории, наш мозг был создан для соперничества за ресурсы, а теперь это надо обуздать. Многие не справляются, отсюда стрессы, иррациональное отношение к технологиям. Известны истории, как люди за чертой бедности берут кредит на покупку нового айфона. Это следствие техношока: у человека включается магическое мышление, он пытается исправить свою жизнь, завладев гаджетом-оберегом.
Евгений Кузнецов, футуролог, амбассадор Singularity University
В этих условиях разгадка будущего кроется в ответе на вопрос:
как изменится социум?
Обещания новых технологий – уже пройденный этап, сегодня прогнозы нужно дополнять социологическим анализом. Ведь то, что поначалу выглядит несерьезно, в итоге может перевернуть ход истории. Так было в начале прошлого века: пока фантасты предвкушали всеобщее благоденствие, общество не выдержало темпов урбанизации, массового превращения крестьян в пролетариат, появления образованного городского слоя, и результатом стала серия кровавых войн и революций. Сегодня тоже мало кто осознает, как глубоко мы вторглись в человеческое сознание, как сильно деформировали общественную ткань. Генная инженерия, тотальная роботизация – эти тренды с неизбежностью вызовут турбулентность в мире. Вопросы подоспели, на них нужны ответы не из области сказок. Пусть мы не найдем готовых рецептов, но ценен сам процесс рефлексии.
Евгений Кузнецов, футуролог, амбассадор Singularity University
Читайте ранее:
журналист
В спецпроекте использованы изображения авторов:
Willy Stower. Samsung. Shutterstock.com
Zeitung Photo, United Archives, ScopeFeatures, Science Photo Library-AKG Image, Science History Images, DWD-Media, Photo 12 / Vostock Photo.
Leemage, Deng Fei_Imaginechina / AFP East News.

Made on
Tilda