10 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

Установка на блицкриг

Сирийская Ракка и иракский Мосул, находящиеся под контролем ИГИЛ (запрещена в РФ), будут освобождены в течение полугода. Об этом заявил командующий войсками международной коалиции генерал-лейтенант армии США Стивен Таунсенд. Еще недавно он называл совсем другие сроки — от двух месяцев до двух лет. Эксперты говорят, что в случае с Мосулом сроки реальные, а вот с Раккой могут возникнуть проблемы. В любом случае, решающим будет вклад американской армии.

«В ближайшие шесть месяцев, я думаю, мы увидим завершение обеих кампаний [в Ракке и Мосуле]», — сказал Таунсенд в среду в окрестностях Багдада. Он добавил, что ждет начала сражений за западную часть Мосула уже на днях (восточную половину города коалиции удалось освободить в январе).

За последнее время планы Таунсенда несколько раз кардинально менялись. В середине декабря он заявлял, что освободит иракский город за два месяца — то есть до конца февраля. «Я думаю, что иракские войска будут работать в Мосуле еще несколько недель, скорее всего, еще пару месяцев», — утверждал генерал. Через несколько дней после этого он признал, что возврат контроля над Мосулом и Раккой займет не меньше «двух напряженных лет работы». Виной тому жестокость боевиков ИГИЛ и большое количество времени, которое было у них для подготовки к отражению нападения.

Операция по освобождению Мосула от боевиков «Исламского государства» началась в январе 2015 года. Тогда основная роль была возложена на курдские отряды «Пешмерга», которые с воздуха поддерживала авиация коалиции. Успех первых дней, когда курдам удалось взять под свой контроль несколько деревень в окрестностях города, развить не удалось. Перегруппировка и поиск подкреплений заняли чуть больше времени, но в марте 2016 года было объявлено о новой операции под названием «Фатах». В ней участвовали не только курдские ополченцы, но и регулярная армия Ирака. Однако и в тот раз занять Мосул не получилось.

Новый штурм начался 17 октября. На этот раз иракские правительственные войска составили костяк наступления. Премьер-министр страны Хайдер аль-Абади призывал гражданское население города всячески содействовать армии, уверяя, что взятие Мосула — лишь вопрос времени. Помощь кадровым военным снова оказывали отряды «Пешмерга», а также шиитское и суннитское ополчение под прикрытием самолетов союзников. Общая численность вооруженных формирований, противостоящих боевикам, на первых порах достигала 85 тысяч человек. Многие наблюдатели тогда говорили о том, что для Вашингтона принципиально завершить операцию до президентских выборов — так администрация Барака Обамы доказала бы эффективность своих методов борьбы с ИГИЛ и мотивировала бы граждан голосовать за Хиллари Клинтон.

Уже через неделю после начала операции курдам из отрядов «Пешмерга» удалось отвоевать территории, населенные их соотечественниками. На этом бойцы посчитали свою задачу выполненной и прекратили наступление. Иракские военные, лишившись поддержки, не смогли развить успех. В своих неудачах они винили мирных жителей, которые якобы поддерживают боевиков и оказывают сопротивление освободителям. При этом основное оружие боевиков и их сторонников — автомобили со смертниками, начиненные взрывчаткой. Отчасти это связано с тем, что большинство населения Мосула — сунниты, которые враждуют с шиитами в руководстве Ирака. Во времена президентства Саддама Хусейна город, напротив, пользовался преференциями со стороны властей и сотрудничал с ними.

28 декабря иранский МИД заявил об освобождении большей части Мосула — 40 кварталов из 56. Месяц спустя Багдад объявил о том, что контролирует уже всю восточную половину города (районы на левом берегу Тигра). После этого активная часть противостояния практически сошла на нет. Западная часть по-прежнему остается под властью исламистов. По словам Таунсенда, сейчас иракские военные группируются на входе в западный Мосул. «Этот бой будет труднее», — сказал генерал-лейтенант.

Военный обозреватель Павел Фельгенгауэр считает, что в нынешней ситуации взять Мосул можно и быстрее, чем за полгода. «Там вокруг города сложилась устойчивая коалиция, вполне боеспособная. Хотя в Москве говорили, что они якобы не справляются. Но нет, справились — половину города отбили», — отметил он в разговоре с «Профилем».

Наступление на Ракку, которая была захвачена исламистами в августе 2013 года и с тех пор считается «столицей» ИГИЛ, началось в июне прошлого года. В нем участвуют правительственные войска и «Демократические силы Сирии» (ДСС; образованный осенью 2015 года альянс сирийских, курдских, туркменских и армянских отрядов). Авиация стран коалиции, как и в случае с Мосулом, прикрывает наземную операцию с воздуха. Участие в штурме сирийских курдов сильно не нравится Турции, которая уже много лет борется с курдами на своей территории из опасений создания ими национальной автономии, и это осложняет наступление. Международная коалиция и ее сторонники рассчитывали на помощь Анкары, турецкий премьер Бинали Йылдырым в ноябре заявлял, что его страна не присоединится к операции, пока в ней участвуют курдские отряды.

В начале декабря Барак Обама снял законодательные ограничения, которые мешали Вашингтону отправлять тяжелые вооружения в Сирию (закон AECA, некоторые положения которого были отменены, регламентирует поставки оружия за границу с 1976 года). Тогдашний министр обороны Эштон Картер говорил, что это позволит союзникам США лучше подготовиться как раз к штурму Ракки. Тогда же Вашингтон сформировал еще одну группировку для борьбы с ИГИЛ в ее «столице», которая получила название «Сирийские элитные силы». В ее состав вошли бойцы, боровшиеся с исламистами еще в 2013 году, а возглавил отряд влиятельный оппозиционер Ахмад аль-Джарва.

«А вот с Раккой сложнее, чем с Мосулом — говорит Павел Фельгенгауэр. — Там уже непонятно. Это больше политический вопрос. Местные противники "Исламского государства", судя по всему, друг друга не любят больше, чем само "Исламское государство". Турки хотят резать курдов, курды — турок. Поэтому полгода — вполне условный срок. Там Эль-Баб не могут взять. Хотя казалось бы, маленький город».

На прошлой неделе ДСС объявили о начале третьего этапа операции. Он направлен на изоляцию Ракки от окрестностей, которые контролируются боевиками. Только после этого можно будет атаковать сам город. Таунсенд, который готовится к долгому противостоянию, надеется, что даже после его окончания американские войска смогут остаться в Ираке. Их вывод был бы ошибкой, считает генерал-лейтенант.

С ним согласен новый министр обороны США Джеймс Мэттис. Месяц назад он говорил, что Вашингтону следует не просто сохранить сове влияние в Ираке после взятия Мосула, но и усилить его. Политика Белого дома в отношении этой страны должна, по мнению министра, стать частью комплексной региональной стратегии.

Определенные надежды с новым главой Пентагона связывает член оппозиционного Сирийского национального совета (СНС) Махмуд аль-Хамза. «Если США захотят, они могут справиться и за полгода. Джеймс Мэттис вполне способен решить этот вопрос. Но главное, чтобы они захотели этого. А то они могут в одном месте создать напряжение, а в другом ослабить. Если бы США лучше старались, могли бы взять Мосул и Ракку еще в прошлом году. Вы посмотрите на Пальмиру. Как могут боевики проехать несколько тысяч километров и взять Пальмиру на глазах у войсках Асада, Ирана и России? На глазах у всех?», — сказал он «Профилю».

Между тем, официальный представитель штаба коалиции Джон Дорриан отказался подтвердить озвученные Таунсендом планы: «Что бы он ни говорил под запись, я полностью это поддерживаю. Но этого заявления я не видел и не могу подтвердить его на данный момент».

«Я вообще считаю, что ИГИЛ — это не просто организация. Она наверняка связана с США и Западом. Ее создавали, чтобы морочить голову народам на Ближнем Востоке, чтобы заставить наши страны согласиться с какой-то новой схемой. Надо, чтобы мы друг друга убивали и разрушали, чтобы потом сказать: "Хотите еще или примете новый порядок?"», — сказал сирийский оппозиционер Махмуд аль-Хамза.

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK