12 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

Восьмерым вкололи, семеро выжили

С момента крушения башен Всемирного торгового центра прошло около года, когда Джорж Буш-младший объявил о вводе войск в Ирак. В своей речи о положении страны тогдашний президент США оправдал вторжение информацией, согласно которой иракский диктатор Саддам Хусейн втайне занимался производством биооружия — и которая на проверку оказалась выдумкой спецслужб.

Как-то забылось, что в той же речи речи Буш анонсировал и программу «Биощит». Память о конвертах с возбудителями сибирской язвы, которые рассылались по почте вскоре после терактов 11 сентября 2001 года, была свежа; число погибших составило пять человек. Поэтому президент США предложил выделить на разработку вакцин и лекарств почти шесть миллиардов долларов. Помимо сибирской язвы объектом исследований стали возбудители ботулизма и чумы.

Вторжение в Ирак обернулось гуманитарной катастрофой, продолжающейся до сих пор. Программа «Биощит», на которую была выделена колоссальная сумма в 5,6 млрд долларов, не нанесла такого урона, но тоже воспринималась по-разному. Для крупных фармакологических концернов финансирование с привязкой к конкретным исследовательским проектам не представляло особого интереса. Зато небольшие фирмы из отрасли биотехнологии с радостью принимали миллионы и десятки миллионов долларов, выделявшиеся на отдельные проекты. Как правило, финансирование разработки вакцин прекращалось после опытов на животных. Редкий новый препарат выходил на стадию дорогостоящих клинических испытаний на людях.

Естественный отбор или биооружие

Сегодня многомиллиардная программа по предотвращению биотерроризма может послужить во благо — в борьбе против экзотической лихорадки Эбола. Дело в том, что вирус Эбола как потенциальное биооружие тоже присутствовал в списке Буша. На западе Африки, где сегодня бушует эпидемия, вакцина, изначально предназначенная для защиты от биотеррористических атак и для лечения американских солдат, может найти свое применение.

По официальным сведениям Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), к середине августа нынешняя вспышка эпидемии Эбола уже унесла больше тысячи человеческих жизней. При этом ВОЗ не исключает, что реальные цифры погибших могут быть значительно выше. Эпидемия уже охватила четыре западноафриканские страны — Гвинею, Либерию, Сьерра-Леоне и Нигерию, лидирующую по численности населения на континенте; угроза также нависла над Кенией и над Кот-д Ивуар. Катастрофической считается ситуация в столице Либерии Монровии, где по состоянию на 15 августа заразились около 40 работников здравоохранительных учреждений; целый ряд больниц закрылся.

Взять вирус под контроль

Для сдерживания вспышек эпидемии Эбола применяется стратегия, проверенная временем: следует изолировать заболевших, наблюдать за теми, кто находился с ними в контакте, и при необходимости их опять-таки изолировать; трупы должны предавать земле только санитары в спецодежде.

Фото: ИТАР–ТАСС/EPA/AHMED JALLANZO

Последовательная реализация всех этих мер позволяет взять под контроль любую эпидемию Эбола, какой бы серьезной она ни была.

Но после того, как двоим американцам сделали инъекции антител ZMapp, и их состояние здоровья значительно улучшилось, в Африке поднялась буря негодования: почему такие новаторские препараты не получают инфицированные африканцы, прежде всего многострадальный медперсонал? Протесты не остались безрезультатными; комитет по этике ВОЗ разрешил применение экспериментальных медикаментов и вакцин, несколько доз ZMapp были оперативно доставлены в Либерию.

С тех пор как по волшебству стала появляться информация о все новых и новых препаратах, большинство из которых не успели пройти только клинические исследования, то есть не были опробованы на людях: помимо антител ZMapp, это еще и несколько вакцин на основе так называемых вирусов везикулярного стоматита, аденовирусов и вирусов бешенства. Не исключено, что для лечения инфицированных будет применяться и ультрасовременная высокотехнологичная вакцина из биолаборатории фирмы Tekmira, целенаправленно деактивирующая определенные гены вируса.

Поскольку речь идет об экзотическом заболевании, вспышки которого — кратковременные — наблюдаются достаточно редко, и то в беднейших странах мира, такое богатство выбора новейших препаратов впечатляет. «Если бы не деньги Пентагона, то ситуация сегодня выглядела бы намного печальнее», — говорит один из ведущих исследователей Эболы в мире, руководитель вирусологической лаборатории американского Национального института аллергии и инфекционных заболеваний (НИАИЗ) Хайнц Фельдманн.

Финансирование исследований не ограничилось 5,6 млрд долларов в рамках проекта «Биощит». Министерство обороны США уже много лет выделяет большие средства на разработку вакцин и медикаментов. Так, канадская фирма Tekmira получила от Пентагона на свою хайтек-вакцину TKM-Ebola 140 млн долларов.

Секретные исследования и простое лечение

Страх перед биотерроризмом наложил неизгладимый отпечаток на американский исследовательский ландшафт. После рассылки спор сибирской язвы ажиотаж вокруг опасных возбудителей не прекращался, говорит директор Института вирусологии при Марбургском университете Штефан Беккер. Только этим можно объяснить строительство многочисленных новых высокозащищенных лабораторий, без которых исследование вируса Эбола в принципе не возможно. (…)

Журнал Der SPIEGEL отправил запрос в Армейский медицинский научно-исследовательский институт инфекционных болезней (АМНИИБ США) в Форт-Детрике, где военные медики вплоть до 1969 года в секретных лабораториях разрабатывали биологическое оружие. По этому запросу АМНИИБ представил солидный список «показательных проектов из своего актуального портфолио» исследований вируса Эбола. Так, в армейском институте испытывали на обезьянах смесь антител, легшую в основу препарата ZMapp, военные принимали участие в разработке целого ряда вакцин против Эбола. Это они на основании старых проб крови, взятых у пациентов из Сьерра-Леоне, обнаружили, что тот вирус Эболы, который сегодня на многих наводит ужас, по всей видимости на западе Африки проявляет себя не впервые, случаи инфицирования имели место еще восемь лет назад.

Фото: USAMRIID

Но клинические испытания вакцины на людях не входят в компетенцию военных ученых, и это серьезная проблема. «Сообщество исследователей вируса Эбола, — вздыхает Беккер, — состоит почти из одних специалистов в области фундаментальных исследований».

Переход от испытаний на животных к клиническим испытаниям на людях — шаг, связанный с колоссальными затратами — оказывается проблематичным, рассказывает научный руководитель американской биотехнологической фирмы Profectus Biosciences Джон Эддридж. Его фармацевтическая компания разработала вакцину против Эболы на основании так называемых вирусов везикулярного стоматита: «Мы показали, что она весьма успешно защищает от вируса Эбола обезьян. Теперь я уже три года пытаюсь выбить деньги для первых испытаний на людях». Переход к клиническим испытаниям дается невероятно тяжело, сетует он: «Мы называем его «долиной смерти», которую нам предстоит пересечь». Нынешняя вспышка эпидемии Эбола — это катастрофа для людей, но «она дает нам возможность сдвинуться с мертвой точки». Все проекты, которые блокировались многие годы, сегодня форсированно осуществляются.

Элдридж уже заручился согласием уважаемого НИИ провести первые клинические испытания вакцины Profectus — при условии, что его фирме удастся произвести вакцину в необходимых количествах. «Для этого мне нужно найти три миллиона долларов», — говорит Элдридж. С этой задачей он надеется справиться буквально в ближайшие дни.

Но когда вакцина сможет поступить в Африку, сказать трудно. «Для производства первых 7000-10 000 доз потребуется около 7 месяцев», — расстраивается Элдридж. К тому же, для экспорта препарата ему необходимо разрешение Управления США по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных средств: «Иначе я могу оказаться за решеткой».

С учетом того, что в Западной Африке продолжают гибнуть люди, такой научный прогресс кажется ужасающе медленным. ВОЗ, которой правительство Канады безвозмездно предоставило сотни доз вакцины против вируса Эбола, заявляет, что «на разработку стратегии по ее применению потребуются несколько недель». Смесь антител ZMapp в достаточно больших количествах тоже будет предоставлена только через несколько месяцев.

Не исключено, однако, что помочь инфицированным можно намного быстрее. Врач Дэвид Хэйманн, будучи сотрудником американского центра по контролю заболеваний, участвовал в борьбе с первой известной вспышкой эпидемии Эбола в 1976 году в сегодняшнем Конго. Он предлагает на удивление простое лечение, для которого вообще не потребуется никакого финансирования из военных источников. «Я бы советовал брать кровь у людей, перенесших лихорадку Эбола», — говорит Хэйманн. Ведь в сыворотке их крови — так же, как и в препарате ZMapp — содержится достаточное количество антител против вируса. Поэтому сыворотка крови выздоровевших может служить лекарством.

Мало кто знает, что в 90–х годах в конголезском городе Киквит восьми заболевшим лихорадкой Эбола действительно было произведено такое переливание сыворотки крови. Семи из них удалось выжить.

Перевод: Владимир Широков

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK