13 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

Охота на «Систему»

Последний иск «Роснефти» к АФК «Система» и наложенный Арбитражным судом Башкирии арест на ее имущество фактически обрекает эту компанию на умирание. А государство абсолютно равнодушно наблюдает за разорением одной из крупнейших российских хозяйственных структур.

12 декабря Арбитражный суд Башкирии пошел навстречу НК «Роснефть» и арестовал по ее новому иску к АФК «Система» (сумма которого увеличила общие претензии нефтяников к многоотраслевому конгломерату до 302 млрд рублей) целый ряд активов: 52,1% акций торгового дома «Детский мир»; 90,5% агрохолдинга «Степь»; 71,9% МТС-банка, все акции фирмы «Система Телеком Активы» и некоторые другие пакеты ценных бумаг. Собственно говоря, на данный момент по двум искам арестовано все имущество АФК «Система», но даже оно, по мнению «Роснефти», не покрывает требований нефтяной госкорпорации. Это означает, что «Роснефть» прекрасно осознает, что доводит частную несырьевую компанию до банкротства.

На сегодняшний день формально АФК «Система» может продолжать функционировать — условия ареста имущества предполагают невозможность продажи имущества и получения по нему доходов, но якобы не запрет оперативной деятельности. Но если смотреть объективно, то компании перекрыли кислород — она не просто не может больше инвестировать деньги в проекты, по сути, недалек день, когда она не сможет платить по своим долгам и выплачивать зарплату сотрудникам. «Роснефть» обрекла «Систему» на умирание.

Наблюдение за происходящим порождает три вопроса — и все они обращены, разумеется, к государству.

Во-первых, на наших глазах разворачивается шантаж одной из крупнейших российских хозяйственных структур. Открыто утверждается, что новая претензия была необходима «Роснефти» для понуждения «Системы» к мировому соглашению по первому иску. Я даже не говорю о том, что именно власти должны препятствовать таким методам «понуждения к миру»; важнее, на мой взгляд, то, что происходит разрушение успешных компаний, в которых еще год назад работали более 155 тысяч человек, и которые по итогам 2016 года заплатили 60,5 млрд рублей налогов в бюджеты разных уровней. Зачем государству потворствовать такому ходу развития событий — тем более в условиях, когда следовало бы продемонстрировать позитивное и партнерское отношение к бизнесу, мне сложно судить. При этом я, разумеется, понимаю, что апелляция к интересам рабочих АФК «Система», состоянию бюджета или к трудностям, которые могут возникнуть в смежных организациях, практически бессмысленны. В период, когда экономические соображения с неизбежностью приносятся в жертву политическим, они не будут, да и не могут быть услышаны. Государство не хочет защищать частного инвестора, и это плохой сигнал как для текущих темпов развития экономики, так и для ее общей инвестиционной привлекательности. Почему так происходит, даже несмотря на далеко еще не закончившийся кризис — вопрос вовсе не риторический.

Во-вторых, оба иска не могут не вызывать вопроса о соответствии занимаемым должностям финансовых руководителей «Роснефти». Сейчас дело выглядит так, будто они согласились в октябре 2016 года выплатить 329,7 млрд рублей за компанию, которая на деле была чуть ли не «черной дырой», если сейчас оказывается, что ее реальные активы должны были быть практически вдвое (а точнее, на 302 млрд рублей) больше. Еще более фантастическим является сам факт подачи иска в отношении АФК «Система» со стороны «Роснефти»: ведь если пресловутые реорганизации были произведены в начале 2010-х годов, и в тот же период были выплачены дивиденды, то единственным пострадавшим в такой ситуации могло быть государство: это ему вернулась якобы обворованная «Башнефть» в 2014 году, и именно оно из-за деятельности прежних собственников не смогло продать актив новому инвестору за куда бóльшую сумму — как минимум за 600 млрд рублей. И в этом случае вопрос о том, почему Росимущество никак не заявляет о своих правах на выведенные активы и на дивиденды, выплаченные за период, когда «Башнефть» была незаконно отчуждена от государства, пока тоже нет ответа. И этот момент кажется мне самым странным во всей истории — ведь, насколько я понимаю, «Роснефть» еще не стала официальным агентом правительства по взысканию и возврату незаконно отчужденного государственного имущества…

В-третьих, из истории с «Башнефтью» очевидно вырисовывается, что вся «жизнь» этой компании была одной сплошной цепочкой нарушений. Прежде всего это относится к начальной ее приватизации, когда в 2002 году пакеты акции компаний башкирского ТЭКа были скуплены в интересах сына главы республики. Второй шаг случился в 2005-м, когда АФК «Система» купила остававшиеся в собственности республики блокирующие пакеты акций тех же компаний. Третий эпизод касается покупки «Системой» долей, контролировавшихся Уралом Рахимовым в 2009 году. И, наконец, оценка, по которой 50,02% компании были в 2016 году проданы «Роснефти», с учетом нынешних исков выглядит, мягко говоря, не слишком обоснованной. И тут возникает вопрос: почему во всех этих случаях, как только возникает почва для судебных и уголовных дел, под угрозой оказываются только покупатели, но ни в коем случае не продавцы? Наказаны ли те, кто за бесценок продал часть акции предприятий башкирского ТЭКа в 2002 году и реализовал оставшиеся пакеты в 2005-м? Кто ответил за бездействие государства по возврату активов «Башнефти» в 2014-2016 гг.? И кто — за явное занижение продажной стоимости компании в 2016-м (ведь выиграй сейчас «Роснефть» все дела против «Системы», окажется, что «Башнефть» перешла к ней за 28 млрд рублей — то есть почти в пять раз меньшую сумму, чем в 2009 году за актив заплатил Евтушенков. Однако, насколько мне известно, «в течение всего времени "охоты" за "Башнефтью" ни один государственный служащий не пострадал». Что довольно странно.

Конечно, все стороны нынешних громких судебных разбирательств действуют, руководствуясь собственными интересами. Интерес правительственных чиновников состоит о том, чтобы их не обвинили в коррупционной природе приватизационных сделок в 2002, 2005 и 2016 гг. Интерес «Роснефти» состоит в том, чтобы «задним числом» превратить покупку «Башнефти» в почти дармовую сделку (по образу и подобию 2003 года, когда компании удалось в суде оспорить налоговые претензии к «Юганскнефтегазу», из-за которых тот собственно и был продан, — и тем самым решить проблемы падающей прибыли при нарастающем долге. И все эти интересы неизменно принимаются российскими судами во внимание — но только на интересы АФК «Система», состоящие в сохранении частного несырьевого бизнеса, никто, похоже, не собирается обращать внимания.

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK