11 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

Лучше верить в плохое, чем в хорошее

Соглашение о перемирии между Киевом и ополченцами, достигнутое в ходе переговоров в Минске, предусматривает двустороннее прекращение огня в ночь на 15 февраля и отвод тяжелой техники на 20 километров от линии фронта. Корреспонденты «Профиля» поговорили с людьми на улицах Донецка, задав им вопрос, как они относятся к перспективе перемирия и верят ли, что нынешние договоренности окажутся прочнее предыдущих.  

Лилия, 23 года, парикмахер:

— В перемирие я не верю. Не знаю, хотелось бы, конечно, верить, но в принципе не верю. Надежда на то, что все это прекратится, очень маленькая. В последнее время страшно смотреть новости, я давно уже отказалась от них. И вообще мы недели две уже сидим без связи, воды и света. Я рядом с Песками живу.

Фото: Вадим Брайдов / «Профиль»

Игорь:

— Вам честно сказать? Вы россияне? Будьте вы прокляты! У моего ребенка в выпускном  классе было 42 человека, а осталось семь. Понимаете?! Я только россиян и вижу здесь. Вы что, пришли сюда нас оккупировать? А ваши слова… Посмотрите РТР, кто стреляет? Езжайте на Путиловку, кто стреляет? Где захватили столько снарядов? Откуда? От вас поставляют ребята. Откуда «Грады»? Откуда танки? При чем тут наши шахтеры, которые ну пусть лет 30 назад служили? Я сам танкист, я служил, но я сейчас не сяду в танк, я забыл это. Откуда танкисты? Откуда наводчики? Откуда все стреляют, вы понимаете? Год назад мы кричали «Россия!», а теперь мы вас всех проклинаем, всех! Вы всех поссорили. Все думающие люди отсюда уехали, я один из моих друзей остался. Я поэтому говорю, будьте вы прокляты, россияне, со своим Путиным, со своей страной. Перемирие… Любые войны всегда заканчиваются, но вы рассорили нас так, что теперь мы уже никогда в вашу сторону не посмотрим.

Наталья, 37 лет, дизайнер:

— Надеемся очень. Слышали, смотрели, надеемся, что все к этому отнесутся серьезно. Не знаю, чем это отличается от предыдущих договоренностей, может быть, тем, что уже просто очень хочется мира. А к украинским войскам доверия нету.

Фото: Вадим Брайдов / «Профиль»

Сергей, 40 лет, муж Натальи (на фото вверху):

— Я думаю, что должно все-таки что-то получиться, потому что уже многие стороны задействованы. Может быть, Европа уже начнет как-то действовать, реагировать  на то, что у нас происходит. Потому что раньше Европа просто слушала, что Украина говорит. А теперь они стали сами больше смотреть, и мнение у них изменилось. А если нас никто не будет поддерживать, никто не будет стараться, то произойдет то же самое, что и в первый раз.

Евгения, 67 лет, пенсионерка:

— Я хочу, чтобы был мир и все люди здоровые были, не плакали в кулак. Ляжешь спать, а посуда тарахтит у стенки вот так… Страшно, очень страшно. Молишься, просишь Господа Бога. Должно получиться. А как же? Путин же дал слово. А Порошенко… Что Порошенко? Он видел, как люди гибнут, как дети гибнут. Понимаете, дети гибнут и плачут дети — это очень страшно. Хватит уже людской крови бежать ручьем.

Сергей, 21 год, студент:  

— Думаю, перемирие — это хорошая идея, потому что уже много людей погибло. Кажется, что уже пора им там договориться, и все будет хорошо. Главное, что люди не будут гибнуть. Чем это отличается от прошлого раза? Ну да, тогда тоже было перемирие, а потом украинские власти воспользовались этим шансом, собрали войска и снова пошли сюда. Как будет в этот раз, я не знаю. Снова дают им ополченцы второй шанс, наверное.

Мне вообще кажется, что если будет перемирие, если Порошенко согласится на это, то у всех украинских военных появятся вопросы. Денег им и так уже не платят, но, я думаю, у них возникнет еще больше вопросов… И у их семей тоже. Потому что сейчас украинские власти все на войну списывают: мол, нет денег в стране, потому что война виновата. А если война закончится, то люди на Западной Украине встанут и пойдут к этой же власти спрашивать, где дети, где деньги и вообще, что происходит. Еще месяца 3–4 максимум, и Порошенко уже не будет при власти. Если будет перемирие, то случится второй Майдан, потому что все люди, которые сейчас на фронте, пойдут уже в Киев.

А вот в Донецк люди возвращаться начнут, если правда будет перемирие. Пора бы уже начать город восстанавливать. И у нас не хуже будет жить, чем в Киеве. Потому что у нас свет будет, допустим, по рублю, а у них по пять. У нас газ там за два рубля, а у них за все десять. Они еще к нам прибегут жить. Главное, чтобы не стреляли.

Фото: Вадим Брайдов / «Профиль»

Екатерина, 21 год, студентка:

— Я не могу сказать, что конкретно будет, потому что все понимают, что Украина не держит свое слово. Лучше верить в плохое, чем верить в хорошее, а потом опять обломаться в очередной раз. Это не наша игра, поэтому не могу сказать.

Юрий, 25 лет, ополченец:

— Это не первое перемирие, которое здесь объявлялось. И кончится все, я думаю, так же, как и раньше. Все остальные перемирия нарушались, почему сейчас должно быть по-другому? В Дебальцево сейчас большая группировка — да, у них выбита техника, да, они почти в кольце. Но ведь Дебальцево — это не единственное место, где у них есть силы.  На войне прав тот, кто победил. Сейчас мы их долбанули, поэтому, да, давайте договариваться на наших условиях. Но мне, честно говоря, все равно, о чем они там договариваются. Я знаю, что все продолжится как раньше. Отвод тяжелой техники — это  бред. Ну отведут ее на 20 километров, ну и что? Ничего, по сути, не изменится.

Раиса, 54 года, волонтер, занимающийся гуманитарной помощью:

— Хотелось бы надеяться, но, я думаю, что от украинской стороны не будет никакого толку. Мы не верим в то, что нам пойдут навстречу. Нас просто не видят, то есть нас как бы не существует. Нас, наверное, уже похоронили поэтому. Если перестанут обстреливать город, то уже что-то изменится. Может быть, мы мирную жизнь как-то начнем налаживать. Потому что люди без работы сидят, а вы сами прекрасно понимаете, что это означает.

Фото: Вадим Брайдов / «Профиль»

Наталья, 40 лет, безработная:

— Я очень рада, что объявлено перемирие. Мы здесь хотя бы немного отдохнем от того страха, в котором в последние месяцы живем. Мне очень жалко, что гибнут дети и старики. Они же ни в чем не виноваты. А если кто-то и виноват в чем-то, то даже это не дает никому права убивать. Думаю, что перемирие не продлится долго, нас опять обманут. Зачем мы на него согласились? Ну ведь всем хочется мира. Нужна передышка. Ну и, может быть, наши надеются, что перемирие будет соблюдаться.

Анна, 43 года:

— Я к перемирию  отношусь очень двояко. Потому что сам по себе возврат в Украину очень сложен и люди не принимают того, что сделала с нами Украина. Мы относимся к нему отрицательно. Нужна победа. А из-за перемирия победа будет тормозиться. В конце концов  мы должны быть отдельным государством. А за перемирие я потому, что мы уже устали бояться. Устали от страха, устали  ходить на полусогнутых и быть готовыми каждую секунду прятаться. Ведь здесь донецкая рулетка. Одна секунда — и тебя просто нет. Или ты калека, что еще хуже. Лучше сразу вдребезги. Поэтому я считаю, что Путин поступил правильно. Я его прекрасно понимаю. Может быть, потом он сделает шаг вперед.

Василий, 29 лет, продавец:

— Я надеюсь на перемирие. Президенты уже как бы встретились, решили… До этого была контактная группа, сейчас уже более весомо. Я думаю, должно все наладиться. Посмотрим.

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK