logo
15.10.2018 |

Подведение черты

Мир вступает в новую эпоху своего развития. XV форум клуба «Валдай» резюмирует итоги предыдущего периода и ставит вопросы о том, каким будет следующий

Фото: Михаил Метцель⁄ТАСС

В понедельник, 15 октября в Сочи открывается 15‑е ежегодное заседание дискуссионного клуба «Валдай». Он начинался в 2004 году фактически как ознакомительная поездка в Россию группы иностранных экспертов и журналистов, теперь же «Валдай» – это заметный международный форум, где обсуждаются глобальные вопросы и звучат программные заявления.

Подгонять описание исторического развития под статистические даты в летописи тех или иных организаций – последнее дело. Но так получилось, что 15 лет «Валдая» – действительно логически цельная эпоха в хронологии мира и бытия в нем России. Внутри нее есть свои вехи и развилки, как есть и условная черта, которую под этой эпохой пора подвести. Начинается новое время.

Первое заседание Валдайского клуба в Новгороде в начале сентября 2004‑го было окрашено в мрачные тона. Участники то и дело выбегали из зала заседаний к телевизорам в холле (тогда еще не было смартфонов у каждого в кармане), чтобы узнать новости о происходящем в Беслане. В первый день форума террористы захватили школу, на третий день его работы произошла трагическая развязка. Но 2004‑й стал знаковым не только поэтому. Именно тогда наметилась трещина в отношениях России и Запада, которая затем постоянно расширялась, превратившись к настоящему моменту в идейно-информационную пропасть.

А как же Ирак, «революция роз» в Грузии, «дело ЮКОСа», случившиеся раньше (все эти события выпали на 2003 год) и ставшие очень болезненными встрясками для партнерства России и Запада? Разве не из-за них состав покатился под откос? Рискну утверждать, что все же нет. Во всех этих различных по своему смыслу эпизодах стремление Москвы сохранить партнерство превалировало над досадой и возмущением. Достаточно вспомнить, что, реагируя на вторжение США в Ирак, Россия ограничилась резким политическим и правовым неприятием, но не стала американцам активно противодействовать. В Грузии же Москва просто-таки способствовала тому, чтобы новая власть закрепила свои позиции без мордобоя и кровопролития. Иными словами, тесные отношения с Западом оценивались выше и считались более перспективными, чем прочие варианты.

2004 год стал, если выражаться метафорично, точкой летнего геополитического солнцестояния, суть которого отражает пословица «Солнце – на лето, зима – на мороз». Использование прежней риторики продолжалось. Но масштабное расширение ЕС и НАТО на фоне все более буксующих и формальных отношений России и евроатлантических институтов, бесланская трагедия, вдвойне шокировавшая еще и потому, что на Западе уклонялись от однозначного осуждения Ичкерии, «оранжевая революция» на Украине… Все это были признаки конца эпохи, начавшейся пятнадцатью годами ранее, в 1989–1990 гг. Фигурально этот временной промежуток можно было бы назвать периодом строительства «общеевропейского дома». Автор отдает себе отчет в том, как сильно менялось представление об этом самом доме с конца 1980‑х до начала 2000‑х и сколь радикально преобразился за это время политико-экономический ландшафт. Однако с точки зрения целеполагания и восприятия желаемых международных композиций сохранялся просветленный пафос некоего неизбежного воссоединения, вспыхнувший на прежних Западе и Востоке после окончания холодной войны. Потом его не стало.

Перелистывая страницы не очень долгой, но насыщенной валдайской истории (а это публикации, обобщающие записки по итогам мероприятий, стенограммы дискуссий – много накопилось), в ретроспективе видишь определенную логику движения. Не клуба, конечно, а страны и мира, слепком которых, как правило, становились валдайские мероприятия. Обобщенное кредо Запада в это пятнадцатилетие было таково: «Не позволим пересмотреть итоги холодной войны», как их еще в январе 1992‑го сформулировал президент США Джордж Буш-старший: «Божьим благословением Америка выиграла холодную войну». Кредо России в тот же период: «В борьбе обретешь ты право свое». Право на место за главным мировым столом, где расположились те, от кого зависит будущее планеты. Добиться последнего означало одновременно доказать всем и себе самим, что распад СССР был трагическим эпизодом, не означавшим, что Россия, как Владимир Путин писал еще в декабре 1999‑го, рискует скатиться во второй или третий эшелон мировой политики.

Минувшее пятнадцатилетие вместило в себя очень многое. Но все больше – кризисы, гражданские войны, локальные конфликты и потрясения в разных частях мира. Нарастающее сомнение в своих силах у тех, кто еще недавно был крайне самоуверен, и, напротив, рост амбиций там, где их раньше не было или их попросту игнорировали. Но и этому периоду подошел конец.

Keith Turrill⁄Alamy Stock Photo⁄Vostock Photo
Избрание Трампа до сих пор многими воспринимается как досадный инцидент, случайный сбой системы. На самом же деле его победа на президентских выборах – верная примета того, что прежняя эпоха, ее правила и стандарты канули в ЛетуKeith Turrill⁄Alamy Stock Photo⁄Vostock Photo

Почему? Что случилось в 2018 году? Пожалуй, не получится указать на какое-то конкретное событие именно последних месяцев, которое обозначало бы момент очередного поворота. Какая политика, такие и вехи – дисперсные. Они очевидны, ведь все понимают, что происходит что-то кардинальное, но неуловимы, потому что их невозможно локализовать во времени и пространстве. Просто количество перешло в качество. Торговая война США и КНР, трещащие по швам международные институты, «дело Скрипалей», турецкий марш в курдские районы Сирии и отказ даже формально считаться с границами, массовое отторжение истеблишмента повсеместно – от Италии, Армении и Латвии до Бразилии и Квебека, «холодная гражданская война» в американской политике, исчезновение президента Интерпола, арестованного китайскими властями, невзирая на урон международному престижу, и саудовского эмигранта-оппозиционера, зашедшего за справкой в генконсульство своей страны… Снежный ком. Накопившиеся сбои мировой системы – той, что сложилась во второй половине ХХ века, после Второй мировой войны, а потом была то ли адаптирована, то ли трансформирована под новые реалии без двухполюсного противостояния, – дали кумулятивный эффект, спровоцировав осыпание всей конструкции. Именно этот образ – осыпающегося здания – стал лейтмотивом валдайского доклада, подготовленного к форуму в этом году.

Он венчает серию из пяти ежегодных докладов, которые Валдайский клуб выпускал с 2014 года. И эта серия помимо осознанного желания коллектива авторов оказалась объединена общей идеей, пришедшей к своему логическому завершению. В четырех предыдущих выпусках авторы пытались найти некие организующие принципы мироустройства, которые бы позволили восстановить управляемость, структурировать все более сложные процессы во всех сферах человеческой жизни. Начиналось с призыва к установлению «новых правил», потом искали какие-то точки опоры, полюса, группировки, которые могли бы заложить структурную основу для новой модели управления миром. В октябре 2018‑го – жесткая констатация: «Развилка формирования эффективно функционирующего международного порядка на основе глобального управления пройдена. Мир двинулся в ином направлении. Он соскользнул в эпоху односторонних решений». Это значит, каждый за себя, спасение утопающих – дело их собственных рук. Или, скрестив два популярных лозунга современной Америки (#Metoo и #AmericaFirst): #MeFirst, «Я прежде всего».

Не стоит хвататься за голову – как же так, почему после такой многообещающей эпохи, когда мир, казалось, двигался к преодолению непонимания и глобальным решениям, мы скатились к откровенному эгоизму? Если начать разбираться (валдайский доклад пытается это сделать, но лишь отчасти), то результат не кажется таким уж сенсационным, его возможность была заложена с самого начала. А главное, если уж к этому пришли, надо трезво оценить ситуацию, перестав цепляться за потерявшие содержание мантры и питать надежды на восстановление дееспособности прежних рычагов.

Это и есть подведение черты – осознание того, что мир не будет больше функционировать так, как в предшествующие периоды, и расцветшее повсеместно желание вернуться в какое-то золотое прошлое («вернуть величие») несбыточно.

Сейчас можно констатировать: прежние повестки и Запада, и России исчерпаны. Западу уже незачем защищать свою победу в холодной вой-не – она оказалась просто эпизодом грандиозной трансформации мира, вступившей сейчас в решающую фазу. Россия пробилась обратно в первый эшелон тогда, когда уже непонятно, куда этот эшелон движется и как собираются себя вести те, кто там находится. Точнее, понятно, что все они будут заняты собой: как повысить собственную устойчивость, бое- и конкурентоспособность, укрепить внутреннее единство (самое слабое место сегодня везде), защититься от внешних влияний.

Валдайский доклад предполагает, что «важнейшей чертой возникающего мира станет отсутствие универсальных этических представлений о справедливости («правильности») устройства отдельных государств и легитимности их правителей». Иначе говоря, полифония форм культурно-политического устройства будет усиливаться, а готовность государств и обществ ориентироваться на какие-то внешние образцы – падать. И, возможно, «это даже на пользу, потому что этика не может быть универсальной и оторванной от культуры и традиции каждого отдельного общества». Однако, напоминают авторы доклада, «она имеет важное значение в международном общении. Поэтому под угрозой международные институты – важнейшее достижение либеральной доктрины и вообще вершина политической истории человечества, покоренная в богатом потрясениями ХХ веке». В утрированно эгоистичной среде особенно важно понимание границ, пересечение которых чревато столкновениями и большими потерями.

XV форум Международного дискуссионного клуба «Валдай» посвящен России, и это закономерно в вышеописанном контексте. Каждая страна сегодня оборачивается к себе, чтобы понять, насколько она готова к существованию в исключительно агрессивной внешней среде. И неудивительно, что вызовы изнутри становятся первоочередными: ведь любые внутренние проблемы немедленно вступают в резонанс с внешними, кратно усиливая дестабилизирующий эффект.

России предстоит ответственный и очень сложный период. Распад Советского Союза со всеми его драмами, фобиями и последствиями отныне – бесполезное прошлое. Бесполезное в том смысле, что из обращения к нему больше невозможно извлечь ничего такого, что помогло бы в дальнейшем. И нет смысла отсчитывать свои действия от того рубежа. Пусть даже нам и есть чем похвастаться в плане быстрого восстановления международных позиций после, казалось бы, фатальной катастрофы 1991 года. Будущие вызовы вообще о другом.

Хаотическая трансформация окружающей действительности накладывается на неизбежную трансформацию самой России – ее политической и социальной модели, экономики, самоощущения. Меняется не только поколение лидеров, хотя и это серьезная метаморфоза с пока не вполне понятными последствиями. Отслужили свое прежние идейные ориентиры. Оба предыдущих 15‑летних отрезка (с 1991-го по 2004-й и с 2004-го по 2018-й), о которых сказано выше, страна стремилась куда-то встроиться, с кем-то объединиться или во что-то интегрироваться. Считалось, что есть некие жесткие формы, из которых и надо выбирать. Сейчас форм нет. Встраиваться некуда, интегрироваться в прежнем понимании не с кем. Это, боже упаси, не означает неизбежность или даже просто возможность автаркии – такого варианта в XXI веке просто не существует. Взаимосвязанность сохраняется и будет расти, но это больше не интеграция в глобальность, как ее понимали, скажем, 30 или даже 10 лет назад. Эгоизм во взаимосвязанном и взаимозависимом мире – нечто совсем новое, не похожее на примеры из прошлого.

Валдайский доклад‑2018 завершается фразой: «Сейчас – снова время вопросов, а не ответов». Многие читатели будут разочарованы: какой толк от яйцеголовых умников, если они только ставят вопросы, но отказываются давать на них ответы? Справедливо, в идеальном мире был бы идеальный дискуссионный клуб, который немедленно выдавал бы рецепты решения проблем, которые сам же и идентифицировал. До идеала нам далеко. Но в оправдание можно сказать только одно. Многие из сегодняшних, скажем мягко, неприятностей связаны с тем, что десять, двадцать, тридцать лет назад задавались как раз неправильные вопросы. А безапелляционные ответы на них и привели к сегодняшнему тревожному состоянию. Может быть, на сей раз удастся начать с вопросов по существу.

КОНТЕКСТ

27.10.2018

Конец нераспространения

Концепция безъядерного мира еще никогда не выглядела столь утопично, как сегодня

26.09.2018

Забытая мелодия для «Европейского концерта»

200 лет назад появилась система межгосударственных отношений, подарившая Европе целый век относительно спокойной жизни

09.06.2018

Страна между полюсами

Свободу маневра Азербайджан ценит больше, чем выгоды интеграционных проектов и союзов с крупными игроками

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас