13 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

Реанимация Детройта

Человек, которого можно назвать одной из важнейших фигур в Детройте, приехал сюда достаточно давно, чтобы привыкнуть к разочарованиям. Еще в 80-е годы, когда был сдан в эксплуатацию так называемый Центр Ренессанс, преуспевающий менеджер Мэтт Каллен уверовал: теперь дела пойдут в гору. То же чувство было у него и в 90-е, когда власти форсировали проектирование новых футбольных и бейсбольных стадионов в центре города. Или в 2000-е, когда здесь открылось сразу несколько казино.

Однако вместо долгожданных перемен к лучшему американский автоград продолжал погружаться в экономическую трясину. Все эти имиджевые проекты разве что замедляли спад, но не могли его остановить или тем более переломить тенденцию. В какой-то момент даже у Каллена возникло опасение, что правы скептики и городу уже не помочь, как ни старайся.

Город-банкрот

Сегодня старые надежды возрождаются. Неужели на этот раз все действительно будет иначе? «Непременно, — убежден Каллен. — Абсолютно все!» Лицо топ-менеджера, обычно лишенное эмоций, становится почти детским, 58-летний мужчина сияет как маленький мальчик, рассуждающий о чем-то великом. Чтобы убедиться, «какую масштабную деятельность» здесь развернули, достаточно выглянуть в окно.

Каллен возглавляет концерн Rock Ventures, который принадлежит миллионеру Дену Гилберту и который инвестировал за последние годы 1,6 млрд долларов в центр Детройта, создал тысячи новых рабочих мест, фактически восстановил десятки зданий и привлек множество арендаторов.

«Главное отличие от провалившихся попыток в прошлом состоит в том, что на этот раз за дело взялись не одиночки», — говорит Каллен. Широкое движение объединяет простых граждан, людей искусства, политиков и прежде всего бизнесменов.

Неужели город, который как никакой другой олицетворяет расцвет индустриального общества и его закат, и население которого с некогда 1,8 миллиона жителей сократилось до менее чем 700 000, действительно возрождается? С самого мрачного дня в его истории прошло всего полтора года: не далее как в июле 2013 года городские власти, накопившие непомерные долги в размере 18 млрд долларов, заявили о неплатежеспособности. Это было крупнейшее банкротство муниципалитета в истории США.

Статистика по-прежнему рисует картину урбанистических руин посреди крупнейшей экономики в мире: доход на душу населения почти в два раза ниже среднего по стране, процент живущих за чертой бедности — почти в три раза выше. Десятки тысяч домов пустуют, 40% уличных фонарей неисправны. Если вашей жизни угрожает опасность и вы звоните в полицию, ждать прибытия патрульной бригады придется почти в два раза дольше, чем в большинстве других городов. Школы находятся в жалком состоянии, система общественного транспорта толком не работает.

Такой катастрофический Детройт не преобразится в одночасье, даже если после завершения процедуры банкротства в середине декабря у города появились средства в размере 1,7 млрд долларов, которые могут быть инвестированы в ближайшие годы. В то же время давно существует второй Детройт, наполненный жизненной энергией, креативностью, предпринимательским духом. Поскольку в последние годы система городского управления фактически не работала, до губернатора штата далеко, а до президента страны еще дальше, жители взяли свою судьбу в собственные руки, и никто им не стал вставлять палки в колеса.

Миллиардер Ден Гилберт скупил чуть ли не пол-центра Детройта. А Вероника Скотт, работая над своим дипломным проектом по дизайну, возглавила собственную фирму, возможно, с самой интересной социальной бизнес-моделью в США.

Одежда для бездомных

В колледже поставили задачу: разработать концепцию продукта, который мог бы принести пользу. И Скотт, детство которой прошло в стесненных условиях, решила обратиться за идеями к людям в самом низу общества: в Детройте насчитывается 20 000 бездомных, и мало кому из них удается найти место в ночлежке. Тому, кто живет на улице, нужная теплая куртка, подумала Вероника, ведь зимы в этих краях холодные. Бездомные объяснили дизайнеру: куртка — вещь хорошая, но спальный мешок лучше. Тогда Скотт придумала куртку-трансформер, которая может превращаться в спальный мешок. Когда она, гордая собой, представляла новинку, одна бездомная возмутилась: мол, нам нужны не эти твои куртки, а работа. Так родился The Empowerment Plan — стартап, занимающийся пошивом таких курток. Фирма разместилась в бизнес-инкубаторе Ponyride, который появился благодаря частной инициативе и должен вдохнуть жизнь в этот негостеприимных уголок Америки.

Сегодня на 25-летнюю бизнес-леди трудится почти два десятка швей, которые до этого сами жили на улице. На каждом собеседовании Скотт повторяют слова, которые могли бы стать новым девизом Детройта: «Неважно, чем вы занимались до этого. Для меня имеет значение только то, чем вы будете заниматься у нас». Швеи могут зарабатывать до 15 долларов в час, что для Детройта вполне прилично. Не менее важно и то, что люди получают шанс вновь обрести человеческое достоинство. «Эта работа изменила мою жизнь», — говорит Мерл Брайнт. Как и многие в Детройте, она лишилась работы во время экономического кризиса 2009 года; в довершение ко всему муж выгнал ее из своей квартиры. «Я бы не сказала, что мне нравится Детройт, — говорит Брайнт. — Но теперь я уверена, что дела снова пойдут в гору».

Вероятно, скоро Скотт будет расширять штат. В этом году она планирует пошить более 6000 курток, что существенно больше, чем в 2014 году. Не исключено, что цифра окажется еще более впечатляющей, ведь спрос есть и большой. Другие города заказывают куртки-трансформеры для своих бездомных. Даже хипстеры в далеком Нью-Йорке по достоинству оценили «модный аксессуар». И готовы платить за него куда больше, чем те плюс-минус сто долларов, которые Скотт обычно получает от спонсоров. «До сих пор мы не получили ни цента государственных денег, — говорит Скотт, — и я хочу, чтобы со временем мы большую часть средств зарабатывали сами».

Медленное возвращение благополучия

Желание обходиться без помощи извне — это тоже проявление детройтского духа. Оно объединяет как начинающих предпринимателей, производящих здоровую пищу или бижутерию в стиле граффити, и мультимиллионеров, таких как Джон Хантц. Последний снес дома в одном из жилых районов Детройта на участке площадью 60 гектаров и высадил 15 000 деревьев, чтобы создать крупнейшую в мире городскую плантацию. Хантц сам регулярно стрижет траву между саженцами. Пришло время восстанавливать порядок, считает он.

Желание постепенно решать проблемы собственными силами — бизнес-модель, достойная уважения. Но для восстановления города этого мало. Поэтому так важны «возвращенцы», такие как Адам Либ: честолюбивые, высококвалифицированные специалисты, которые могли бы работать где угодно, но открывают собственно дело в Детройте.

29-летний предприниматель вырос в одном из благополучных пригородов Детройта, окружающих упадочный центр. Подростком Либ приезжал в сам город разве что ради громких спортивных событий. И сразу после завершения соревнований возвращался в свой благополучный мирок. «Центр напоминал пустыню, — говорит он, — делать здесь было абсолютно нечего». Поэтому, отучившись в Мичиганском технологическом институте в Кэмбридже, молодой человек устроился на работу в инвестиционный банк в Нью-Йорке.

Теперь Либ сидит в Cass Café в одном из центральных районов Детройта, который сегодня отчасти напоминает Бруклин: появились и модные ресторанчики, и магазинчики безделушек. Чертовски дорогая сеть магазинов биопродуктов Whole Foods, которую в США считают верным признаком прогрессирующей джентрификации, недавно открыл здесь свой супермаркет. Арендная плата выросла настолько, что, как правило, жить здесь могут позволить себе только хорошо оплачиваемые работники несметных IT-стартапов, обосновавшихся в Детройте.  

«Зачем мне пресыщенный Нью-Йорк или избалованная Кремниевая долина? — ставит Либ риторический вопрос. — Ведь здесь намного интереснее. И почти все развивается в правильном направлении». Так, наконец, строится многокилометровая трамвайная линия, которая соединит центр с пригородами Детройта. Новый мэр активно взялся за дело — и это тоже прогресс. Даже в системе образования многое начинает меняться, отмечает Либ.

Либ открыл интернет-магазин витаминов, благодаря ему работу получили несколько человек. Но предпринимателя больше занимают многочисленные бизнес-идеи, рождающиеся у него в голове. Либ мечтает помочь городу вернуться к индустриальным корням и хочет открыть здесь производственную компанию, «такую как Shinola».

Производитель товаров класса люкс арендовал офис на пятом этаже исследовательского центра General Motors. Учредителем выступил фонд венчурных инвестиций, который в 2011 году неслучайно остановил свой выбор на Детройте. Производитель эксклюзивных часов и дорогих велосипедов made in USA должен как бы продолжить индустриальную традицию города. Но еще важнее вопрос имиджа. «Люди любят истории, герои которых сумели подняться с самых низов», — говорит Стив Бок. И героем в данном случае выступает Детройт. 64-летний глава фирмы убежден, что город уже имеет «культовый характер»: «Здесь никто не чинит препятствий предпринимателям». К тому же Детройт посылает миру важный сигнал: «Спад не бывает бесконечным, рано или поздно он сменяется подъемом». В Боке говорит маркетолог.

Компаний, которые как Rock Ventures переносят в центр Детройта тысячи рабочих мест или как Shinola создают сотни новых, пока еще слишком мало. Десятки тысяч жителей по-прежнему не могут трудоустроиться, согласно официальной статистике, безработные составляют 13% населения — в три раза больше, чем в среднем по США.

В 2000 году в промышленном секторе Детройта и окрестностей было занято еще 400 тысяч человек, в 2010-м — менее 200 тысяч. Сегодня дела у трех автомобильных концернов General Motors Ford и Chrysler дела снова идут лучше, но прежнего уровня занятости в обозримом будущем достигнуть все-таки не удастся.

Возрождение Детройта, вероятно, будет не таким стремительным, как его упадок, что не может не огорчать многих жителей города. «Но с чего-то надо начинать», — говорит Бок. Каждая фирма, которая открывается в Детройте, — это прогресс, убежден он. Работающие люди платят налоги и повышают покупательскую способность населения в целом. Это медленный, но верный путь.

Черное большинство

Верность такого тезиса подтверждает пример Джери Александера и Зигеля Клоура. Мужчины среднего возраста с их заразительным оптимизмом имели бы все шансы на победу в конкурсе «Самые симпатичные предприниматели США». Они могут ежедневно отслеживать реальное положение дел в экономике — по ценам на недвижимость. Согласно их расчетам, дома за последние три года подорожали на 200%: «Мы еще далеки от рекордного уровня 2003 года, но в целом тренд  не оставляет сомнений».

Наличие у Александера и Клоура хорошего чутья доказывает история их компании, которая успешно придерживается антициклического курса. В разгар экономического кризиса они решили: раз недвижимость в Детройте сейчас никому не нужна, значит, мы сами будем скупать дома, ремонтировать их и сдавать в аренду. Маржинальности этого бизнеса могут позавидовать финансовые менеджеры с Уолл-стрит. Приличный дом, который с учетом ремонта стоит 20 000 долларов, они сдают за 9000 долларов в год. За вычетом щедро подсчитанной стоимости экслуатационных расходов, простоя и страховки остается 5000 долларов — что составляет 25% прибыли.

Разумеется, в Детройте есть целые улицы пустующих и сгоревших домов. Некоторые из них город признал не подлежащими восстановлению. Почти каждое второе из почти 80 000 неиспользуемых строений в ближайшие годы планируется снести.

Но там, где в окружение обжитых домов затесалась парочка брошенных, дуэт маклеров способствуют стабилизации положения, реализуя свою стратегию «купи-отремонтируй-сдай». К тому же «их» арендаторы способствуют повышению привлекательности соответствующих кварталов. «Сегодня только треть наших клиентов живет на пособие от государства, две трети работают, — радуется Александер. — И даже частные инвесторы из Европы проявляют заинтересованность».

Роль Клоура и Александера в будущем Детройта может превзойти роль таких предпринимателей, как Мэтт Каллен, Вероника Скотт, Адам Либ и Стив Бокк, — белых, живущих в благополучных районах города. Клоур и Александер — представители черного большинства населения, и они остаются там, где проходило их детство. Для них Детройт —  это прежде всего память о прошлом и надежды на светлое будущее. «Наверное, во всей стране нет другого города, где расовая сегрегация приняла бы такие крайние формы», — говорит Александер. Он рассказывает о «братьях и сестрах» — своих соседях, которые, несмотря на способности, не закончили школу, поскольку не понимали, как в жизни им может помочь аттестат. Да, порой действительно может показаться, что они впали в спячку.

Этот-то потенциал и хотят использовать Клоур и Александер, чтобы добиться больших перемен. Идей у них предостаточно. На те немалые деньги, которые они зарабатывают в последние годы, можно, в частности, основать венчурный фонд, который будет помогать прежде всего чернокожим начинающим предпринимателям. «То, что удалось нам, должно быть доступно и другим», — говорит Александер.  

Если они с Клоуром смогут в рамках следующего проекта окончательно распространить веру в лучшее будущее из центра Детройта на его окраины, то, возможно, сбудется и мечта Мэтта Каллена. Он хочет, чтобы у его города снова появилось будущее: «Я верю, что многие районы Детройта через 10 лет снова наполнятся жизнью, как это было полвека назад».

Перевод: Владимир Широков

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK