Власти США обяжут крупные компании в здравоохранении заранее раскрывать цены

Егор Гордеев

06.10.2026 04:09

Реформы в этой сфере анонсировал глава минздрава США Роберт Кеннеди-младший на мероприятии, посвященном прозрачности цен.

Реформы в этой сфере анонсировал глава минздрава США Роберт Кеннеди-младший на мероприятии, посвященном прозрачности цен."Это заставит отрасль прекратить скрывать информацию и потребует от компаний публиковать ее, чтобы мы могли сравнивать цены и создать рынок – впервые настоящий рынок, на котором люди смогут выбирать услуги исходя из их качества и стоимости. Сегодня мы объявляем об этих правилах", – сказал Кеннеди.По его словам, министерство рассчитывает сократить объем ценовых файлов примерно на 70% и одновременно сделать данные удобнее для анализа и сопоставления. "Мы привлекаем больницы и страховые компании к ответственности и будем наказывать их, если они отказываются соблюдать требования", – подчеркнул Кеннеди.Он добавил, что команда министра уже направила предупреждения или требования о принятии корректирующих мер более чем 500 больницам, которые не соблюдают федеральные правила прозрачности цен.Кеннеди связал инициативу с курсом, заложенным президентом США Дональдом Трампом: по его словам, нынешние меры развивают идею, выдвинутую в первый президентский срок, а во второй срок Трамп столкнулся с попытками отрасли уклоняться от требований и распорядился изменить ситуацию.<h2>В чем суть предложений?</h2>В реализации инициативы администрации Трампа по повышению прозрачности цен на медицинские услуги участвуют Министерство здравоохранения и социальных служб США (HHS), Центры Medicare и Medicaid (CMS), а также министерства труда и финансов.Главная идея Кеннеди – сделать так, чтобы пациент еще до лечения мог понять, сколько будет стоить медицинская услуга, и сравнить цены разных больниц, врачей и страховых планов. Администрация намерена обязать медицинские учреждения публиковать фактические цены, включая тарифы, согласованные со страховыми компаниями, а страховщиков – предоставлять клиентам доступ к таким данным в понятной и пригодной для сравнения форме.Кеннеди связывает реформу с идеей "свободного рынка": по его словам, пациент не может выбирать более дешевую медицинскую помощь, если больница и страховщик раскрывают цену только после процедуры. В официальном заявлении HHS также говорится о необходимости публиковать сведения о тарифах и сборах, чтобы сократить число неожиданных счетов.В более широком плане министр предлагает:<ul> <li>закрепить в законе переговоры о ценах на лекарства по принципу Most Favored Nation – то есть на уровне цен, которые платят другие развитые страны;</li> <li>обязать страховщиков заранее публиковать сопоставимую информацию о тарифах и покрытии;</li> <li>раскрывать долю страховых доходов, направляемую на медицинские выплаты, административные расходы и прибыль;</li> <li>публиковать долю отклоненных страховых заявлений и среднее время ожидания медицинской помощи;</li> <li>обязать поставщиков, работающих с Medicare и Medicaid, открыто размещать информацию о ценах и сборах;</li> <li>ограничить скрытые выплаты и откаты в системе посредников по лекарственным программам – pharmacy benefit managers (PBM).</li></ul>Таким образом, речь идет не только о публикации прайс-листов, но и о попытке изменить механизм формирования цены: сделать его более открытым для пациента и усилить давление на больницы, страховщиков, фармацевтические компании и PBM.<h2>Как устроено ценообразование сейчас</h2>В США нет единой национальной цены на медицинскую услугу. Стоимость зависит от того, кто платит, где оказывается помощь, какой у пациента страховой план и обладает ли поставщик значительной рыночной властью.Для госпрограмм действуют заранее установленные тарифы. Medicare обычно оплачивает услуги врачей по федеральной таблице расценок, а больницам возмещает лечение по установленным методикам, в том числе через систему оплаты за случай заболевания. Medicaid устанавливает штаты, хотя их тарифы должны учитывать доступность врачей и больниц для получателей программы.В коммерческом страховании цены в основном являются результатом переговоров между страховой компанией и больницей или врачом. Поэтому одна и та же процедура может иметь разные цены для разных страховщиков. Крупная больничная сеть обычно имеет более сильную переговорную позицию и может добиваться более высоких тарифов.Публикуемая больницей "цена по прейскуранту" – chargemaster price – часто не совпадает с фактически получаемой суммой. Реальная цена определяется договором со страховщиком, а пациент обычно платит лишь франшизу, фиксированную доплату или долю счета. Для потребителя наиболее важна именно сумма из собственных средств, однако действующие правила часто раскрывают не ее, а формальные цены или тарифы между больницей и страховщиком.Цены на рецептурные препараты формируются через несколько уровней:<ul> <li>производитель устанавливает исходную цену;</li> <li>страховая компания или PBM договаривается о скидках и возвратных платежах;</li> <li>препарат включается в страховой формуляр на определенных условиях;</li> <li>аптека устанавливает цену для покупателей без страховки или для пациентов с высокой франшизой;</li> <li>конечная сумма для пациента зависит от страхового плана, доплаты и того, считается ли препарат предпочтительным.</li></ul>PBM выступают посредниками между фармацевтическими компаниями, страховщиками и аптеками. Они ведут переговоры о скидках, но значительная часть этих договоренностей непрозрачна для пациентов.До недавнего времени Medicare не могла широко вести прямые переговоры с производителями. Закон Inflation Reduction Act 2022 года разрешил CMS договариваться о ценах лишь для ограниченного числа наиболее дорогих брендовых препаратов и постепенно расширять этот перечень. Для частного страхования такая система прямого государственного регулирования в основном не действует.Исключением остается, например, Veterans Health Administration, которая ведет переговоры с производителями, используя ограниченный формуляр и крупный объем закупок. Medicaid получает предусмотренные законом скидки, а коммерческие планы договариваются о ценах и скидках через страховщиков и PBM.<h2>Почему цены выше, чем в других странах</h2>Американская модель отличается от большинства европейских систем тем, что государство долгое время не выступало единым покупателем лекарств для всего рынка. Вместо единой переговорной позиции существуют Medicare, Medicaid, частные страховщики, PBM, больницы и аптечные сети. Цены на лекарства в США могут быть в два – почти в четыре раза выше, чем в Канаде, Мексике и ряде европейских стран. В других государствах правительство обычно напрямую договаривается с производителями и может отказаться включать препарат в систему возмещения, если цена сочтена чрезмерной.В США производители сохраняют больше возможностей устанавливать высокие стартовые цены, особенно пока препарат защищен патентом. Страхование частично ослабляет обычное ограничение спроса: пациент часто платит не полную стоимость, а фиксированную сумму или долю, тогда как основную часть счета оплачивает страховщик.<h2>За что систему критикуют</h2><ul> <li>Непрозрачность: пациент часто узнает реальную стоимость лечения только после его получения. Даже опубликованные данные могут быть трудны для использования: в них встречаются десятки тысяч тарифов, сложные коды, разные условия страхового покрытия и непонятные формулировки. Договорные тарифы между страховщиками и поставщиками долгое время не раскрывались, а существующие онлайн-калькуляторы страховщиков могут быть сложными и давать неточные оценки.</li> <li>Разброс цен: за одну и ту же услугу разные страховщики могут платить больнице существенно разные суммы. При этом более высокая цена не обязательно означает более высокое качество лечения. Разница особенно заметна между коммерческими страховыми планами и государственными программами. Она также зависит от концентрации рынка: если в регионе доминирует одна крупная больничная сеть, ей проще добиваться высоких тарифов у страховщиков.</li> <li>Скрытые платежи PBM: критики считают, что система скидок и ребейтов между производителями и PBM не всегда приводит к снижению расходов пациента. Посредники могут получать платежи за выгодное размещение препарата в формуляре, а механизм распределения скидки между PBM, страховщиком, аптекой и пациентом остается непрозрачным. Это создает стимул ориентироваться не на минимальную конечную цену, а на размер договорных платежей и комиссий. В результате список цен может расти даже тогда, когда за ним стоят значительные скидки.</li> <li>"Перекрестное субсидирование" и наценки больниц: больницы часто выставляют коммерческим страховщикам более высокие счета, чем государственным программам. Сторонники больниц объясняют это необходимостью компенсировать низкие тарифы Medicare и Medicaid, расходы на неотложную помощь, обучение врачей и лечение незастрахованных пациентов. Критики отвечают, что концентрация больничного рынка позволяет крупным сетям использовать переговорную силу и получать чрезмерные платежи. Особенно спорной считается ситуация, когда больница покупает врачебную практику или амбулаторный центр, после чего та же услуга начинает оплачиваться по более высокому "больничному" тарифу.</li> <li>Неожиданные счета: пациент может выбрать врача или больницу внутри своей страховой сети, но отдельно столкнуться со счетом от анестезиолога, лаборатории или другого специалиста, который не входит в сеть. Федеральный закон No Surprises Act ограничил некоторые виды таких счетов, однако проблема полной предсказуемости расходов не исчезла.</li> <li>Высокая цена лекарств: американскую систему критикуют за то, что цены на многие запатентованные препараты значительно выше международных. Оппоненты фармацевтической отрасли считают, что сложная система патентной защиты, посредников, ребейтов и раздельных переговоров позволяет производителям и страховщикам поддерживать высокие цены. Фармацевтические компании, напротив, утверждают, что высокие доходы необходимы для финансирования исследований и разработки новых препаратов. Критики отвечают, что эта аргументация не объясняет международный разрыв цен и не показывает, какая часть платежей действительно превращается в исследования, а какая – в прибыль и маркетинг.</li></ul><h2>Что может измениться</h2>Предложение Кеннеди направлено прежде всего на раскрытие информации и усиление конкуренции, а не на введение единого государственного тарифа на все медицинские услуги.Возможный эффект:<ul> <li>пациентам будет проще заранее оценивать расходы;</li> <li>страховщикам и больницам станет сложнее скрывать договорные тарифы;</li> <li>усилится давление на поставщиков с чрезмерно высокими ценами;</li> <li>появится больше возможностей сравнивать стоимость процедур;</li> <li>публикация данных может облегчить контроль за PBM и страховыми компаниями.</li></ul>Но одной прозрачности может быть недостаточно. Если на местном рынке остается одна доминирующая больничная сеть, пациент, даже зная цену, может не иметь реальной альтернативы. Кроме того, опубликованный тариф не всегда равен сумме, которую пациент заплатит из собственного кармана; для этого необходимо одновременно учитывать страховой план, франшизу, доплату, лимиты и статус каждого участника лечения.Поэтому критики инициативы указывают, что реальное снижение расходов потребует не только раскрытия цен, но и реформы консолидации больниц, регулирования PBM, расширения переговорных полномочий Medicare и контроля за ценами запатентованных лекарств. Иными словами, Кеннеди предлагает сделать рынок более видимым, но пока не объявляет о полном переходе к государственному регулированию цен.

"Это заставит отрасль прекратить скрывать информацию и потребует от компаний публиковать ее, чтобы мы могли сравнивать цены и создать рынок – впервые настоящий рынок, на котором люди смогут выбирать услуги исходя из их качества и стоимости. Сегодня мы объявляем об этих правилах", – сказал Кеннеди.

По его словам, министерство рассчитывает сократить объем ценовых файлов примерно на 70% и одновременно сделать данные удобнее для анализа и сопоставления. "Мы привлекаем больницы и страховые компании к ответственности и будем наказывать их, если они отказываются соблюдать требования", – подчеркнул Кеннеди.

Он добавил, что команда министра уже направила предупреждения или требования о принятии корректирующих мер более чем 500 больницам, которые не соблюдают федеральные правила прозрачности цен.

Кеннеди связал инициативу с курсом, заложенным президентом США Дональдом Трампом: по его словам, нынешние меры развивают идею, выдвинутую в первый президентский срок, а во второй срок Трамп столкнулся с попытками отрасли уклоняться от требований и распорядился изменить ситуацию.

В чем суть предложений?

В реализации инициативы администрации Трампа по повышению прозрачности цен на медицинские услуги участвуют Министерство здравоохранения и социальных служб США (HHS), Центры Medicare и Medicaid (CMS), а также министерства труда и финансов.

Главная идея Кеннеди – сделать так, чтобы пациент еще до лечения мог понять, сколько будет стоить медицинская услуга, и сравнить цены разных больниц, врачей и страховых планов. Администрация намерена обязать медицинские учреждения публиковать фактические цены, включая тарифы, согласованные со страховыми компаниями, а страховщиков – предоставлять клиентам доступ к таким данным в понятной и пригодной для сравнения форме.

Кеннеди связывает реформу с идеей "свободного рынка": по его словам, пациент не может выбирать более дешевую медицинскую помощь, если больница и страховщик раскрывают цену только после процедуры. В официальном заявлении HHS также говорится о необходимости публиковать сведения о тарифах и сборах, чтобы сократить число неожиданных счетов.

В более широком плане министр предлагает:

закрепить в законе переговоры о ценах на лекарства по принципу Most Favored Nation – то есть на уровне цен, которые платят другие развитые страны;
обязать страховщиков заранее публиковать сопоставимую информацию о тарифах и покрытии;
раскрывать долю страховых доходов, направляемую на медицинские выплаты, административные расходы и прибыль;
публиковать долю отклоненных страховых заявлений и среднее время ожидания медицинской помощи;
обязать поставщиков, работающих с Medicare и Medicaid, открыто размещать информацию о ценах и сборах;
ограничить скрытые выплаты и откаты в системе посредников по лекарственным программам – pharmacy benefit managers (PBM).

Таким образом, речь идет не только о публикации прайс-листов, но и о попытке изменить механизм формирования цены: сделать его более открытым для пациента и усилить давление на больницы, страховщиков, фармацевтические компании и PBM.

Как устроено ценообразование сейчас

В США нет единой национальной цены на медицинскую услугу. Стоимость зависит от того, кто платит, где оказывается помощь, какой у пациента страховой план и обладает ли поставщик значительной рыночной властью.

Для госпрограмм действуют заранее установленные тарифы. Medicare обычно оплачивает услуги врачей по федеральной таблице расценок, а больницам возмещает лечение по установленным методикам, в том числе через систему оплаты за случай заболевания. Medicaid устанавливает штаты, хотя их тарифы должны учитывать доступность врачей и больниц для получателей программы.

В коммерческом страховании цены в основном являются результатом переговоров между страховой компанией и больницей или врачом. Поэтому одна и та же процедура может иметь разные цены для разных страховщиков. Крупная больничная сеть обычно имеет более сильную переговорную позицию и может добиваться более высоких тарифов.

Публикуемая больницей "цена по прейскуранту" – chargemaster price – часто не совпадает с фактически получаемой суммой. Реальная цена определяется договором со страховщиком, а пациент обычно платит лишь франшизу, фиксированную доплату или долю счета. Для потребителя наиболее важна именно сумма из собственных средств, однако действующие правила часто раскрывают не ее, а формальные цены или тарифы между больницей и страховщиком.

Цены на рецептурные препараты формируются через несколько уровней:

производитель устанавливает исходную цену;
страховая компания или PBM договаривается о скидках и возвратных платежах;
препарат включается в страховой формуляр на определенных условиях;
аптека устанавливает цену для покупателей без страховки или для пациентов с высокой франшизой;
конечная сумма для пациента зависит от страхового плана, доплаты и того, считается ли препарат предпочтительным.

PBM выступают посредниками между фармацевтическими компаниями, страховщиками и аптеками. Они ведут переговоры о скидках, но значительная часть этих договоренностей непрозрачна для пациентов.

До недавнего времени Medicare не могла широко вести прямые переговоры с производителями. Закон Inflation Reduction Act 2022 года разрешил CMS договариваться о ценах лишь для ограниченного числа наиболее дорогих брендовых препаратов и постепенно расширять этот перечень. Для частного страхования такая система прямого государственного регулирования в основном не действует.

Исключением остается, например, Veterans Health Administration, которая ведет переговоры с производителями, используя ограниченный формуляр и крупный объем закупок. Medicaid получает предусмотренные законом скидки, а коммерческие планы договариваются о ценах и скидках через страховщиков и PBM.

Почему цены выше, чем в других странах

Американская модель отличается от большинства европейских систем тем, что государство долгое время не выступало единым покупателем лекарств для всего рынка. Вместо единой переговорной позиции существуют Medicare, Medicaid, частные страховщики, PBM, больницы и аптечные сети. Цены на лекарства в США могут быть в два – почти в четыре раза выше, чем в Канаде, Мексике и ряде европейских стран. В других государствах правительство обычно напрямую договаривается с производителями и может отказаться включать препарат в систему возмещения, если цена сочтена чрезмерной.

В США производители сохраняют больше возможностей устанавливать высокие стартовые цены, особенно пока препарат защищен патентом. Страхование частично ослабляет обычное ограничение спроса: пациент часто платит не полную стоимость, а фиксированную сумму или долю, тогда как основную часть счета оплачивает страховщик.

За что систему критикуют

Непрозрачность: пациент часто узнает реальную стоимость лечения только после его получения. Даже опубликованные данные могут быть трудны для использования: в них встречаются десятки тысяч тарифов, сложные коды, разные условия страхового покрытия и непонятные формулировки. Договорные тарифы между страховщиками и поставщиками долгое время не раскрывались, а существующие онлайн-калькуляторы страховщиков могут быть сложными и давать неточные оценки.
Разброс цен: за одну и ту же услугу разные страховщики могут платить больнице существенно разные суммы. При этом более высокая цена не обязательно означает более высокое качество лечения. Разница особенно заметна между коммерческими страховыми планами и государственными программами. Она также зависит от концентрации рынка: если в регионе доминирует одна крупная больничная сеть, ей проще добиваться высоких тарифов у страховщиков.
Скрытые платежи PBM: критики считают, что система скидок и ребейтов между производителями и PBM не всегда приводит к снижению расходов пациента. Посредники могут получать платежи за выгодное размещение препарата в формуляре, а механизм распределения скидки между PBM, страховщиком, аптекой и пациентом остается непрозрачным. Это создает стимул ориентироваться не на минимальную конечную цену, а на размер договорных платежей и комиссий. В результате список цен может расти даже тогда, когда за ним стоят значительные скидки.
"Перекрестное субсидирование" и наценки больниц: больницы часто выставляют коммерческим страховщикам более высокие счета, чем государственным программам. Сторонники больниц объясняют это необходимостью компенсировать низкие тарифы Medicare и Medicaid, расходы на неотложную помощь, обучение врачей и лечение незастрахованных пациентов. Критики отвечают, что концентрация больничного рынка позволяет крупным сетям использовать переговорную силу и получать чрезмерные платежи. Особенно спорной считается ситуация, когда больница покупает врачебную практику или амбулаторный центр, после чего та же услуга начинает оплачиваться по более высокому "больничному" тарифу.
Неожиданные счета: пациент может выбрать врача или больницу внутри своей страховой сети, но отдельно столкнуться со счетом от анестезиолога, лаборатории или другого специалиста, который не входит в сеть. Федеральный закон No Surprises Act ограничил некоторые виды таких счетов, однако проблема полной предсказуемости расходов не исчезла.
Высокая цена лекарств: американскую систему критикуют за то, что цены на многие запатентованные препараты значительно выше международных. Оппоненты фармацевтической отрасли считают, что сложная система патентной защиты, посредников, ребейтов и раздельных переговоров позволяет производителям и страховщикам поддерживать высокие цены. Фармацевтические компании, напротив, утверждают, что высокие доходы необходимы для финансирования исследований и разработки новых препаратов. Критики отвечают, что эта аргументация не объясняет международный разрыв цен и не показывает, какая часть платежей действительно превращается в исследования, а какая – в прибыль и маркетинг.

Что может измениться

Предложение Кеннеди направлено прежде всего на раскрытие информации и усиление конкуренции, а не на введение единого государственного тарифа на все медицинские услуги.

Возможный эффект:

пациентам будет проще заранее оценивать расходы;
страховщикам и больницам станет сложнее скрывать договорные тарифы;
усилится давление на поставщиков с чрезмерно высокими ценами;
появится больше возможностей сравнивать стоимость процедур;
публикация данных может облегчить контроль за PBM и страховыми компаниями.

Но одной прозрачности может быть недостаточно. Если на местном рынке остается одна доминирующая больничная сеть, пациент, даже зная цену, может не иметь реальной альтернативы. Кроме того, опубликованный тариф не всегда равен сумме, которую пациент заплатит из собственного кармана; для этого необходимо одновременно учитывать страховой план, франшизу, доплату, лимиты и статус каждого участника лечения.

Поэтому критики инициативы указывают, что реальное снижение расходов потребует не только раскрытия цен, но и реформы консолидации больниц, регулирования PBM, расширения переговорных полномочий Medicare и контроля за ценами запатентованных лекарств. Иными словами, Кеннеди предлагает сделать рынок более видимым, но пока не объявляет о полном переходе к государственному регулированию цен.

Пожар произошел на французском атомном авианосце "Шарль де Голль"