18 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

Мне возмездие

Вряд ли можно однозначно говорить, что в войне с террором Россия с Европой находятся по одну сторону баррикад. Евросоюз на саммите в декабре, как уверяют осведомленные источники, продлит санкции против России, введенные из-за Украины.

Сторонники «Исламского государства» (ИГ), организовавшие череду масштабных терактов, не оставили России и «коллективному Западу» выбора – надо воевать с «халифатом», сомкнув ряды. Но избавиться от накопленного груза взаимного недоверия потенциальным партнерам по антитеррористической коалиции будет непросто.

Воюют все

«Мы будем действовать в соответствии со статьей 51 Устава Организации Объединенных Наций, предусматривающей право государств на самооборону», – заявил Владимир Путин, после того как директор ФСБ Александр Бортников проинформировал его о причастности террористов к крушению российского аэробуса над Синайским полуостровом. При этом, особо отметил Путин, операция российских Воздушно-космических сил в Сирии будет продолжена. «Она должна быть усилена таким образом, чтобы преступники поняли, что возмездие неизбежно», – сказал президент.

Возмездие не заставило себя долго ждать. Как сообщил министр обороны Сергей Шойгу в минувший вторник, Россия вдвое увеличила интенсивность авиаударов по запрещенной в России группировке «Исламское государство», впервые задействовав стратегические бомбардировщики. Бомбардировщики Ту‑22 М3 атаковали объекты, в частности, в провинции Ракка, которая считается оплотом ИГ, а стратегические Ту‑95 МС и Ту‑160 выпустили по целям в провинциях Идлиб и Алеппо 34 крылатые ракеты.

Удвоение усилий российской авиации в Сирии позволит «наносить мощные точные удары по объектам ИГИЛ на всю глубину территории Сирии», – подчеркнул министр обороны.

По официальным данным, с 30 сентября, когда началась операция в Сирии, Воздушно-космические силы выполнили почти 2,3 тысячи вылетов и нанесли более 4,1 тысячи ударов. «Уничтожено 562 пункта управления, 64 лагеря подготовки террористов, 54 завода по изготовлению вооружений и боеприпасов», – докладывал на минувшей неделе президенту начальник Генштаба Валерий Герасимов. По словам Герасимова, при поддержке с воздуха правительственные войска вернули контроль более чем над 500 квадратными километрами территории и освободили 80 населенных пунктов.

Есть ли связь между серией терактов и возросшим военным давлением на ИГ? «Россия не в первый раз сталкивается с варварскими террористическими преступлениями, чаще всего без всяких видимых причин, внешних или внутренних, так, как это было со взрывом на вокзале в Волгограде в конце 2013 года», – заявил Путин на совещании с директором ФСБ, который докладывал о причинах крушения аэробуса 31 октября.

Фото: Михаил Воскресенский/РИА Новости

На заседании дискуссионного клуба «Валдай» 22 октября Владимир Путин говорил, что угроза террористических ударов в России от операции ВКС в Сирии не стала ни больше, ни меньше. «Она была и есть, к сожалению», – подчеркнул президент.

«Вот мы не предпринимали никаких действий в Сирии. Что заставило террористов нанести удар в Волгограде на железнодорожном вокзале? Ничего. Просто их человеконенавистническая ментальность, отношение к жизни людей, борьба с Россией как таковой», – сказал тогда Путин.

В США мотивы исламистов оценивают иначе. «Обе стороны наращивают интенсивность своих действий. Мы начинаем наносить больше ударов в Сирии и Ираке, и ИГ также осуществляет больше атак», – цитировала The New York Times бывшего директора Национального контртеррористического центра США Мэтью Олсена. «Мне ясно, что у ИГ имеется внешняя повестка дня, что они исполнены решимости проводить атаки такого рода» – так публично прокомментировал недавние теракты директор ЦРУ Джон Бреннан.

«Исламское государство» уже не региональная проблема, а вызов глобальной безопасности», – говорит эксперт вашингтонского «мозгового центра» The Brookings Institution Майкл О’Хэнлон. По мнению эксперта, сила ИГ в умении воспользоваться хаосом в Ираке и Сирии – именно там, где, согласно апокалиптической исламской теологии, состоятся великие битвы будущего.

«Уничтожить этих ублюдков»

Российские ВКС не только увеличили интенсивность бомбардировок, но и расширили список своих целей. На минувшей неделе началась «свободная охота» на автоцистерны с нефтепродуктами, принадлежащими ИГ. Как рассказал журналистам начальник главного оперативного управления Генерального штаба Вооруженных сил России генерал-полковник Андрей Картаполов, авиагруппа ВКС за несколько дней уничтожила около 500 бензовозов, нелегально перевозящих нефть из Сирии на переработку в Ирак. «Это существенно снизило возможности боевиков по незаконному экспорту энергоносителей и, соответственно, их доходы от контрабанды нефти», – отметил генерал.

Американская военная авиация также нанесла в Сирии удар по автоколонне с нефтью, предназначенной для продажи за рубеж, сообщили американские СМИ. Операция по уничтожению сети нелегального экспорта нефти получила название Tidal Wave 2 («Приливная волна‑2») по аналогии с ударами союзников во время Второй мировой войны по нефтяной промышленности Румынии, союзницы Германии.

Как отмечает The New York Times, раньше американские военные избегали ударов по перевозящим нефть грузовикам из-за боязни жертв среди местного населения.

Буквально за несколько часов до терактов в Париже Барак Обама заявил в интервью телеканалу ABC, что американским военным удалось сдержать «халифат». «Им не удалось захватить территории в Ираке, в Сирии они будут появляться, будут уходить, но вы не увидите систематической территориальной экспансии ИГ», – сказал тогда Обама. При этом, признался он, США пока не удалось полностью обезглавить командные структуры террористов.

Заявление Обамы спровоцировало шквал критики, особенно его донимали журналисты на саммите G20, проходившем в турецкой Анталье. «Почему самая могущественная в военном плане держава не может наконец уничтожить этих ублюдков?» – спросил корреспондент телеканала CNN президента США.

США противостоит не традиционный военный противник, пытался объяснить свою позицию Обама. «Мы можем освободить территорию и удерживать ее, пока там будут наши войска, но это не решает основной проблемы, связанной с искоренением динамики, которая порождает подобные экстремистские вооруженные группировки», – признался американский президент.

Фото: Дмитрий Виноградов/РИА Новости

После терактов в Париже французские ВВС также отбомбились по целям в Сирии – ранее они предпочитали объекты ИГ в Ираке. Президент Франции Франсуа Олланд проведет переговоры с президентом США Бараком Обамой 24 ноября в Вашингтоне, а 26 ноября приедет в Москву на переговоры с Владимиром Путиным.

«Сегодня нужно объединить в рамках большой коалиции усилия всех сторон, которые борются с «Исламским государством». Именно в этом контексте в ближайшие дни я встречусь с президентом Обамой и президентом Путиным, чтобы объединить наши усилия и добиться результатов», – сказал Олланд журналистам.

«Прежде чем сообща лететь бомбить ИГ, нужно спросить себя: это действительно то, что нужно? Думаю, что проблема ИГ шире, чем предлагаемые военные пути ее решения. Тут есть много вопросов, связанных с популярностью радикальных идей среди жителей такой, казалось бы, мирной Европы. Я бы сказала, что для европейцев ИГ – не только внешняя проблема, но и внутренняя», – считает эксперт фонда «Карнеги Европа» Джуди Демпси.

«Как с союзниками»

Франция, планирующая расширить масштабы своей операции против ИГ, на минувшей неделе отправила к берегам Сирии атомный авианосец «Шарль де Голль». Владимир Путин поручил командиру ракетного крейсера «Москва», который уже находится в Средиземном море, наладить взаимодействие с французскими коллегами. «Нужно установить с французами прямой контакт и работать с ними, как с союзниками», – сказал Путин.

Сейчас у берегов Сирии действует российская группировка ВМФ в составе до десяти боевых кораблей и нескольких судов обеспечения трех флотов – Черноморского, Балтийского и Северного. Гвардейский ракетный крейсер «Москва» – флагман этой группы.

Возможно, российские и французские моряки смогут «работать, как союзники». Но подозрительность и взаимное недоверие пока что очевидны в отношениях между Россией и Западом в целом. «Беда США и созданной ими коалиции заключалась в том, что хоть они и объявили, что коалиция создается исключительно для борьбы с ИГ и прочими террористами и не будет вести каких-либо военных действий против сирийской армии (практика показывает, что они не нарушили этого слова), но нанесенные ими удары по позициям террористов и анализ этих ударов на протяжении более одного года позволяют сделать вывод, что били они избирательно, я бы сказал, щадяще и в большинстве случаев не трогали те подразделения ИГ, которые могли всерьез потеснить сирийскую армию», – заявил на прошлой неделе министр иностранных дел России Сергей Лавров в эфире телеканала «Россия 1».

По версии главы российского дипломатического ведомства, США хотят, чтобы ИГ как можно быстрее ослабило режим Асада и он отказался от власти. Но одновременно с этим в США опасаются чрезмерного усиления «халифата».

Западные СМИ отметили, что атмосфера на переговорах Путина и Обамы на саммите G20 в Турции была не столь напряженной, как раньше, по крайней мере президенты стали больше улыбаться.

«Мы подождем и посмотрим, действительно ли Россия переместит центр внимания своей военной операции на объекты ИГ, и если это произойдет, то мы это поприветствуем», – был крайне осторожен Обама в своих оценках перспектив сотрудничества России и США. При этом, отметил он, между Вашингтоном и Москвой сохраняются разногласия по поводу того, должен ли Башар Асад остаться у власти.

«Стратегическая цель – борьба с ИГИЛ – это то, в чем мы полностью имеем абсолютно одинаковые позиции», – заявил журналистам пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. Но пока о прикладном взаимодействии Москвы и Вашингтона в борьбе с терроризмом говорить рано.

Фото: EPA/Vostock Photo«Тот факт, что поначалу российские военные наносили удары по группировкам, которые поддерживали США, оставили очень плохое впечатление», – объясняет сдержанность Обамы директор программы «Россия и Евразия» вашингтонского Центра стратегических и международных исследований Олга Оликер. Есть пространство для сотрудничества, но для этого необходимо укрепление доверия друг к другу, которое нынче отсутствует, отмечает эксперт. «Но даже если США и Россия будут сотрудничать в военной сфере и в области политического урегулирования конфликта в Сирии – будет ли этого достаточно, чтобы победить «Исламское государство»? Недавняя история военных интервенций на Ближнем Востоке не дает особых оснований для оптимизма», – считает Оликер.

В войне с террором мы с Европой по одну сторону баррикады? Ответ на этот вопрос тоже не столь однозначный, как хотелось бы.

Евросоюз на саммите в декабре примет решение продлить санкции против России, сообщил на минувшей неделе корреспонденту ТАСС европейский источник, близкий к Совету ЕС. «Конечно, есть разные мнения на этот счет в странах ЕС, но, несмотря ни на что, санкции самым тесным образом связаны с минскими соглашениями. А они, нужно признать, не полностью реализованы на сегодняшний день, поэтому ограничительные меры будут продлены», – сказал он.

«Если брать позицию ЕС в целом, то все не может быть так просто: вы нам то, мы вам это. Скажем, Ангела Меркель точно не пойдет на какую-либо кооперацию с Путиным, подразумевающую снятие санкций, – предполагает Джуди Демпси. – Вне всякого сомнения, санкции сейчас с России не снимут».

Дискуссия о новом курсе в отношении России в ЕС действительно идет, говорит эксперт. И позиция «если нам нужна Россия, то не стоит ли подвести черту под украинским кризисом» тоже имеет место. «Но я не думаю, что сейчас она возобладает. Слишком рано», – говорит Демпси.

Сохранение режима полуизоляции Россию не пугает, судя по заявлениям дипломатов. «Но сейчас такая ситуация в мире в эпоху глобализации, в эпоху взаимозависимости, что если будут опускать железный занавес, то ненароком могут себе чего-нибудь прищемить», – предупредил министр иностранных дел Сергей Лавров в интервью «Радио России».

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK