Наверх
15 октября 2019
USD EUR
Погода

Исход: новая волна

После парижских терактов беспрецедентное количество французских евреев планирует эмигрировать в Израиль. Что ими движет? Ведь жить на Ближнем Востоке непросто, небезопасно и дорого.

«Здесь нам дозволено улыбаться»

Рейс №324 израильской авиакомпании «Эль Аль» совершил посадку три часа назад, однако Люси Подемски все еще ждет своего отца. Она сидит в кафе в аэропорту Тель-Авива с воздушным шариком с надписью Welcome — «Добро пожаловать». Приходит эсэмэска от отца: он прислал снимок нового паспорта, который ему только что выдали. Теперь он — гражданин Израиля. Андрэ Подемски жизнерадостно смотрит с фотографии. «Во Франции всегда требуют делать серьезное выражение лица, — говорит Люси Подемски. — Здесь нам дозволено улыбаться».

Больше шести лет назад, сразу после окончания вуза, Люси Подемски эмигрировала из Франции в Израиль и открыла в Тель-Авиве собственный детский сад. Несколько недель назад к ней приехала ее двоюродная сестра, а в этот понедельник — отец. Только родная сестра Люси еще остается в Париже. «Но ей страшно, — говорит Люси. — Перед школой, в которую ходят ее дети, дежурят вооруженные полицейские». После недавних терактов в Париже она сама ходит в пуленепробиваемом жилете и с рацией.

В последние годы количество евреев, уезжающих в Израиль, неуклонно росло; страх перед терактами стал главным мотивом «алии» — современного исхода в Землю обетованную. В 2006 году в Париже банда подростков похитила продавца Илана Халими; он умер от пыток. Два года назад террорист Мохаммед Мера расстрелял детей и учителя в одной еврейской школе в Тулузе. Меньше двух месяцев назад в парижском пригороде Кретей была ограблена чета евреев, женщину изнасиловали. Все эти люди стали жертвами насилия из-за своей национальности. И это только самые известные из тысяч инцидентов. Но убийство четырех евреев в кошерном супермаркете Hyper Cacher 9 января стало новым апогеем насилия.

Когда 65-летний Андрэ Подемски выходит в зал прилета, дочь бросается к нему на шею и накидывает на его плечи израильский флаг. Он рассказывает, как в ту пятницу в Париже несколько часов следил за судьбой заложников по телевизору. Супермаркет Hyper Cacher ему хорошо знаком, от квартиры Подемски он находится всего в пяти минутах езды. У него тоже до недавнего времени был супермаркет: «Я был шокирован, но не удивлен».

Пять лет назад в Париже он перестал себя чувствовать в безопасности, говорит мужчина. В метро он начал присматриваться к другим пассажирам, прежде чем войти в вагон. По вечерам ему стало страшно выходить на улицу одному. Он купил квартиру в Тель-Авиве. Когда Андрэ Подемски приезжал туда в отпуск, совершал ночные прогулки по пляжу и наслаждался чувством свободы. Наконец, он обратил в Jewish Agency — фирму, которая помогает эмигрировать в Израиль.

Бегство от страха

После парижских терактов премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху призвал французских евреев вернутся в Израиль на их настоящую «родину». Одна из задач еврейского государства — мотивировать евреев по всему миру к переселению. Четырех погибших в Париже погребли в Иерусалиме, проститься с ними пришли тысячи людей.

«Однако такие заявления несут опасность, — считает председатель одной из групп французских переселенцев в Тель-Авив Жерар Бен-Хаму. — Ведь террористы рассчитывают, что при помощи насилия смогут достичь своей цели — изгнать евреев». Президент Израиля Реувен Ривлин подчеркнул: «Важно, чтобы в основе алии лежал не страх, а свободная воля».

Однако не поддаваться страху непросто, причем не только во Франции. В Швеции в 2014 году угрозы антисемитского содержания участились в два раза. Каждый второй гражданин Великобритании, согласно недавнему опросу, имеет антисемитские предрассудки. А около четверти британцев еврейской национальности в последние два года задумывались об эмиграции. По некоторой информации, в Бельгии джихадисты планируют теракты в иудейских учреждениях.

«Сегодня мы видим, что в некоторых государствах ЕС больше половины евреев сомневаются, есть ли у них будущее в Европе, — говорит вице-председатель Еврокомиссии Франс Тиммерманс. — Это колоссальный вызов для основ европейской интеграции». В свою очередь французский премьер-министр Мануэль Вальс на мероприятии, посвященном памяти жертв, предупредил: без евреев Франция была бы другой страной. Никто не должен жить в страхе, будь то журналист, полицейский или еврей.

В 2014 году из страны в Израиль уехали больше 7000 граждан Франции — почти в два раза больше, чем годом ранее. Всего во Франции живет 500 000 евреев, больше, чем где-либо, за исключением США и Израиля. И Франция сегодня лидирует по количеству новых переселенцев в Землю обетованную. «Сегодня мы готовимся к тому, что поедут уже 15  000 тысяч, — говорит директор Jewish Agency Натан Шарански. — Впервые за всю историю Израиля больше иммигрантов приезжает из свободного мира, чем из других государств». Израиль стал больше, чем просто прибежищем от антисемитизма: «Люди добровольно выбирают Израиль, хотя могли бы поехать и в США, Канаду или Австралию».

Даниэль Бен-Хаим вторит ему: через два-три года эмиграция французских евреев станет еще более массовой. Бен-Хаиму 41 год, он возглавляет Agence Juive — французский филиал Jewish Agency. У него в штате работает 30 человек, наиболее крупные офисы расположены в Париже и Марселе, небольшие — в Лионе, Страсбурге и Ницце. Во всех этих городах звонят телефоны, люди записываются на информационные мероприятия. В «спокойное» время в его филиал за неделю поступало около 300 таких звонков, за последние две недели — 3000.

Бен-Хаим родился и вырос недалеко от Парижа и эмигрировал, когда ему было 17 лет. И хотя сейчас он в связи с работой живет во Франции, своим домом и домом двоих своих детей он считает Израиль. Когда его миссия в Agence Juive завершится, они вернутся.

Правда, говорит Бен-Хаим, он уезжал в свое время совсем при других обстоятельствах. Им двигала сионистская мечта, он ехал помогать восстанавливать Израиль, внести свой вклад. Когда ситуация изменилась? Когда страх оттеснил на второй план сионистские мотивы? Бен-Хаим называет срок в 15 лет. Он приводит факты, говорящие за себя: когда в 1990 году подверглось осквернению еврейское кладбище в Карпантра, в знак солидарности с евреями на улицы вышли около 100 000 французов. А после убийств в Тулузе два года назад скорбь и возмущение публично засвидетельствовали менее 10 000 демонстрантов.

Энцо Лумбросо (23 года) в бордовом спортивном костюме и с непослушными волосами подтверждает: во время войны в секторе Газа летом во Франции проходили демонстрации протеста против военной наступательной операции Израиля, имели место и нападения на синагоги. «Смерть евреям, смерть Израилю», — выкрикивали демонстранты. Причем на евреев ополчились не только мусульмане, говорит Лумброзо — среди «нормальных» французов он тоже подмечает усиление антисемитских настроений. Желание уехать у него было давно, но такой опыт укрепил его решимость. Лумброзо выучился на экономиста в Париже и стал готовиться к эмиграции. То, что на новой родине придется первым делом отслужить в армии, его не испугало.

Вскоре после парижских терактов он уехал в Израиль. В аэропорту ему выдали новый паспорт, а также полис медицинского и социального страхования и немного наличных денег. Следующие пять месяцев Лумброзо провел в центре для вновь приезжающих. По пять часов в день он учит иврит; там есть столовая, синагога и тренажеры для фитнеса — в бомбоубежище. Государство позволяет себе потратиться на адаптацию иммигрантов: помимо языковых курсов люди могут взять кредит, чтобы открыть собственное дело, или получить финансовую поддержку, чтобы доучиться в вузе, стипендию, если вы человек искусства, пособие для покупки дома или аренды жилья. Помимо этого, одинокие переселенцы получают до 4000 евро, семьи с двумя детьми — около 11 000 евро.

Когда Лумброзо отслужит, он собирается основать стартап — возможно, будет импортировать одежду секонд-хенд, откроет бар или компанию по доставке. В Израиле экономика растет, в то время как Европа увязла в кризисе. «Здесь я могу пробовать что-то новое, — говорит он. Ведь израильтяне готовы рисковать и любят экспериментировать. — А если не получится, тебя не будут сразу считать неудачником. И я смогу попробовать что-то еще».

«Боинг-алия»

Но вчерашним выпускникам вузов непросто найти в Израиле хорошо оплачиваемую работу. Зарплаты здесь в среднем почти на 30% ниже французских, зато арендная плата и продукты питания дороже. Поэтому многие эмигранты после алии работают во Франции и только на выходные прилетают в Израиль. Такой вариант здесь называют «Boeing-алия». Некоторые даже на какое-то время возвращаются назад — или едут дальше, в Канаду или США.

Не эмигрируют прежде всего обеспеченные французы еврейской национальности. Они предпочитают покупать квартиры в Иерусалиме или Тель-Авиве — в качестве капиталовложения, квартиры на отпуск и возможного прибежища в будущем. Они проводят летний отпуск на берегу Средиземного моря, в остальное время квартиры пустуют.

Микаэль и Анжелика Коэн переехали сюда несколько месяцев назад вместе с тремя детьми. Нетанья — небольшой городок к северу от Тель-Авива с большой «французской» общиной. Коэны живут в новом многоэтажном доме, в каждой детской установлена миниатюрная Эйфелева башня. Свою парижскую квартиру они продали. «Наших денег хватит ровно на год, — говорит Анжелика Коэн (37 лет). — Мы молоды, у нас еще есть возможность начать новую жизнь». Она играет цепочкой, на которой подвешена маленькая звезда Давида — во Франции она скрывала ее под пуловером.

«Мы считаем, что здесь у наших детей будет лучшее будущее», — говорит ее муж Микаэль (43 года). Во Франции экономического подъема не предвидится и напряженность может моментально перерасти во враждебность: «Людям всегда кажется, что раз ты еврей, значит, ты при деньгах».

Анжелика Коэн всегда знала, что когда-нибудь переберется в Израиль — страну, где зарождались ее религия и народ. На «родину своего сердца», как говорит она сама. Решающим толчком стал один деловой обед в Париже: коллеги, совершенно нормальные французы, смеялись над антисемитскими шуточками комика Дьедонне. Недавно Дьедонне задержали за то, что после теракта в кошерном супермаркете он написал: «Я — Шарли Кулибали». Вечером после того обеда Коэн позвонила в Jewish Agency.

Прошлым летом эта семья переехала. Во Франции Анжелика Коэн работала в крупной IT-компании, в Израиле она сегодня ищет работу. Ее муж, в Париже державший салон оптики, столкнулся с проблемами: его диплом не признали. Оба они практически не владеют ивритом, информация в супермаркетах им говорит не больше, чем иероглифы, хождение по инстанциям изматывает. Друзей или родственников у них в Нетанье нет. «Жизнь здесь не сравнить с тем, как ты жил в Европе», — говорит Анжелика Коэн.

К этому добавляется, что положение с безопасностью в Израиле в последние месяцы снова ухудшилось. Несколько террористов врезались на автомобилях в толпу людей, двое палестинцев в ноябре устроили бойню в одной из иерусалимских синагог. В Тель-Авиве в среду молодой палестинец нанес ножевые ранения 16 пассажирам автобуса, в том числе троим — тяжелые.

«Конечно, мне страшно», — говорит Анжелика Коэн. Она понимает, что такие вещи здесь могут случаться. И тем не менее они чувствуют себя в большей безопасности, чем у себя на родине. В Израиле они в большинстве, а во Франции были бы мишенями для террористов как представители одного из меньшинств.

«Я тревожусь за моих родных во Франции», — говорит Микаэль Коэн. Его родители остались жить в Париже, и сейчас Коэны уговаривают их все же перебраться в Израиль. Но они перебрались в Париж из Туниса только в 70-х годах. «Они не готовы во второй раз потерять все», — вздыхает Микаэль Коэн.

Перевод: Владимир Широков

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK