Наверх
15 октября 2019
USD EUR
Погода

«Янукович был готов пойти на досрочные выборы»

20 февраля 2014 года Владимир Путин лично попросил Владимира Лукина, который тогда был уполномоченным по правам человека в РФ, отправиться на переговоры в украинскую столицу в качестве своего спецпредставителя. В Киеве в это время министры иностранных дел Германии, Франции и Польши совещались с представителями правительства и оппозиции, пытаясь положить конец кровопролитию на Майдане. Посреди ночи к ним присоединился Лукин — он должен был удержать колеблющегося украинского президента Януковича от отставки.

Владимир Лукин
Ему 77 лет. Он опытный российский дипломат, в частности, был послом в США. В 1990-е годы входил в число основателей либеральной партии «Яблоко». На Западе пользуется большим уважением, вместе с тем ему доверяет и Путин. Вот почему в непростой ситуации на Майдане российский президент доверил роль спецпредставителя именно ему.

 

— Вы допускали мысль, что Владимир Путин может сделать вас специальным представителем  и отправить на переговоры в Киев?

— Это стало сюрпризом. Год назад, 20 февраля, в четверг, во второй половине дня он позвонил мне на работу. Я тогда еще был Уполномоченным по правам человека в РФ. Сегодня я не обременен государственными постами, занимаю целый ряд общественных должностей, а также являюсь профессором Высшей школы экономики в Москве. Тогда я получал информацию от экспертов нашего МИДа и Совета национальной безопасности. После звонка президента мы разговаривали с ним еще около получаса в Кремле, после чего я вылетел на президентском самолете в Киев.

— Какие инструкции вы получили от Путина?

— Для России было важно внести ясность в отношения между законным, избранным президентом Виктором Януковичем и оппозицией в Киеве так, чтобы покончить с незаконным хаосом на улицах. Между прочим, когда меня проводили в рабочий кабинет Путина, он разговаривал по телефону с канцлером Ангелой Меркель.

Фото: Алексей Никольский / РИА Новости

—  В чем вы видите причины тогдашнего кровавого кризиса на Украине, приведшего к свержению президента Януковича?

— На Украине сложилась классическая революционная ситуация, которая объясняется главным образом внутренней обстановкой в стране. Люди там потеряли веру во власть. Они были недовольны своей жизнью и беспредельной коррупцией. Все это вызывало гнев и отторжение.

—  В Москве часто утверждают, что за переворотом в Киеве стоит длинная рука США; многие на Западе считают виновником кровавой бани Россию…

— Я не верю в примитивные конспирологические теории и не считаю, что главной  причиной Майдана является деятельность спецслужб каких-либо других держав, которая в итоге привела-де к свержению президента. Конечно, украинской ситуацией пытались воспользоваться извне — в собственных целях. Протестное движение сразу же после отказа президента Януковича подписывать соглашение об ассоциации с Евросоюзом было захвачено радикальными националистами.

— Какой была атмосфера в президентском дворце, когда после полуночи вы присоединились к переговорам?

— Я бы назвал это с трудом скрываемой паникой.

— А что обсуждалось?

— Янукович уже был готов пойти на досрочные выборы и на другие уступки. Но три джентльмена из оппозиции предъявляли все новые и новые требования. В какой-то момент я сказал нынешнему премьер-министру Арсению Яценюку, что он ведет переговоры как  классический советский дипломат. Он хотел обсуждать исключительно уступки другой стороны, а не своей собственной.

— Почему вы парафировали соглашение между президентом Януковичем и оппозицией, но не подписали его?

— Я парафировал текст, поскольку рано утром 21 февраля еще считал его хорошим компромиссным документом, который обяжет президента Украины и движение Майдана к мирному решению, достойному демократической страны. Уже на следующий день я понял, что президент Путин и министр иностранных дел Сергей Лавров были полностью правы, воздержавшись от подписания.

—  Потому что Москва обладала большей информацией, чем главы западных МИДов?

— Потому, что, как оказалось, Янукович под давлением слухов и сообщений о штурме агрессивно настроенными активистами с Майдана собирал чемоданы. В результате его внезапного исчезновения,  а также односторонних революционных действий оппозиции мои западные коллеги  по ночным переговорам оказались явно скомпрометированными. Как если бы им просто-напросто плюнули в лицо. В результате соглашение это, как ни печально,  повисло в воздухе и сегодня мы имеем на Украине жестокую, бессмысленную и братоубийственную гражданскую войну.

— Разве Россия не раздувает ее, поддерживая сепаратистов на востоке Украины?

— Давайте не будем путать причину со следствием. К сожалению, самую негативную роль играл и играет Запад. Он пытается, расширяя ЕС и НАТО, перенести линию раздела Европы с Эльбы до Смоленска, до нашей западной границы, вместе с тем исключая Россию из этой якобы системы безопасности. Доктрина, согласно которой Россию нужно лишить ее исторической зоны влияния, Украины, а лучше еще и Беларуси, к сожалению, возобладала над Парижской хартией 1990 года. Речь в ней шла о том, что мы будем вместе создавать прочный миропорядок в Европе. Михаил Горбачев недавно напоминал об этом в интервью «Шпигелю». Кстати, приглашение к новому диалогу по созданию (или модернизации) системы безопасности в современной Европе было сделано Москвой сравнительно  недавно. И — отвергнуто.

— Разве вступление Украины в НАТО обсуждалось не в отдаленной перспективе?

— Как бы то ни было, на Майдане говорили: мы хотим в Европу, мы хотим в систему безопасности НАТО, да и Североатлантический альянс (на бухарестском саммите в апреле 2008 года) тоже уже говорил о долгосрочной перспективе принятия. И как России следовало на это реагировать?

— Предоставить украинцам решать самостоятельно.

— Я уже говорил, что наступление НАТО — одна волна расширения НАТО на Восток за другой — было большой ошибкой Запада. Наш инстинктивный оборонительный рефлекс привел к колоссальному усилению в России шовинизма и национализма. В то время как в 90-е годы мы проводили нелегкие экономические реформы, когда многим у нас пришлось тяжело, Запад воспользовался нашей слабостью, чтобы низвести Россию до уровня второсортной державы. К моему великому сожалению, многие в России сегодня ставят под вопрос нашу однозначную принадлежность к европейской цивилизации. Много говорят о России как о самостоятельном, противостоящем Западу мире.

— Какими вы видите итоги революции на Майдане?

— Это была антикоррупционная и антиолигархическая революция. Революция победила. И кто сегодня у власти? Олигархи. Они же коррупционеры. А националисты запада и востока Украины физически уничтожают друг друга, а заодно и мирных граждан.

— Кто виноват в войне на востоке Украины?

— Александр Исаевич Солженицын говорил, что революция — это «хаос с невидимым стальным  стержнем в центре хаоса». Однако на Украине было два стержня, один в Киеве и в Западной Украине, а другой в Восточной Украине. И там, и там люди были недовольны коррупцией, но в остальном представления были совершенно различными. Новые власти в Киеве очень по-революционному поторопились, все больше и больше натравливая против себя совершенно по-иному настроенный восток страны разными глупыми и авантюрными инициативами. Провозгласив Москву символом зла, они сами себя мгновенно превратили в глазах граждан огромной части востока Украины в точно такой же символ. В итоге Украина скатилась в гражданскую войну. А покончить с такой войной, как показал истекший год, неизмеримо труднее, чем ее предотвратить.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK