16 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

«Сохраниться и расшириться»

На протяжении месяцев американцы твердили, что с «Исламским государством» покончено. Оно перешло в отступление, говорил госсекретарь Джон Керри. Его ждет поражение, заверял президент Барак Обама. Оно уже сдало около 30% территории в Ираке, подсчитывал Пентагон, в то время как другие наблюдатели оценивали потери ИГ скорее в 1%. Не далее как в середине мая американский бригадный генерал Томас Уидли констатировал, что ИГ «отступает». Вот только в Ираке и Сирии террористы уже вовсю наступали.

Первым делом они взяли Рамади, столицу провинции Анбар, расположенную примерно в ста километрах к западу от Багдада. Город, некогда насчитывавший 900 000 жителей, одним из последних в Анбаре держал оборону. Для взятия его исламистам хватило нескольких сотен боевиков, правда, в их числе были как минимум 10 смертников, протаранивших блокпосты на бронированных автомобилях, груженных взрывчаткой. Одновременно джихадисты атаковали нефтеперегонный завод под Байджи, контроль над которым правительственные войска восстановили всего несколькими месяцами ранее.

Почти синхронно джихадисты в сирийской части напали на город-оазис Пальмира с его всемирно известными античными развалинами; 20 мая он полностью перешел под их контроль. Теперь мир с ужасом ждет, что борцы с памятниками произведут в уникальном городе развалин такие же разрушения, как в иракских Нимруде и Ниневии, где предварительно из музеев были вынесены сотни экспонатов. Часть ценностей отправилась в сторону Дамаска, другие осели в местной штаб-квартире военной разведки.

Сообщения из Пальмиры складываются в противоречивую картину. В одних говорится о хаосе и десятках убитых военнослужащих; армия якобы поставила под ружье сотни узников режима, чтобы те сражались против ИГ. Другие источники информируют об упорядоченном отступлении. «Военным, еще участвующим в боях, просто не нашлось места в транспорте для эвакуации», – сообщает очевидец, представившийся Абу Валидом.

Скольким мирным жителям удалось бежать, не знает никто. «Весь мир только и говорит что о руинах, никому нет дела до людей, которых здесь убивают, – возмущается один из них. – Военные перед отступлением расстреляли имама вместе с семьей за то, что тот не поддерживал Асада. Армия удерживает здание больницы, боевики ИГ захватили пекарню, население осталось без хлеба. Пожалуйста, спасите нас от смерти!»

Также были захвачены два важных газовых месторождения Хаиль и Арак. Как гром среди ясного неба боевики ИГ появились в 400 м от границы с Израилем в местечке Кахтания. Теперь ИГ контролирует около половины сирийской территории, правда, главным образом это пустыни. Фиаско ИГ оказалось плодом фантазии его противников, хотя в результате более чем 3700 воздушных налетов коалиции под эгидой США с августа 2014 года были ликвидированы около 8500 боевиков и поражены свыше 6000 целей.

ИГ действительно понесло серьезные потери в личном составе и военной технике, а также лишилось части источников финансирования. Как сообщается, в начале марта в ходе воздушной операции получил тяжелые ранения «халиф» Абу Бакр аль-Багдади. В апреле ИГ потеряло Тикрит.

Но что теперь? Вместо вынужденного отступления ИГ возобновляет экспансию, в точности следуя собственному девизу «Сохраниться и расшириться». После периода консолидации оно вновь атакует. Как такое возможно?

Во‑первых, руководство ИГ быстро адаптировалось к угрозе с воздуха. Гигантские колонны танков, автомобилей повышенной проходимости и пикапов, известные по пропагандистским видеосюжетам, больше не колесят по стране. Теперь боевики передвигаются на легковушках и такси, а тяжелая техника перевозится следом ночью и одиночными грузовиками, сообщают очевидцы из Сирии и Ирака.

Во‑вторых, параллельно идет другой процесс, максимально афишируемый видеопропагандой. Где бы ни появлялись ударные силы ИГ, их эмиры привлекают на свою сторону традиционные властные структуры на местах, заручаясь поддержкой племен и кланов.

С периодичностью в несколько дней отдел пропаганды ИГ выкладывает новые материалы с неизменным сюжетом: шейхи в своих лучших одеждах на фоне флага ИГ безропотно повторяют слова присяги с обещанием хранить верность «Исламскому государству» до смерти. В Сирии ИГ подчинило себе племена синджар, бу-хассуни и фарадж из аль-Хасаки, бхеер из Дэйр-эз-Зоры, бу-дабер, ханад, афдалех, бу-сарай и бакара из Ракки. В Ираке на их сторону перешли, в частности, влиятельные кланы из племен шаммар, укейдат и машхадани. Они подчиняются в обмен на посулы денег и власти, а также из страха перед расправой – ведь именно такая участь постигла племена, решившиеся на сопротивление. Кланы обязывают свою молодежь сражаться за ИГ и тем самым из порабощенных становятся стороной этой войны.

В Ираке к этому добавляется страх суннитских племен перед шиитскими ополченцами, печально известными своей жестокостью. Это третья и важнейшая причина непоколебимости и действенной мощи ИГ. Ведь как в Ираке, так и в Сирии исламисты не ограничиваются простым противостоянием неприятелю. Возникает как бы враждебный треугольник, который ИГ виртуозно использует в своих целях. «Исламское государство» не выходит за рамки своей роли врага, однако оказывается весьма кстати для правительств обеих стран.

Башару Асаду ИГ полезно как для подавления повстанцев, так и для его имиджа за рубежом: рядом с палачами, рубящими головы, приличным человеком кажется даже инициатор массовых убийств. Этим в ИГ воспользовались и для захвата Пальмиры. Город-оазис окружен тремя крупнейшими авиабазами сирийских ВВС, на которых размещены эскадрильи ультрасовременных истребителей. До сих пор повстанцам туда проникнуть не удавалось, зато боевики ИГ просочились и закрепились на единственной расположенной к северо-западу от Пальмиры гряде холмов посреди пустынной равнины, на которой больше укрыться негде. В начале 2014 года ВВС Асада и боевики ИГ предотвратили наступление повстанцев с запада, проведя операции, которые по времени и географии настолько точно совпали друг с другом, что можно говорить только о скоординированной акции. Однако, как только джихадисты почувствовали свою силу, они пошли против режима и захватили Пальмиру.

В Ираке ИГ использует конфликт между избранным шиитским правительством и суннитским меньшинством, которое не допускают к власти. Расчет прост: если сунниты примкнут к ИГ, их можно будет объявить террористами, разгромить и изгнать, как это произошло в начале года в провинции Дияла.

В Рамади решающую роль тоже сыграла не сила атакующих, а слабость защитников города, брошенных на произвол судьбы. Суннитские подразделения полиции и подчиненные им силы племен вот уже шесть месяцев не получали жалованья. «Мы неоднократно умоляли правительство дать нам оружие и подкрепление, – заявил полковник полиции Эйсф аль-Альвани газете Washington Post во время битвы за Рамади, – но этого так и не произошло». В конечном итоге они закупили автоматы Калашникова и боеприпасы на черном рынке на деньги местных бизнесменов. После продолжавшихся несколько дней боев численное преимущество было на их стороне, однако по силам они уступали, рассказывал один бежавший офицер: «У нас были винтовки и автоматы, у боевиков «Исламского государства» – автомобили повышенной проходимости, взрывчатка и смертники».

О бедственном положении города все знали еще полтора года назад; несколько месяцев назад в парламенте обсуждалась необходимость вооружить суннитские силы обороны в Анбаре, однако согласие достигнуто не было. Новый премьер-министр Хайдар аль-Абади выступал за такое решение, но не смог преодолеть сопротивления шиитского большинства в парламенте; многие депутаты являются сторонниками жесткой линии и поддерживают тесные контакты с Ираном. Шииты не забыли, как в июне прошлого года в Мосуле, Тикрите и Анбаре тысячи суннитов с радостью, с реющими флагами переходили на сторону боевиков ИГ, когда те в считаные дни заняли обширные территории. Недоверие между двумя течениями ислама имеет глубокие корни.

Когда несколько недель назад депутаты от республиканской партии в Конгрессе США предложили Вашингтону самостоятельно вооружить суннитов в Анбаре, их инициатива вызвала бурю возмущения. Абади отверг такой план; шиитские духовные лидеры утверждали, что Соединенные Штаты хотят расколоть Ирак. А бывший предводитель шиитских ополченцев Муктада ас-Садр заявил, что война против американцев возобновится, если те поставят оружие напрямую суннитам. То, что речь идет о войне против ИГ, что раскол в Ираке де-факто давно произошел и что треть страны находится под контролем армии террористов, во внимание не принимается.

Сразу после падения Рамади представитель шиитской военизированной группировки «Хашид Шааби» заявил, что они получили от премьер-министра Абади приказ вернуть контроль над городом при помощи 3000 вооруженных до зубов бойцов. Некоторые шейхи из Анбара после этого дали понять, что им проходится выбирать между чумой и холерой – между ИГ и ополченцами. «В борьбе против ИГ нам требуется любая помощь, – заявил шейх Саадун аль-Эйфан. – Но как только они прогонят ИГ, мы попросим их покинуть город»

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK