17 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

Туманность на границе

С 1 января 2018 года вступает в силу один из главных для российского бизнеса международных документов — Таможенный кодекс (ТК) Евразийского экономического союза. Шесть лет «пятерка» ЕАЭС — Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия и Россия — вели непростые переговоры по его составлению, согласованию и ратификации, из-за чего его вступление уже откладывали. И вот теперь наступает окончательный и бесповоротный дедлайн — больше откладывать это событие не будут. С нового года товары через границы ЕАЭС будут перемещаться по новым правилам, новые правила установлены также для предпринимателей и для граждан.

Но во что это выльется на деле, пока остается полной загадкой. ТК ЕАЭС, как отметили практически все опрошенные «Деловым еженедельником «Профиль» эксперты (юристы, аналитики, таможенные брокеры), получился невероятно громоздким, и в его хитросплетениях и терминах непросто разобраться даже специалистам. Регулирование огромного числа вопросов кодекс относит к национальным законодательствам, около сотни компетенций переданы на реализацию Евразийской экономической комиссии (ЕЭК). При этом национальные законодательства к вступлению ТК в силу оказались не готовы. А даже если бы законы и были написаны, то не это главное, говорят эксперты: на бумаге все может выглядеть красиво, но это не означает, что так же красиво все это будет реализовываться.

Для российского бизнеса перспективы эти выглядят еще более туманно, поскольку устанавливаемые новым ТК правила никак не затрагивают наши сугубо внутренние особенности в виде разнообразных международных санкций и антисанкций. Непонятно, например, как власти РФ собираются и дальше соблюдать запрет на ввоз различных категорий товаров (в первую очередь продуктов из стран ЕС, США и их союзников), которые, по идее, могут свободно попадать на территорию России через страны Таможенного союза.

Препоны таможенных переговоров

«Таможенный кодекс ЕАЭС станет одним из ключевых документов нормативно-правовой базы, который повысит уровень унификации и согласованности между странами евразийской «пятерки» в сфере таможенного регулирования», – заявили «Деловому еженедельнику «Профиль» в пресс-службе Федеральной таможенной службы (ФТС). Нормы нового кодекса «создадут предпосылки для содействия международной торговле», а добиться этого «планируется за счет упрощения, автоматизации и оптимизации таможенных операций». Действительно, таможенное регулирование в РФ – процедура весьма сложная. Таможенные платежи на одни и те же виды товаров в разных странах ЕАЭС могут быть разные, а для подтверждения таможенной стоимости инспекторы, например, в Белоруссии потребуют один пакет документов, в РФ – другой, в Казахстане – третий. 

Из-за этого бизнесу невероятно трудно планировать затраты и процессы растаможки. Многоуровневая и разветвленная система актов создает сложность в правоприменении, отмечает партнер юридической фирмы «Пепеляев Групп», руководитель практики таможенного права и внешнеторгового регулирования Александр Косов. «Наличие у национального законодательства широких полномочий в этой сфере повлекло за собой сохранение существенных различий в таможенном регулировании в разных странах ЕАЭС», – говорит он.

И хотя все понимали, что унификация необходима, но сказать оказалось проще, чем сделать. В частности, задержка с принятием кодекса произошла из-за разгоревшегося в начале этого года спора между Белоруссией и РФ по поставкам продовольствия, нефти и газа. Кроме того, Белоруссия категорически отказывалась согласиться на вывод из режима ЕАЭС Магаданской и Калининградской особых экономических зон. Планировалось, что ТК ЕАЭС вступит в силу с 1 июля этого года, но из-за подобных споров только в апреле его подписала Белоруссия, и начался процесс ратификации. В России он завершился подписанием соответствующего закона президентом только 14 ноября.

Электронно, удаленно, но условно

Новый ТК, говорят в ФТС, «вобрал в себя передовую правоприменительную практику государств ЕАЭС, лучшее из их национального законодательства». Предполагается, что этот кодекс «кардинальным образом изменит подходы к таможенному регулированию по сравнению с действующим Таможенным кодексом Таможенного союза». Последний действует на территории евразийского пространства с 2010 года, а с 2011го в РФ эта сфера регламентируется федеральным законом «О таможенном регулировании».

Новый кодекс – документ весьма внушительный. Его объем, отмечает партнер юридической фирмы «ЮСТ», руководитель практики налогового и таможенного права Максим Ровинский, составляет почти 1200 страниц (465 статей и 3 приложения), он содержит около 300 отсылочных норм на национальное законодательство и предусматривает урегулирование порядка 100 вопросов решениями ЕЭК.

Одним из самых прогрессивных нововведений ТК ЕАЭС в ФТС назвали «приоритет электронного таможенного декларирования и применение письменного декларирования только в определенных случаях». Предполагается, что таможенники и участники внешнеэкономической деятельности будут взаимодействовать исключительно в электронном формате, тогда как по действующему кодексу Таможенного союза такое взаимодействие предусмотрено в письменной форме. Правда, ЕЭК еще предстоит разработать электронные формы таможенных деклараций и других документов, а также их классификаторы – наряду еще с сотней вопросов этот отнесен к компетенции данного наднационального органа. «Ряд договоров действительно удалось «впихнуть» в кодекс, но вот с унификацией дело обстоит сложнее, – говорит Александр Косов. – По многим вопросам консенсуса достигнуть не удалось, и они должны будут быть урегулированы в решениях ЕЭК. В результате компетенция ЕЭК по изданию нормативных правовых актов увеличилась почти втрое».

Автоматизацию таможенного документооборота при минимальном участии человека ведущий аналитик ГК TeleTrade Марк Гойхман считает огромным преимуществом. «Принцип однократности предоставления документов и сведений в электронном виде означает, что не требуется дублировать их на бумажных носителях, – говорит он. – Современные технологии позволяют таможенным органам не требовать многие документы, а получать их самостоятельно из общих информационных систем стран–членов ЕАЭС». Таким образом, считает эксперт, эти новшества ускорят процедуры, а для бизнеса «это означает рост оборачиваемости средств, сокращение документооборота и времени простоя грузов, что снизит издержки». А Максим Ровинский добавляет, что, согласно новому ТК, при наличии электронной цифровой подписи у декларанта появляется «право совершать ряд таможенных операций через Интернет».

Однако электронное декларирование вовсе не ноу-хау, в таможенном регулировании оно уже действует последние два года. Но одно дело теория, другое – практика, а они отличаются очень сильно, замечает Джамал Давиташвили, зампредседателя Комитета по техническому регулированию и внешнеэкономической деятельности ОПОРЫ России, руководитель департамента таможенного оформления компании V. I. G. Trans. Электронное декларирование очень удобно с точки зрения мобильности, возможности подавать декларацию в любой таможенный орган, признает он. Сейчас не все таможенные посты имеют право принимать электронные декларации, для этого существуют специальные центры электронного декларирования (ЦЭДы). «Например, груз находится в Смоленске, а декларацию можно подать в иркутский ЦЭД – это очень удобно, у таможенных брокеров есть выбор: где таможня лучше работает, туда и подаем», – объясняет Давиташвили.

Но есть и отрицательные моменты, отмечает он: «В ЦЭДах, где груз оформляется удаленно, очень часто возникает проблема с обменом информацией. Например, калужский пост должен подтвердить, что груз находится у них, и тогда смоленский ЦЭД зарегистрирует декларацию. Звоним, допустим, сначала в Смоленск, спрашиваем, почему не регистрируют декларацию. Они говорят: нет «отбивки» с калужской таможни. Звоним в калужскую таможню: проверьте запрос из смоленской таможни, подтвердите, что груз к вам пришел. Но, вопервых, туда надо еще дозвониться, вовторых, люди заняты бывают. Приходится личные контакты подключать, знакомиться с людьми, чтобы они лояльно относились. Вот такая жизнь, хотя на бумаге все красиво выглядит – электронно, удаленно».

Использование механизма «единого окна» при совершении таможенных операций, «в том числе связанных с прибытием, убытием и таможенным декларированием товаров» – еще одна новелла ТК, заслуживающая внимания, отмечают в ФТС. Но как именно это будет работать, также пока сказать сложно. «Наверное, сделают так, что таможня будет сразу видеть в специальной программе все заключения тех же пограничных, санитарных, ветеринарных и прочих надзорных служб о том, что у них контроль пройден, – предполагает Джамал Давиташвили. – И не нужно будет бегать по всем этим службам, будут оформлять все в «одном окне».

Как сутки превратить в часы и наоборот

Многодневный простой товаров на таможне – одна из самых больных тем для бизнеса, и ТК ЕАЭС эту проблему призван разрешить. «Например, в новом кодексе заложена норма, что выпуск грузов при обычной процедуре должен быть завершен в течение четырех часов с момента регистрации таможенной декларации. Это в шесть раз меньше существующего сейчас среднего срока выпуска в 24 часа», – говорит Гойхман.

Однако и эти 24 часа в реальности часто превращаются в 11 дней, отмечает Джамал Давиташвили. «Возникает какая-то ситуация на таможне, и они «приостанавливают» таможенный контроль на 10 дней, в результате чего приостанавливается счет времени и выпуска груза», – рассказывает он. И нет никаких гарантий, что задекларированные 4 часа также не превратятся в долгие дни ожидания. «В рамках таможенного оформления могут запросить какие-то бумаги и приостановить документальный контроль, – поясняет Давиташвили. – Безусловно, новая норма налагает на таможенный орган обязанность работать быстрее, поэтому они будут стараться выдерживать эти сроки. Но на практике, скорее всего, это перерастет в формальную процедуру: как только декларацию зарегистрируют, будут сразу что-то запрашивать и, как и раньше, приостанавливать документальный контроль, чтобы не выходить за эти 4 часа».

Администрация президента РФ

Сейчас таможенные посты и ЦЭДы перегружены – поток большой, и товар физически не успевают выпускать, рассказывает Давиташвили. «Кроме того, сейчас намечается некоторая реорганизация, планируют сокращать количество постов. В частности, в Московской области Краснознаменский и Можайский таможенные посты сольют в один, и он переедет в Зеленоград. А когда реорганизовали Московскую областную таможню, грузопоток перешел в другие центры (Смоленский, Тверской, Московский), и они теперь перегружены – декларации выпускаем по два-три дня, хотя раньше это занимало один день. В кодексе что угодно можно прописать, но главное – вопрос реализации. Формально сроки будут соблюдаться, ведь про приостановление в кодексе ничего не сказано – это надо между строк читать».

Еще одно новшество, направленное на сокращение таможенной волокиты, заключается в том, что, по новому ТК, к декларации не нужно будет прилагать объемный пакет документов, подтверждающих заявленные в ней сведения (контракты, инвойсы и т. д.). Такой подход является одним из элементов смещения «основной тяжести» проведения таможенного контроля с этапа «до выпуска товаров» на этап «после выпуска товаров», говорят в ФТС. «Но инспектор имеет право их запросить, если они ему понадобятся, – отмечает Давиташвили. – И, естественно, их будут запрашивать, все равно будут документы проверять».

Александр Косов добавляет, что такие запросы инспекторы не обязаны никак мотивировать. Однако, как разъясняет Максим Ровинский, декларант обязан предоставить документы в случае, «когда таможенная электронная система в отношении поданной декларации выявит профиль соответствующего риска», и именно эта электронная система, а не сотрудник таможни, будет определять, какие документы следует предоставить. «Насколько реальным будет сокращение случаев заполнения декларации таможенной стоимости, можно будет узнать только после издания ЕЭК соответствующего решения, – резюмирует Косов. – Новым кодексом предусмотрены автоматическая регистрация деклараций и автоматический выпуск товара, но реализация этих механизмов полностью зависит от таможенной службы, которая пока проявляет осторожность».

От теории к практике

Переноса даты вступления в силу нового ТК не будет, предупреждает ЕЭК на своем официальном сайте: «Гражданам, хозяйствующим субъектам и госорганам стран Союза необходимо готовиться к работе в новых условиях». Однако, по мнению Максима Ровинского, «объем новелл и поспешность его введения не позволяют с уверенностью говорить о готовности граждан и предпринимателей перейти на «новые правила игры». И все эксперты в целом сходятся во мнении, что глобально с 1 января все-таки ничего не изменится.

Для граждан ясность есть только в одном. «Разрешен вопрос с ввозом без уплаты таможенных платежей товаров, таможенная стоимость которых менее 200 евро: при определении их таможенной стоимости теперь не будет учитываться стоимость перевозки», – говорит Александр Косов. Но в самом больном вопросе – со снижением порога беспошлинной интернет торговли – пока ясности нет. Как отмечали эксперты ГК TeleTrade, предполагалось, что в ЕАЭС этот порог снизят до 500 евро в 2019 году, а в 2020м – до 200 евро. И хотя такие разговоры ведутся давно, отмечает Давиташвили, пока порог для онлайн-покупок не уменьшен.

«Какие-то вопросы получили, с моей точки зрения, странное развитие», – говорит Александр Косов и приводит пример с уплатой таможенных пошлин и НДС со стоимости произведенного за границей возмездного ремонта транспортных средств, которые ранее были ввезены с применением льгот и имеют статус условно выпущенных товаров. «Почему-то в новом кодексе предусмотрено освобождение от их уплаты только в отношении морских судов, зарегистрированных в международных реестрах, – говорит юрист. – В отношении всех других транспортных средств (в том числе морских, воздушных и автотранспортных, ввезенных в качестве вклада в уставный капитал), несмотря на предоставленную в отношении них тарифную льготу, нужно будет платить таможенные платежи. В чем разница? Непонятно».

Не будет введено никаких правил для регулирования ввоза и запрещенного в России по санкциям и антисанкциям товара, который до сих пор чаще всего попадает к нам через союзные страны. Этот вопрос, говорит Ровинский, «регулируется на уровне национального права России (а именно: соответствующим указом президента России) и лежит не совсем в плоскости таможенного регулирования». И как наши компетентные органы будут бороться с «запрещенкой» в условиях нового ТК, можно лишь гадать.

«В разработке ТК Союза активное участие принимал бизнес, – отмечают в ФТС. – Предприниматели стран ЕАЭС наряду с таможенными органами определяли концепцию нового кодекса и вносили предложения как по нормам и правилам, так и по конкретным формулировкам в тексте». Бизнес действительно давал свои предложения, соглашается Джамал Давиташвили, но, насколько они были учтены, сказать трудно. «Есть легальный бизнес, а есть теневой, и таможне очень трудно их отсортировать, – поясняет эксперт. – «Белому» бизнесу, который и участвует во внесении каких-то предложений, не всегда понятны те меры, которые предпринимает ФТС, контролируя участников ВЭД, но именно поэтому какие-то предпринимательские идеи в конечном итоге в кодекс не вошли». И если кто-то и заметит изменения в таможенном регулировании, то только непосредственные участники ВЭД, уверен он.

Например, существенно упростятся правила игры для уполномоченных экономических операторов (УЭО). Это компании–непосредственные участники ВЭД (производители, экспортеры, импортеры, таможенные брокеры), которые заключают соглашения с таможенными органами на обмен данными и взамен получают послабления в виде упрощения таможенного оформления товаров. Всего таких операторов в стране около 200, они занесены в специальный реестр. При этом каждый УЭО должен оплатить обеспечение таможенных платежей. И если раньше, говорит Давиташвили, сумма такого обеспечения составляла 1 млн евро, то с нового года она снизится до 500 тыс. евро. Кроме того, статус УЭО, добавляет Александр Косов, теперь смогут получить и владельцы складов, и перевозчики. «Впервые на уровне таможенного законодательства ЕАЭС устанавливается, что статус УЭО – отнесение лица к категории низкого уровня риска, что означает неприменение к нему отдельных форм таможенного контроля», – отмечает юрист. Но если сейчас УЭО могли применять любые виды таких упрощений, то по новому ТК они будут ранжироваться по трем типам, на каждое из которых нужно будет получать свидетельство таможенных органов. «Так, свидетельство первого типа не предоставляет право осуществлять доставку в рамках таможенного транзита и временное хранение товаров в своих помещениях, – объясняет Косов. – Обладатель свидетельства второго типа не вправе использовать некоторые из специальных упрощений, применяемых оператором первого типа, например, непредоставление обеспечения при таможенном транзите. При этом есть общие упрощения, которые могут применяться операторами и первого, и второго типов».

Однако основная масса изменений «направлена на урегулирование вопросов, возникающих у таможенных служб, а не у бизнеса», считает Александр Косов: «Участие бизнеса в процессе подготовки нового кодекса было в основном ограничено недопущением перекоса в сторону полномочий таможенных органов и ухудшения действующего порядка». В частности, приводит пример он, «новый кодекс не способствует снижению накала споров по таможенной стоимости: сохраняется возможность государственного шантажа на этапе определения размера обеспечения». Правда, бизнесу «удалось противостоять включению в новый кодекс положений, которые позволяли бы таможенным органам корректировать таможенную стоимость, если по их мнению цена являлась бы экономически не обоснованной». «В части автоматизации таможенных технологий удалось отстоять подход, что решения должны приниматься конкретными таможенными органами, а не абстрактной системой, что существенно затруднило бы обжалование таких решений с учетом правил территориальности», – отметил юрист.

Эффективность применения нового кодекса будет зависеть от того, «будет ли применение его положений таможенными органами основано на формальном подходе, следуя букве закона, а не его духу, или с учетом целей и задач таможенного регулирования», резюмирует Александр Косов. Таможенные брокеры выражаются проще. «Таможня – такая структура, которая работает по команде сверху. То есть не по тому, что на бумаге написано, а как им скажут, так они и будут делать, – говорит Джамал Давиташвили. – Вступление кодекса в силу – только начало. Нужно посмотреть, как все это будет реализовываться».

Примечательно, что на 1 января 2018 года было запланировано и вступление в силу нового федерального закона РФ «О таможенном регулировании», который должен заменить нынешний. Но он до сих пор находится в стадии общественного обсуждения и межведомственного согласования. Так что пока у чиновников будет полная свобода в выдумывании временных правил ему на замену.

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK