Светлана Завадникова: Мы выросли в Находке. Ходили в соседние детские садики, учились в одной школе в параллельных классах. Но тесно стали общаться только к концу 10-го класса. Я помню, как-то он спросил: "Как дела?" "Хорошо", - ответила я. "Давай в кино сходим", - предложил он. Потом мы вместе учились в институтах во Владивостоке: я в политехническом, а он - в высшем инженерно-морском училище.
А.Б.: Вы кто по специальности?
С.З.: По первой специальности - инженер-строитель гидротехнических путей и портов.
А.Б.: А по второй?
С.З.: Закончила психфак МГУ четыре года назад.
А.Б.: Я так понимаю, что есть еще и третья, и четвертая специальности?
С.З.: Я заканчивала еще Высшую школу экономики полтора года назад. И это все! Я устала учиться.
А.Б.: Что привело вас на психфак?
С.З.: Когда мы приехали из Находки 10 лет назад в Москву, я не пошла работать по специальности. Решила, что достаточно уже в строительстве поработала. Долго не могла понять, что мне нравится, что по душе, чем бы я хотела заниматься. Потом у нас появились друзья-психологи. Может быть потому, что Валя тогда увлекся бизнес-тренингами. И я решила пойти на психфак - просто для себя, не предполагала, что буду заниматься клинической практикой. Это помогло мне иначе взглянуть на людей. Раньше я была ужасно нетерпима к людям, максималистка такая. Потом поняла, что, если разберусь, почему человек так себя ведет, - мне станет легче с ним общаться.
А.Б.: А на экономику что вас привело?
С.З.: В университете подружилась с одной очень хорошей девушкой. Мы с ней решили создать женский клуб, общаться по интересам, приглашать художников, поэтов - этакий салон. И в этот момент мне пришла в голову мысль, что, если я хочу сделать какое-то дело, я должна поучиться бизнесу. Нашла в ВШЭ, факультет "менеджмент и коммуникации в индустрии моды". Изучала историю костюма, как строить и просчитывать бизнес. В результате мы поняли, что женский клуб не сможет стать прибыльным. Решили сначала заработать денег, а потом на них открыть женский клуб. Зарабатывать решили на антиквариате - какие-нибудь мелкие аксессуары, винтаж. Стали искать помещение. Когда мы погрузились в процесс, поняли, что все сложно. Мы собирались привлечь еще одну приятельницу - у нее было $10 тыс., у подруги Иры было $10 тыс., и у меня было столько же. "Сложимся и снимем прекрасное помещение", - думали мы. Когда узнали цены на помещения, мы так загрустили! Я пришла к Вале: "Валь, мне надо больше чем $10 тыс.!" - "Ну хорошо, я дам". Помещение в Лубянском проезде, к счастью, нашлось. Слава богу, в ВШЭ в это время начали рассказывать про бизнес-план, как он делается, как проводится исследование рынка - это очень помогло. Вместе с Ирой мы поехали в первый раз в жизни на мебельную выставку в Кельн. Нашли фабрику, мебель которой не была представлена в Москве, и открыли магазина "Караколь".
А.Б.: Как идет бизнес?
А.Б.: Ваша дочь уже взрослая?
С.З.: Ей 21-й год. Она учится в Великобритании. За два года закончила колледж в Оксфорде. Сейчас она уже год изучает право в Сити, в Лондоне. Валерия будет корпоративным юристом. Она снимает небольшую квартирку, живет одна.
А.Б.: Чья это была инициатива - заграничное образование?
С.З.: Когда дочь закончила 11-й класс, я предложила ей поехать в Лондон на подготовительный курс в частной школе. Она проучилась там месяца три - подтягивала язык. Ведь она же училась не в спецшколе, а в обычной школе на Ленинском проспекте. Конечно, ей было тяжело. Но она справилась. Мне не хотелось ее очень рано отправлять, лет в десять. Я хотела, чтобы она знала русскую литературу, сформировалась как русская личность.
А.Б.: Вы уже в юности понимали, что с Валентином - всерьез и надолго?
С.З.: Казалось, что вот эта любовь - первая и последняя. Другой-то уж такой точно не будет! И ни у него, ни у меня даже мысли не было, что мы закончим школу и не поженимся. Я была уверена, что Валя - единственный мужчина, который мне предназначен.
А.Б.: Свадьба была с белым платьем и куклой на капоте?
С.З.: Я была в персиковом, а он - в коричневом пиджаке. Мы еще учились. Он продолжал жить в своем общежитии, а я в своем. Потом моя сестра, которая на восемь лет меня старше, почему-то решила, что мы должны жить у нее. У нее с мужем во Владивостоке была двухкомнатная квартира. И она отдала нам одну комнату. Когда я забеременела и родила, ушла в академический отпуск, а Валя опять переехал в общежитие. Я сдала зимнюю сессию, уехала в Находку. Жила с родителями полгода, пока Валя не закончил институт. Потом уехала доучиваться, а он остался с дочерью у своих родителей. Когда молод - не замечаешь каких-то неудобств. Я не помню, чтобы я сильно страдала. В молодости все это воспринимается естественно. Наверное, если бы я сейчас родила, я бы сошла с ума. А тогда все казалось естественным: руки, ноги, голова, муж, ребенок. Моя приятельница говорит: "Светка, у меня такое чувство, как будто ты родилась и сразу вышла замуж". Иногда я сама себя так же ощущаю. Потому что я не помню себя без Вали. Наверное, поначалу мы были больше друзья, а потом эта детская дружба легла в основу любви.
А.Б.: Как у вас складывались отношения с родителями мужа?
С.З.: Мои родители к Вальке спокойно отнеслись. И его родители ко мне были лояльны. Валька вообще в быту неконфликтный. Он всегда поглощен какой-то деятельностью, и все, что вокруг, его мало касается. После мореходки он поступил работать в Приморское пароходство диспетчером, увлекся яхтенным спортом. Я не помню, чтобы он говорил: "Господи, как мне тяжело!" Все складывалось довольно просто. Когда я приехала в Находку, поступила в конструкторское бюро. Почему-то там никому не нужны были квартиры - все уже решили жилищный вопрос. И когда нашему бюро предложили сделать проект дома в обмен на квартиру в нем, эта квартира досталась мне, хоть я успела проработать в бюро лишь 3 месяца. Я думаю: почему у некоторых людей так долго нет своего жилья, они бедные мыкаются с квартиры на квартиру? Господь сделал так, что у меня никогда не было страшных бытовых проблем, безденежья. Даже в студенчестве: я получала свои 45 рублей, Валя - 15, родители нам давали еще 50 рублей. И нам хватало не просто не голодать, но мы и в кино ходили.
А.Б.: Должно быть, вы рачительная хозяйка?
С.З.: Я плохая хозяйка. Я люблю готовить, только когда мы вдвоем на даче. Дома у меня как-то невкусно получается. Последние несколько лет у нас есть помощница по дому. Сначала она просто убиралась. Потом как-то Валя мне говорит: "Зачем она к нам приходит, если ты все равно тратишь время на хозяйство?" "И правда", - согласилась я. И помощница стала гладить. Потом как-то раз я не успевала приготовить и попросила: "Таня, сварите!" Оказалось, это такая прелесть - прийти в дом, когда в нем вкусно пахнет ужином! И два месяца назад помощница начала готовить.
А.Б.: Вы обсуждаете с мужем рабочие моменты?
С.З.: Он мне рассказывает, что у него на работе происходит. Даже когда он занимал сложные посты, работая с Чубайсом. Но я не советую ничего. Я могу просто выслушать и сказать, какие эмоции у меня это вызывает. Так же как и он по отношению к моему магазину.
А.Б.: Из-за чего вы можете поссориться, обидеться друг на друга?
А.Б.: Как у вас в семье делятся домашние обязанности?
С.З.: Я благодарна Валиным родителям за воспитание сына. Помню, пришла к Вале в гости и была поражена: он стирал на стиральной машине. И в нашей семье стирка долго была его персональным занятием. Он всегда гладил свои рубашки сам. Как-то моя приятельница, когда Валя уже служил в ФКЦБ в статусе примерно замминистра, спросила, кто гладит ему костюмы и рубашки. "Это он сам! - ответила я. - Ведь это же тяжелый труд!" Может быть, поэтому у нас и не было каких-то жестких конфликтов в семье.
А.Б.: Когда вы не работали, муж спокойно к этому относился?
С.З.: Да. Скорее, я комплексовала, что никакой пользы не приношу. Муж услышал эти слова и изумился: "Ты что, корова, что ли, чтобы пользу приносить? Что, молока от тебя требовать или клок шерсти? Я прихожу домой - ты ждешь меня. Вот какая от тебя польза". Я комплексовала, что у меня нет своих денег, что я вынуждена у него их просить постоянно. Он спрашивает: "А как тебе станет легче?" Я ответила: "Ты как бы положи деньги куда-нибудь, а я их бы буду брать оттуда - как бы не у тебя". И он стал класть мне деньги на карточку в банк, я их снимала.
А.Б.: Как вы отдыхаете?
С.З.: Стараемся раз в три месяца съездить куда-нибудь в Европу на недельку. Мы всегда путешествуем вдвоем, очень редко - с компанией. Может быть, поэтому у нас не очень широкий круг общения. Валя как-то задумался и говорит: "А есть ли у меня вообще друзья? По-моему, нет". Мы всегда вместе. И нам никто, в принципе, больше не нужен. Мы можем уехать в выходные на дачу, не приглашая никого, закрыться в домике и чудно провести время. Меня иногда подружки спрашивают: "Ты что, до сих пор его ТАК любишь? Так не бывает!" Я не знаю, возможно, это просто другая любовь, на клеточно-генетическом уровне: когда в человеке нравится все - и как он сидит, и как говорит, и как улыбается. У нас нет африканских страстей. Кайф просто от того, что ты находишься рядом. Даже секса никакого не надо. Мы просто едем на машине или сидим вместе в кафе. И мне этого достаточно, чтобы ощущать себя спокойно и счастливо.
