10 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

Путеводитель для пессимиста

Bloomberg опубликовал «Путеводитель для пессимиста» на 2017 год. Традиционный пессимистичный прогноз составлен по ответам 147 экспертов — экономистов, стратегов и аналитиков, которым задали вопрос: «Какие мысли о будущем мешают вам спать?» Главными поводами для беспокойства были названы выборы в Европе, внешняя политика Трампа и Путина, обогнавшие по тревожности Brexit, глобальная кибервойна и смена руководства КНР.

Новые потрясения могут ожидать Европу и после референдума о Brexit, считают аналитики Verisk Maplecroft, которые составили рейтинг самых нестабильных правительств ЕС. Лидером этого списка стала Греция, где вероятность «деградации стабильности» правительства оценивается более чем в 90%. Следом идут Польша и Великобритания, где «недавно восторжествовали популистские лозунги».

Внешняя политика Трампа вызывает почти такую же тревогу. В частности, среди основных рисков называют возможную победу Марин Ле Пен во Франции и правительственный кризис в Италии.

Однако эксперты боятся реализации обещаний Трампа в разной степени. В сокращении налогов уверены практически все; массовые депортации и высокие пошлины на импорт из Китая сбрасывать со счетов тоже нельзя. А вот строительство стены на границе с Мексикой эксперты считают наименее вероятным. 

Пессимистичный прогноз составлен в виде ленты новостей в соцсетях за 2017 год.

Итак, первая неделя Трампа в Овальном кабинете повышает его популярность (этот раздел «Путеводителя» назван «Трампландия»). Однако впоследствии отмена многих решений Барака Обамы вызывает новую волну массовых протестов, в которых участвуют студенты, демонстранты против полицейского произвола, бывшие активисты движения Occupy Wall Street и анархисты. После этого Трамп пытается ввести ЧП и комендатский час в крупнейших городах США.

Центром оппозиции становится Калифорния, где зарождается движение Calexit. Штат отказывается сворачивать меры по охране окружающей среды, чего добивается Трамп. Миллиардеры Элон Маск и Шерил Сэндберг формируют альянс, чтобы бросить выбор Трампу в 2020 году. Это раскалывает правящую республиканскую коалицию: Белый дом и республиканский Сенат «готовы вцепиться друг другу в глотку».

Изоляционизм Трампа и агрессивная политика Владимира Путина заставляют Ангелу Меркель выбирать — возглавить усилия по наращиванию Европой военной мощи против России или последовать совету Трампа и заключить с Путиным глобальную сделку по разделу Восточной Европы на сферы влияния, что приведет к «Ялте 2.0».

Путин утихомиривает хакеров и возвращает истребители в ангары, пообещав прекратить вмешиваться в дела Запада. Взамен Меркель и Трамп признают Украину, Белоруссию и Сирию сферами влияния России. Таким образом, престиж страны, по мнению Путина, восстановлен 26 лет спустя после распада Советского Союза, и он может открыто заявить о своей отставке после последнего президентского срока. Рубль растет на фоне возвращения России в число глобальных игроков.

Разрядка в отношениях с Кубой заканчивается, что вновь толкает ее в объятия Москвы. На острове снова появляются русские радары — в 90 км от Майами. Это чересчур даже для Трампа. Его отношения с Путиным портятся. Все вспоминают кризис 1962 года.

Тем временем, КНР и США начинают торговую войну, причем начинается она с твита Дональда Трампа в 3:17 ночи перед инаугурацией, в котором он обещает наложить огромные пошлины на импорт, обвиняя Китай в манипуляциях с курсом юаня. Пока Трамп едет на церемонию инаугурации, Китай наносит ответный удар, начиная девальвацию юаня, отменяя заказы на самолеты «Боинг» и запрещая продажи iPhone.

В течение года руководство страны занято подготовкой к XIX съезду компартии и возможным перестановкам в ЦК КПК. Оно не может прийти к согласию по вопросу о том, как помочь закредитованной экономике. КНР впадает в глубочайшую рецессию в своей современной истории. В Азии начинаются валютный кризис и рецессия вроде тех, что случились в 1997 году.

Приостановка Трампом участия США сначала в НАТО, а затем в ООН приводит к растерянности союзников Соединенных Штатов и активизации врагов. ИГ радикализирует Среднюю Азию и Афганистан. Тем временем, Саудовская Аравия и Япония начинают работу над собственным ядерным оружием, оставшись без защиты США. КНДР создает ядерную боеголовку, способную достичь западного побережья Америки. Трамп вынужден молить Китай помочь утихомирить своего разошедшегося соседа.

А в Европе в это время побеждают популистские движения, требующие закрытия границ, разрыва соглашений о свободной торговле и даже выхода из ЕС. Марин Ле Пен становится президентом и проводит референдум о выходе Франции из Евросоюза — Frexit. В Италии Беппе Грилло из движения «Пять звезд» приходит к власти в результате досрочных выборов и назначает референдум о выходе из зоны евро. Ангела Меркель проигрывает выборы. Тереза Мэй подает в отставку под давлением стороников жесткого Brexit. В Восточной Европе правоцентристское правительство Чехии идет под крылышко к Кремлю и назначает реферндум по выходу из НАТО. Из-за опасений Frexit шенген отменяется. В Греции новый масштабный кризис, но помощи на сей раз ей ждать неоткуда. Евро при смерти, начинается долговой кризис.

Следом идет глобальная кибервойна, прологом к которой служит признание Apple, Google и Amazon в существовании правительственной системы прослушивания смартфонов, а WikiLeaks вываливает компромат на Трампа. Спонсируемые правительствами хакеры взламывают и отключают у оппонентов объекты критически важной инфраструктуры, больничную аппаратуру или беспилотные автомобили. Ни одно государство ответственности на себя не берет, но все подозревают Россию или КНР. Это приводит к открытой мировой кибервойне сверхдержав.

Антииммигрантская и антимексиканская политика Трампа приводит к масштабному кризису в Мексике, что позволяет набрать очки левым популистам. Появляется угроза национализации нефтяных компаний.

На Ближнем Востоке тоже проблемы: Йемен становится для Саудовской Аравии собственным Вьетнамом. Падает уровень жизни. В регионе усиливаются шииты и главный враг королевства — Иран. В результате военного переворота в Саудовской Аравии к власти приходит новая династия. Поскольку Америка больше не вмешивается в ближневосточные дела, начинается война между Ираном и Саудовской Аравией. Поставки нефти под угрозой. Цена за баррель взлетает до небес.

Специалисты из независимой аналитической компании Nightberg в Нью-Йорке проанализировали «Путеводитель пессимиста» по просьбе Bloobmerg и заключили, что наиболее вероятной является угроза того, что Мексике будет нанесен определенный ущерб политикой Трампа. Достаточно вероятным, следовательно, является риск прихода левых популистов к власти в 2018 году. Возможным также представляется появление нового демократического движения на западном побережье США.

В Nightberg считают также, что нельзя сбрасывать со счетов возможность гонки вооружений в Европе под предводительством Меркель, новости о глобальной правительственной системе прослушки смартфонов, атаки правительственных хакеров, президентство Марин Ле Пен и сворачивание вооруженного вмешательства США.
Антипрезидентские протесты в США, рецеcсия в Мексике, возвращение Кубы под крыло Кремля, переворот в Саудовской Аравии маловероятны. Отставка Терезы Мэй и торговая война США и КНР, по мнению экспертов Nightberg, наименее вероятны из всех угроз, предложенных читателю «Путеводителем» Bloomberg.

«Изоляционизм Трампа в сочетании с торговой войной с КНР — это уже противоречие», — считает младший научный сотрудник сектора внешней и внутренней политики США ИМЭМО РАН Сергей Кислицын.

В западном мире происходят перемены, и прогнозы Bloomberg лишь отражают эти настроения.

«Меняется система сложившегося мироустройства и общественного договора, который пересматривается в Европе и Штатах, — говорит Кислицын. — Раньше консенсус с элитами заключался в том, что следующее поколение будет жить лучше, чем предыдущее. Сейчас это не реализуется. Отсюда нынешний общественный процесс и рост популистских партий, сильная дихотомия между различными партийными течениями, поляризация общества. Если в 60-е не так важно было, республиканец вы или нет, то сейчас партийная принадлежность достаточно точно описывает человека».

Однако изоляционизм в XXI веке, которым пугают эксперты Bloomberg, сейчас едва ли возможен.

«Вектор задан не Трампом, он идет с исторической перспективой, — объясняет Кислицын. — Изоляционизм был возможен в позапрошлом веке. Сейчас Соединенные Штаты втянуты в мировую политику и рынки. Ослабить просто так свое участие, скажем, в Сирии для них будет невозможно. Может быть, некоторый пересмотр торговых договоров, или США поменяют отношение к своим союзникам по НАТО. Но республиканцы давно грозили это сделать. Они недовольны тем, что Европа тратит, по их мнению, недостаточно средств на нужды альянса. Это обычная республиканская риторика. Лозунги изоляционизма — это популизм, который связан со внутриполитическими вопросами и рассчитан на избирателей. Внешняя политика — совсем иное дело. В Овальном кабинете Трамп встретится с реальностью, которую создал не он. Ему придется работать с ней, от его желания ничего не изменится».

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK