10 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

Пусть проигравший пашет

Колумбия решилась на эксперимент, цель которого – установить мир, положить конец бойне, «приручить» боевиков. Лагеря ФАРК по всей стране превращаются в центры перевоспитания. Это стало следствием договоренности о мире между президентом Колумбии Хуаном Мануэлем Сантосом и главой ФАРК Тимолеоном Хименесом. Война, продолжавшаяся больше 50 лет, завершилась в сентябре 2016 года.

Каждое утро ровно в десять громко заводится дизельный генератор: люди в джунглях тоже хотят в интернет. Это боевики ФАРК – точнее, бывшие боевики: государство установило для них спутниковую тарелку, чтобы они начали жить «здесь и сейчас». Годами, десятилетиями партизаны были отрезаны от внешнего мира, существовали без Сети, без телефонов, почти как племя аборигенов, правда, под постоянным обстрелом и в окружении растяжек и минных полей.

Месяц назад они не догадывались о существовании Google. Они были народной армией, способной заниматься военным делом при 34 градусах Цельсия и 100‑процентной влажности воздуха.

Теперь, с наступлением мира, военные учения им запретили. Участники герильи лежат в своих деревянных сараях, многие с подержанными мобильниками в руках, недавно розданными государством. Сотовая связь «в прошлой жизни» для них тоже была табу, чтобы враг не мог их запеленговать. Теперь они не отрывают глаз от дисплеев и учатся проставлять лайки на ролики или находить друзей в Facebook среди незнакомцев. Это их первые шаги назад, в современность.

Партизанское племя

Колумбия решилась на редчайший эксперимент, цель которого – установить мир, положить конец бойне, «приручить» одичавших боевиков, которые должны стать приличными гражданами. Лагеря ФАРК по всей стране превращаются в центры перевоспитания. Здесь, на юге Колумбии, недалеко от границы с Эквадором, на территории, равной площади футбольного поля, размещаются 80 человек. Это бывшие эксперты по взрывчатым веществам, снайперы, разведчики, специалисты по пыткам. Все они с детства воевали против правительства в составе Революционных вооруженных сил Колумбии (ФАРК). И как из банды марксистов‑ленинистов, положивших жизни на алтарь борьбы с правительством, сделать законопослушных обывателей?

Для большинства колумбийцев такие люди, как Уиллингтон Ортис, – это террористы, убийцы. На его счету много жизней военнослужащих, чьи винтовки становились трофеями ФАРК. У каждого из убитых были родители, братья, сестры, дети. Уиллингтон понимает, что у многих есть причины его ненавидеть, но не понимает другого: почему его считают «террористом», а его заклятых врагов из правительственных войск – «солдатами»? Или война бедных всегда и везде называется терроризмом, а террор богатых – войной? Уиллингтон Ортис вступил в ряды ФАРК из-за любви. Ему было семнадцать, отец владел кофейной плантацией близ Кали, а самого Уиллингтона еще звали Алекс Варгас. Новое имя ему дала герилья. Девушку, в которую он влюбился, кофе не интересовал, она рассуждала о классовой борьбе, справедливой Колумбии, ФАРК – «народной армии», похищавшей колумбийцев и помогавшей Пабло Эскобару наводнять Америку кокаином, чтобы скопить денег на революцию. Вместе с ней он ушел в партизаны.

Прошло 33 года. Из сотни рекрутов, вступивших в ряды ФАРК вместе с ним и быстро ставших для него больше чем просто товарищами по оружию, в живых остался он один. Ту девушку всего через несколько недель разорвало на куски осколками бомбы. Долго ждать не пришлось – у мужчины появилась личная причина воевать.

Уиллингтон рассерженно захлопывает ноутбук: «Там столько лжи, в этом фейсбуке». Он прочитал много неправды о герильи, и его мотивация сдать M16 не усилилась. Уиллингтон Ортис не исключает, что вступит в партию, которую вскоре планируется создать. Но он не единственный, кому такой шаг кажется весьма рискованным. Активистов‑экологов, защитников прав человека, рабочих на фермах часто убивают. Обещанная аграрная реформа левого толка, направленная на более справедливое распределение земельной собственности, в Колумбии не может основываться на консенсусе, за нее приходится платить кровью. Все «кандидаты в политики» в лагере боятся одного: получить пулю на остановке автобуса или произнося речь с трибуны.

Фото: EPA/Vostock Photo

Снова увидеть детей

У мира есть и хорошие стороны, даже для колумбийских партизан. В лагере организовано трехразовое горячее питание; по воскресеньям звучит музыка. В первой половине дня – «Интернационал», Hasta siempre comandante и прочие революционные песни, после обеда поет Шакира.

Касика Атауальпа, привлекательная женщина с темными глазами, одна из немногих радуется миру. Ее муж Рамиро Дура – «секретарь ячейки по агитации и пропаганде».

Касика – мать двоих детей. Когда здесь все завершится, говорит она, можно будет поехать к ним. Они живут у родителей Рамиро, и недавно их привозили в лагерь. Хосе исполнилось семь лет, в первые шесть из которых она ни разу его не видела. Второму ребенку всего несколько месяцев. Когда он появился, уже было ясно, что ФАРК долго не просуществует. Сейчас в лагере шесть женщин ждут прибавления, хотя партизанам запрещено иметь детей.

Если двое понимают, что любят друг друга, то они идут к командиру, который всегда должен знать, кто и где находится. Без его разрешения нельзя ни покурить, ни влюбиться. Парочки, годами воевавшие в одном отряде, разлучались навсегда, коль скоро командир отдавал приказ о переводе одного из влюбленных.

Предатель остается предателем

Скоро Борис Фореро реже будет бывать в элитных отелях Боготы. Постоянное место профессор психологии до сих пор не нашел, агентство теперь тоже будет давать ему меньше работы: не тот профиль. Для дезертиров, бежавших из джунглей до установления мира, лучше собеседника не найти, он мог апеллировать к собственной биографии. Однако для остальных боевиков он, как и раньше, предатель, «они со мной не станут и разговаривать». Борис перешел на сторону врага; окончание войны этого уже не изменит.

С тех пор как для Бориса наступил мир, не проходит и дня, чтобы он не вспоминал о войне. Там все понятно: есть черное, и есть белое. Мир всегда серый. Мир – это тоже борьба. Не каждый день за жизнь и смерть, но от ее исхода зависит, как ты будешь жить и насколько такая жизнь тебя будет устраивать.

Раньше Борис Фореро ходил с винтовкой и чувствовал свою важность: он хотел сделать мир лучше. Сегодня он ищет работу, чтобы выжить. Он и все те, кто еще только выйдет из джунглей, для многих колумбийцев навсегда останутся чудаками, не знающими элементарных вещей, таких как Siri. Нескольким тысячам партизан предстоит вернуться в цивилизацию. Они – одичавшие воины проигранной войны, многим из которых не стать победителями и в условиях мира.

Публикуется в сокращении

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK