22 февраля 2019
USD EUR
Погода

«Почему, черт подери, ничего не изменилось в этом мире после моей смерти?»

17 апреля на 88-м году жизни скончался знаменитый латиноамериканский писатель Габриэль Гарсиа Маркес. Мы собрали его высказывания о жизни, смерти, любви, чести и России.

О себе

«Я пытался писать сказки, но ничего не вышло. Я показал одну из них моим сыновьям, тогда еще маленьким. Они вернули ее со словами: «Папа, ты думаешь, дети совсем тупые?»

«У меня была жена и двое маленьких сыновей. Я работал пиар-менеджером и редактировал киносценарии. Но чтобы написать книгу, нужно было отказаться от работы. Я заложил машину и отдал деньги Мерседес. Каждый день она так или иначе добывала мне бумагу, сигареты, все, что необходимо за работой. Когда книга была кончена, оказалось, что мы должны мяснику 5000 песо — огромные деньги. По округе пошел слух, что я пишу очень важную книгу, и все лавочники хотели принять участие. Чтобы послать текст издателю, необходимо было 160 песо, а оставалось только 80. Тогда я заложил миксер и фен Мерседес. Узнав об этом, она сказала: «Не хватало только, чтобы роман оказался плохим».

«Если бы я не стал писателем, я хотел бы быть тапером в баре. Так я помогал бы влюбленным еще сильней любить друг друга».

«Моя задача — чтобы меня любили, поэтому я и пишу. Я очень боюсь, что существует кто-то, кто меня не любит, и я хочу, чтобы он полюбил меня из-за этого интервью».

(из интервью журналу Esquire)

О жизни

«Человек не рождается раз и навсегда в тот день, когда мать производит его на свет, жизнь заставляет его снова и снова — много раз — родиться заново самому».

(«Любовь во время холеры»)

«Секрет спокойной старости — это не что иное, как заключение честного союза с одиночеством».

«…дивное свойство — способность думать о прошлых радостях без горечи и раскаяния».

«…он сурово подводил итоги своей жизни, начиная понимать, как сильно любил в действительности тех людей, которых больше всего ненавидел».

«В тот день, когда люди станут сами разъезжать в первом классе, а книги будут возить в товарных вагонах, наступит конец света».

(«Сто лет одиночества»)

О смерти

«Почему, черт подери, ничего не изменилось в этом мире после моей смерти? Как это может быть, что солнце по-прежнему всходит и заходит и даже не споткнется? Почему, о мать моя, воскресенье осталось воскресеньем, а жара той же несносной жарой, что и при мне?»

(«Осень патриарха»)

«Судя по тому, что говорили карты, Аурелиано Хосе было предначертано познать с нею счастье, в котором ему отказала Амаранта, вырастить вместе шестерых детей и, достигнув старости, умереть у нее на руках, но пуля, которая вошла ему в спину и пробила грудь, очевидно, плохо разбиралась в предсказаниях карт».

(«Сто лет одиночества»)

— Ну, что он говорит сегодня? — спросил полковник Аурелиано Буэндиа.

— Он грустит, — ответила Урсула. — Ему кажется, что ты должен скоро умереть.

— Скажи ему, — улыбнулся полковник, — что человек умирает не тогда, когда должен, а тогда, когда может.

(там же)

О любви и женщинах

«Единственное, чего женщины не прощают, это предательство. Если сразу установить правила игры, какими бы они ни были, женщины обычно их принимают. Но не терпят, когда правила меняются по ходу игры. В таких случаях они становятся безжалостными».

(из интервью журналу Esquire)

«Любовь души — от пояса и выше, любовь тела — от пояса и ниже».

«Можно быть влюбленным сразу в нескольких и любить их всех с одинаковой сердечной болью, не предавая ни одну. В сердце закоулков больше, чем в доме свиданий».

(«Любовь во время холеры»)

О браке

«Нет ничего более похожего на ад, чем счастливый брак»

(«Любовь и другие демоны»)

«Досуг в одиночестве восстанавливал силы, и вдовы обнаруживали со временем, что наиболее достойно жить по воле тела: есть, когда ощущаешь голод, любить без обмана, спать, когда хочется спать, а не притворяться спящей, чтобы уклониться от опостылевшей супружеской обязанности, и наконец-то стать хозяйкой всей постели целиком, где никто не оспаривает у тебя половину простыни, половину воздуха и половину твоей ночи, словом, спать так, чтобы тело пресытилось сном, и видеть свои собственные сны, и проснуться одной».

(«Любовь во время холеры»)

О деньгах и богатстве

— Нет, я не богач, — сказал он. — Я бедняк с деньгами, а это не одно и то же.

(«Любовь во время холеры»)

«Самое плохое в бедности — это то, что она заставляет говорить неправду».

(«Полковнику никто не пишет»)

— На вашем месте, доктор, я прислал бы куму счет в сто тысяч песо. Тогда он не был бы так занят. Я ему уже предложил сделку на миллион, — сказал врач. — Лучшее лекарство от диабета — бедность.

— Спасибо за рецепт, — сказал дон Сабас, стараясь втиснуть свой тучный живот в брюки для верховой езды. — Но я не воспользуюсь им, чтобы избавить вас от несчастья быть богатым.

(там же)

О чести и достоинстве

«Потому что существуют приказы, которые можно отдавать, но выполнять их преступно…»

(«Осень патриарха»)

«Я не ношу шляпы, чтобы ни перед кем ее не снимать».

(«Полковнику никто не пишет»)

Женщина пришла в отчаяние.

— А что мы будем есть все это время? — Она схватила его за ворот рубашки и с силой тряхнула. — Скажи, что мы будем есть?
Полковнику понадобилось прожить семьдесят пять лет — ровно семьдесят пять лет, минута в минуту, — чтобы дожить до этого мгновения.

И он почувствовал себя непобедимым, когда четко и ясно ответил:

— Дерьмо.

(там же)

О России

«Я всегда говорил и никогда не откажусь от своих слов, что самые интересные люди живут в России»

«Главный персонаж советской истории, который по-прежнему занимает мои мысли, – Иосиф Сталин. С трудом укладывается в голове, насколько он был всесильным, насколько жители его древней загадочной страны верили в него».

«Боюсь, русских мне не понять никогда. Конечно, чужая душа потемки, но души россиян – просто кромешная тьма!»

«Великая русская культура, и особенно творчество Достоевского, всегда волновала меня».

(об Эдварде Радзинском и «Загадках России»)

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK